Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

– Они просто здешние, а я родом из других краев, – улыбнулась я. – Всякого наслушалась. К слову, у нас долго живут. Как знать, вдруг и бабка та еще жива-живехонька, сидит себе у очага какого-нибудь пастуха да прядет или его внучат уму-разуму учит?

– Когда она ушла, Ларине пяти годков не было, а мамка ее только-только третий десяток разменяла, так что, может, у Ларины где-то дядьки-тетки подрастают, – улыбнулась вдруг Мадита и прижалась к моему колену. – Ох, стыдно сказать, госпожа…

– О чем?

– Мне вовсе даже другой человек по душе, не тот, что женихается. Он попроще будет, зато моих лет, немного разве постарше. И я ему нравлюсь, видно же, только вслух не говорит. И ведь на лицо не сказать, чтоб хорош, а все равно… – Она шмыгнула носом. – Все равно тянет. Веселый он и не злой, не то что наш княжич… Ой, что ж я болтаю!

– Райгор и тебя к себе звал?

– Кого он только не звал… Хорошо, обо мне быстро позабыл, получше нашлись.

– Я знаю, девушки жалуются. – Я поправила волосы и встала. – Наверно, меня уж заждались. После договорим, если захочешь.

Мадита посмотрела на меня снизу вверх, кивнула несколько раз и принялась оправлять мне подол, хотя, право слово, в этом не было никакой нужды.

– Прошу извинить, я заставила себя ждать, – сказала я, войдя в малую трапезную.

Слуга почтительно придвинул мне стул, и я оказалась за столом как раз напротив княжны Айны. Та взглянула на меня со сдержанной усмешкой и продолжила обсуждать с Райгором какую-то великосветскую сплетню.

Она вышла к завтраку в легком утреннем одеянии и не прогадала: выглядело это весьма соблазнительно. Роскошные каштановые локоны в живописном беспорядке рассыпались по плечам, едва прикрытым полупрозрачной тканью, свободные широкие рукава, при каждом движении съезжавшие до локтей, обнажали красивые белые руки, унизанные тонкими браслетами – они издавали нежный перезвон. Княжна была диво как хороша!

Райгор сохранял полнейшую невозмутимость, княжна же не умолкала ни на секунду, переводя дух только для того, чтобы отщипнуть кусочек какого-нибудь лакомства.

– Сударь, а ваша маленькая невеста всегда так молчалива? – спросила она вдруг ни с того ни с сего, ласково улыбнувшись мне.

Маленькая? Смеется она, что ли? Я ведь, повторюсь, почти одного роста с Райгором, а Айна мне по ухо будет! Или она на возраст намекала? Она-то Райгору почти ровесница, а я на пять лет его моложе…

Райгор промолчал. Айна пристально смотрела на меня, явно ожидая ответа.

– Нет, отчего же, – медленно произнесла я, выбрав перепелку покрупнее. – Просто я не настолько озабочена своей фигурой…

– При чем тут фигура? – оторопела княжна, хлопнула ресницами и сделалась ужасно похожа на мою фарфоровую куклу, которая так и просидела все эти годы в уголке моей спальни.

– Ну так ведь если ни на секунду рот не закрывать, то много не съешь, а не съешь – не раздобреешь, – ответила я не без злорадства и с хрустом раскусила крылышко.

Мадита говорила, что княжна так бережет свою талию, что неделями, бывает, маковой росинки в рот не берет. Ну а мне, как говорится, не в коня корм: что там эти перепелки, я бы и окорок убрала в один миг…

– Да уж… – выговорила наконец княжна. – Вам-то уж худеть дальше некуда!

– Не переживайте, госпожа, – серьезно сказала я, – моя кормилица говаривала: пока толстый сохнет, худой сдохнет, уж простите за просторечие. Вы вполне можете дождаться, не так ли, господин?

Райгор очень удачно поперхнулся, а потом выговорил:

– Сударыни, не откажите в любезности… У меня выдалось немного свободного времени, так, может быть, проедемся верхом?

– Чудесно! – воскликнула княжна. – Обожаю верховую езду! Я только сменю платье…

По тому тоскливому взгляду, которым князь Райгор проводил прелестницу, я поняла – он рассчитывал, что она не пожелает отправляться на прогулку и хоть ненадолго оставит его в покое.

Я переоделась быстро, а княжну еще пришлось подождать. Право слово, за это время конюхи успели бы оседлать лошадей не только нам, но и целому отряду! Наконец княжна появилась во дворе в сопровождении своей свиты – это был настоящий цветник, красавицы всех мастей, но ни одна и в подметки не годилась княжне… Я невольно залюбовалась – это ведь суметь надо: так подобрать сопровождающих, чтобы и окружающих затмевали, и оттеняли прелесть своей повелительницы!

– Наконец-то! – произнес Райгор. – Мы вас заждались, госпожа! Едем?

– А… – княжна огляделась в недоумении. – Только три лошади?.. А как же…

– Княжна, это же не парадный выезд, – поморщился Райгор. – Мы всего лишь прогуляемся до рощицы и обратно.

Айна, подхватив подол, подошла к своей хорошенькой белой лошадке, явно рассчитывая на то, что Райгор бросится ей на помощь. Он так и поступил, а меня подсадил в седло конюх, хотя я и сама бы справилась.

Мой жеребец перебирал передними ногами и фыркал, вдыхая свежий ветер, и я чувствовала – ему не терпится полететь во весь опор!

– Погоди, – попросила я, наклонившись к его уху. – Мы им еще покажем, только не торопись, ладно?

Серебряный – так его называл князь Даккор, наверно, за масть, – согласно фыркнул и покорился.

Мы шагом выехали за ворота, миновали предместья, спустились с холма, на котором стоял замок, на равнину. Княжеские телохранители следовали за нами на почтительном отдалении.

День выдался изумительный, по-осеннему холодный, но солнечный. Я очень давно не садилась верхом и тем более не выезжала из замка, а сейчас подо мной играл могучий конь, с деревьев осыпались золотые листья, а неяркое осеннее солнце пригревало почти по-летнему… Сейчас бы хоть на моей кобылке пуститься вскачь, она была куда как резва! А если дозваться быстроногого или, страшно сказать, далекоглядящего – кое-кому удавалось их оседлать – и ринуться вперед, чтобы ветер бил в лицо, чтобы дух захватывало от бешеной скачки… Но куда там!

Белая кобыла княжны вышагивала, будто в похоронной процессии, Айна же не желала ее подогнать. Ясно, Райгору это пришлось не по нраву: я была наслышана, он привык носиться сломя голову.

– Альена, как только ты решилась оседлать это чудовище? – вдруг обратился он ко мне.

Его караковый жеребец сунулся было к моему, но Серебряный злобно всхрапнул, и тот отступил.

– Почему вдруг чудовище? – удивилась я.

– Серебряный всегда слушался только моего отца. Я сам не рискнул бы сесть на этого коня!

– Неужто? – Я заставила того описать круг. – Быть может, просто не находилось наездников, равных вашему отцу?

– Возможно… Не желаешь ли помериться силами? Я дам вам фору: мой жеребец моложе, а ты к тому же плохо держишься в седле.

– До вон того дерева? – указала я вдаль. Там высился раскидистый кряжистый дуб.

– Да!

Райгор смотрел как-то странно, будто ждал, что я испугаюсь и откажусь… Или нет? Может быть, он хотел, чтобы я свалилась с коня и свернула себе шею? Но он ведь не знал, по каким кручам я носилась на своей мохнатой лошадке… Правда, в дамском седле сидеть было не в пример неудобнее, чем в мужском или вовсе без него, но я была уверена – Серебряный не позволит мне упасть.

– Тогда на счет «три», – сказала я. – Раз… два…

Я ударила каблуком в бок Серебряного еще на счет «раз», и застоявшийся жеребец взял с места в карьер. Я слышала, как за моей спиной замешкавшийся Райгор разбойничьим свистом подгоняет своего коня. Он настиг меня на полпути и даже сумел обойти, но Серебряный соперников не жаловал: свирепо заржав, он на всем скаку ухитрился вцепиться жеребцу Райгора в плечо, и тот шарахнулся в сторону, проиграв полкорпуса… Сразу видно, этого коня обучали не для прогулок, а для боя!

К старому дереву я пришла первой и еще подождала Райгора.

– Надо же, а старик еще хорош! – сказал он, когда мы неспешной рысью двинулись назад.

– Какой же он старик, он еще в самом расцвете лет, – улыбнулась я, похлопав Серебряного по шее.

Эта скачка ему была нипочем… Еще несколько лет назад он подолгу мог нести всадника – тогда князь Даккор сам объезжал свои владения и, поговаривали, сутками не покидал седла. Меня же, наверно, Серебряный вовсе не ощущал на спине!