Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

как мантру, и стиснул зубы, чтобы от боли не откусить язык. - Ну, поехали.

К сожалению, чуда не произошло. Едва парень потянулся к магическому источнику, его тут же вдавило в кровать с такой силой, что выбило из легких весь воздух.

- Че-е-рт, - с трудом вдохнул он, едва не физически ощущая, как раскрываются его легкие. - Вот это стукнуло.

Отдышавшись, Рафи попробовал еще раз, приложив чуть больше усилий. Ведь, ему нужно было понять разницу в действии блокиратора. И понял… От боли скрутило еще сильнее. Кажется, даже в глазах потемнело и что-то в спине хрустнуло, когда он извивался.

- Б…ь, больно-то как!

Пришлось почти час в себя приходить. Лежал пластом, весь мокрый от пота с головы и до ног, никак не мог отдышаться.

- Все-таки есть зависимость… Чем больше прилагаешь усилий, тем сильнее он реагировал. Это хорошо, относительно хорошо…

Хорошее в этом было то, что блокиратор с такой функцией должен был иметь дополнительный механизм, который оценивает силу реакции. А как известно, чем сложнее устройство, тем больше вероятности, что оно сломается.

- Не сдохнуть бы только при проверке, - Рафи слабо улыбнулся. Перспектива «загнуться» при уже почти открытой двери камеры, и правда, казалась смешной. - Ладно, еще раз попробую, а там посмотрим, что получится.

Руки он заранее просунул в разорванный матрас, чтобы их не сломало, когда его будет «крутить» от боли. Зубы сжал еще сильнее, надеясь, что это поможет.

- Ну…

Попробовал, и сразу же потерял сознание от дикой боли. Его, как лампочку, словно отключили от электричества. Раз, и все.

- Хр-р-р… Жив… вроде…

Слово «вроде» очень точно характеризовало то, что он сейчас чувствовал. Рафи был вроде жив, а вроде и мертв. Казалось, все было на месте, но все равно чувствовал себя, словно разделенным на запчасти - руки отдельно, ноги отдельно, голова отдельно.

- Главное, жив.

В голове уже крутилась подленькая мыслишка - а может бросить все это, забыть и не пыркаться. И все выглядело очень и очень разумно. Ведь, не было никакой гарантии, что удастся нащупать этот самый нужный предел блокиратора и его перегрузить. Скорее он просто не вытянет это.

- А хрена вам всем, - Рафи попытался я улыбнуться, но не смог. Прокушенная насквозь губа кровоточила. - Все равно буду пробовать. Подготовлюсь только немного.

Эти его опыты, какие бы безрассудные и с виду глупые они не были, показали одно - нужен сильный, как можно более сильный, импульс, чтобы что-то получилось. Словом, у Рафи была всего лишь одна попытка.

- А как иначе? - парень все же улыбнулся. Хотя похоже это было больше на оскал голодного зверя - белоснежные зубы, выглядывали из-под буро-красной раздвоенной губы. - Всегда есть только один единственный шанс. Всегда…

Очень кстати, вспомнилось, как с ним занимались перед одной из дуэлей. Мастер для увеличения личной силы тогда использовал очень необычный прием: положил его в гроб, забил крышку гвоздями и закопал в землю. При этом сказал, что ничто так не помогает разобраться в себе, как темнота и одиночество. Помнится, тогда Рафи это помогло.

- Гроба, конечно, нет, но обойдемся и без него.

Он закрыл глаза и попытался снова впасть в то самое состояние, что и тогда.

- Тут и так как один большой гроб.

Постепенно Рафи «нащупал» нужные эмоции. Ведь, камера, и правда, ничем от гроба особым не отличалась.

- Теперь посмотрим…

Представил, что вокруг одна лишь земля, земля на сотни и сотни метров. Земля черная, плотная, скрывает его от всех и вся. Здесь он один, совершенно один, а, значит, не нужно ничего бояться и беспокоиться. В других местах страшно, плохо, а здесь хорошо, тишина, спокойствие.

- Один…

Боль уже давно отступила, словно ее и не было никогда. Тело расслабилось, потеплело, стало невесомым. Один за другим исчезали другие ощущения, погружая его в бесконечную тишину, темноту и спокойствие.

Рафи, словно заново себя собирал. Отбросив все плохое, слабое, недолговечное, он, кирпич за кирпичом, строил новое «Я». Ломал перегородки, смело выкидывал ненужное, словно какой-то хлам. Получалось более сильное, цельное, самодостаточное «Я», которое не сдвинуть, не уязвить.

Источник магии в нем ощущался теперь не как крошечная горошинка или комочек, а нечто, напоминающее горный поток. Рафи чувствовал, как в источник бурлит, резонирует, требует действия.

- Хорошо…

Рафи очнулся. В темноте камеры глаза светились, выдавая невероятную концентрации магии. И осталось лишь выпустить ее, что он и сделал.

- Пошла!

Он схватился пальцами за обруч на шее и со всей силы дернул.

Глава 29. Случай...

Витяна за его короткую, но бурную жизнь как только не называли. Тетушка, теперь уже покойница, звала лишь Витяем и никак иначе. Причем говорила это таким тоном и с таким видом, что он всякий раз чувствовал себя маленьким сопливым пацаном. В скваде, где он когда-то верховодил, прозывали Витом, иногда - Старым (в скваде-то, считай одни мальки были).Старшие, кто всю Улицу держал, дали погоняло «Борзый», недвусмысленно намекая на излишнюю дерзать и неприятие авторитетов. Но что бы сукой, наплевавшим на воровской закон и продавшимся жандармам…

- … Сами вы все сучились, падлы. Жрёте и пьёте в три горла, а мальки на улице с голоду пухнут, - попадись сейчас Витяну вживую кто-нибудь из старшаков или их прихлебателей, что о нем такие паскудные слухи распускает, точно бы на ремни пустил. - Начальники в золотых погонах вам хрусты башляют, а я, значит, сука… Ничего, ничего, вот Рафу вытащу на волю, а потом и ваша очередь придет. Всех передавлю, как клопов. Чай, против зачарованного оружия не попрете.

Прежде чем попасть на этот пустырь на окраине города и добраться до своей тайной нычки, он много где успел побывать. Когда Рафи, его кореш, неожиданно исчез, то Витян сразу смекнул, что дело тут нечистое. Ведь, тот просто хотел сестренку проведать в клинике, а не на край света собирался. Точно что-то случилось.

Пару дней он походил по улице, огляделся у клиники, поговорил кое с кем из старых знакомцев, и все его подозрения подтвердились. Рассказали, что не так давно тут целый бой случился. Какие-то серьезные люди, около десятка, настоящее побоище у клиники устроили. Говорили и про выстрелы, и даже про взрывы. Кое-какие следы - вывороченные камни в брусчатке, отверстия от пуль в стенах - Витян