Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

же супруга, во всяком случае, по половецким законам, осталась в одной ночной рубашке, и служанка покинула палатку. Сегодня ей предстоит ночевать с дружинниками. Оно, конечно, неприлично. Но после полона скомпрометировать ее еще больше попросту невозможно. Реально же ей ничего не угрожало. Пусть поначалу и неосознанно, но десяток Михаил сформировал под себя, набрав туда достаточно адекватных мужиков.

— Присядь. — Михаил притянул девушку за руку, усадив на постель рядом с собой. — Алия, я хочу, чтобы ты знала, с этого момента и до конца наших дней ты моя жена, и я буду верен только тебе.

— Мужчине нельзя без наложницы, — буркнула она как рассерженная девочка.

Господи! Да почему как! Она и есть ребенок. Да, здесь взрослеют рано, как и обзаводятся семьями, взваливая на себя груз ответственности за детей. Но по факту пыжущиеся и мнящие себя взрослыми дети.

— У нас другие законы. А уходя в семью мужа, ты должна жить по правилам его дома, — пояснил он.

— Ваши мужчины никогда не смотрят на других женщин? — бросив на него недоверчивый взгляд, удивилась она.

— Кхм. Вообще-то смотрят. Но это грех. И наложниц нам иметь нельзя.

— А разве ты не мужчина, что тебя не будут интересовать другие женщины?

Вот так вот! Поди пойми эту красавицу. То готова загрызть Настю. А тут вдруг проявляет недовольство по поводу того, что ее благоверный не собирается иметь любовниц. Сказать по правде, Романов не так-то уж и собирался следовать данному обещанию. Грех-то он грех, только и он не святой. И потом, можно ведь проделывать это и с головой.

— Я мужчина. И не смотреть на других женщин у меня, конечно, не получится. Но смотреть это ведь не делать.

— Почему? — А вот тут уже чуть ли не возмущение.

— М-да. Поди пойми тебя, Алия. Хорошо, раз уж тебя это так задевает, если у меня и будут другие женщины, то ты об этом знать не будешь.

Странный какой-то разговор в первую брачную ночь. Признаться, он Михаила уже где-то и напрягает. Но, с другой стороны, лучше решить все на берегу. В конце концов, у них ведь не любовь до гроба, а брак по расчету. И происходящее вполне можно расценить как что-то типа брачного договора. Ну-у-у. Как вариант.

— Знать хочу. Но видеть ее — нет, — задумавшись на секунду, выдала новобрачная.

— Ох, у тебя и условия, девочка. Прямо и не знаю, как быть. Ладно. Рассказывать об этом не буду, но и скрывать не стану. Так нормально?

— Так хорошо, — удовлетворенно кивнула девчушка.

— Вот и договорились.

Он огладил ее волосы. Очертил овал лица. Да, оспа оставила свой неизгладимый след. Но совсем уж уничтожить красоту молодости не сумела. Просто появилась своя изюминка. Хм. Ну или он извращенец.

Склонившись, он поцеловал ее в губы, которые тут же сжались в жесткую тонкую полоску. Дразня, провел по ним кончиком языка. Ага. Чуть подались и начали расслабляться. Наконец он впился в нее поцелуем, и она ответила. Да причем так, что ему сразу же вспомнились все байки о восточных и азиатских красавицах. Будто бы матери с юности учат их доставлять удовольствие мужчине, чтобы оставаться для него желанной. Может, и так. Он не в курсе. Только напор и жар, с которым ответила Алия, недвусмысленно наталкивали на эту мысль.

В какой-то момент он подхватил ее и, поставив перед собой, начал снимать ночную рубашку. И тут Алия вдруг сразу же растеряла весь свой пыл. Покраснела, что было видно, несмотря на ее смуглую кожу и скудное освещение.

— Не надо, — тихо попросила она.

— Ты моя жена, и я хочу тебя видеть.

— Не надо. Прошу, — скорее выдохнула, чем произнесла она.

— Не думал, что женился на трусихе.

— Я не боюсь. Просто не хочу тебя огорчать. — А вот это уже совсем потухшим голоском.

— Не огорчишь, — поднимая рубаху, заверил он.

Вот хорошо все же порой накрутить себя и быть готовым к наихудшему варианту. А то, что он увидел… Да, шрамы от язв присутствовали, не без того. Но в то же время не сказать, что в столь уж запредельном количестве. Во всяком случае, молодое крепкое тело продолжало выглядеть привлекательным и желанным. Ну или он все же превратился в извращенца.

Впрочем, куда больше его волновал специфический запах, исходивший от ее тела. Нет, не грязного. С гигиеной у девушки дела обстояли не так плохо, как он того боялся. И это была все же не вонь, а скорее именно запах. Иное дело, что непривычный. Ну, к примеру, как тот же кумыс, который он теперь мог пить, не испытывая желания заткнуть нос. Мало того, он где-то даже уже начинал нравиться.

Да пошло оно все лесом!

Он ободряюще ей улыбнулся. Провел кончиками пальцев по упругому телу от бедер до груди и к шее, после чего вновь впился в губы страстным поцелуем. Может, и извращенец. Но с этим он разберется как-нибудь потом…

Остаток ночи выдался, как говорится, жарким. Поначалу-то все было скомканно и шло через пень-колоду. Ему пришлось постараться, чтобы перебороть смущение и неуверенность Алии, прежде чем удалось растопить сковывавший ее лед. Потом пришел неловкий момент с болевыми ощущениями. Н-но-о… В итоге у них все сладилось. Да еще как!

Глава 16

Похмелье

— Ты чего вскочила? — продрав глаза, удивился Михаил, окидывая ладную фигурку, уже скрытую под одеждой.

Кстати, ни разу не вчерашнее свадебное одеяние. Хм. Вообще-то ничем не отличающееся от обычного. Все те же сапожки, штаны да кафтан. Разве только красного цвета, знаменующего чистоту невесты, и вышивка гораздо нарядней. Головной убор, тот да, разнился с повседневным. Кстати, сейчас она не надевает свою войлочную шапку, а повязывает голову платком. Ага. Мужняя жена, значит.

— А ты чего лежишь, лежебока? Вставай. Мои родители и гости уже давно стоят перед входом в палатку.

— Чего это им не спится? — удивился он, явно понимая, что сейчас всего лишь рассвет.

— Как чего? — многозначительно кивая на простыню, чуть возмущенным тоном укорила она его за недогадливость. — У вас разве не так?

— А. Ты об этом. Ч-черт. Никак не привыкну, — сокрушенно вздохнув, начал одеваться он.

— Как это не привыкнешь?

— Не обращай внимания.

Когда оделись, он сорвал простыню с постели и, выйдя, продемонстрировал всем собравшимся чистоту и непорочность новобрачной, стоящей за его правым плечом, скромно потупив взор. Новость была встречена дружным гомоном, потоком скабрезных шуток и призывом промочить по такому случаю горло.

На этот раз все дружно отправились в лагерь Теракопы. Первый