Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— А во что обойдется содержание таких работников?

— Разве я уже не сказал, что вам это ничего не будет стоить. Дайте им инструменты, животных, клин земли, и они сами смогут содержать себя.

— А почему Арель? Ворскла полноводней.

— Эта река дальше от земель русичей. Не стоит так на меня смотреть. Это в первую очередь важно для вас самих. Даже сейчас вы нередко останавливаетесь на одних и тех же стоянках, так как для стойбища подходит не любое место. Когда же появятся запасы кормов, вас найти станет куда проще. И тогда уж чем дальше от границ русичей, тем лучше. Или устраивать зимовья на полдне.

— Та сторона не так богата травами, и если ее скосить, она вряд ли поднимется. В этих местах снега глубокие, но корма гораздо больше, — цыкнув, недовольным тоном возразил хан.

— Решать вам. Но если не изменить ваш подход, то из года в год вы будете зависеть от суровости зимы, а по весне восстанавливать ваши стада после голода.

— Менять что-то нужно. Тут ты прав, — с задумчивым видом огладив редковолосую бородку, согласился Белашкан.

Кочевники выносливый народ. Воин может выдержать многодневную скачку, длительное время обходиться без еды и воды, часами сражаться. За один присест съесть целого барана. Ну ладно, половину. Но в плане алкоголя они малолитражки.

Кумыс по крепости схож с пивом. И выпили-то они его не так много. Но уже явно опьянели и ведут себя достаточно шумно. Интересно, что бы с ними случилось, если их угостить самогоночкой. Впрочем, на этот вопрос давно ответила история. Он, конечно, тот еще ее знаток, но о спаивании инородцев и коренного населения колониальных стран, кажется, слышали все.

Кочевники в этом плане ничем не отличаются. Для них крепкий алкоголь будет сродни оружию массового поражения. И как казалось Михаилу, удар выйдет куда серьезней, чем если запустить в них наркотой. Это как с оспой. Процент смертности вроде и несопоставим с чумой, но если брать в историческом разрезе, от нее умерло людей в разы больше. Так и пьянство.

Кстати, Михаилу наливают слабоалкогольный кумыс. Ему ведь предстоит первая брачная ночь. Правда, из сыплющихся отовсюду шуточек выходит, что забота о потомстве тут вовсе ни при чем. Куда важнее, чтобы жених не опростоволосился, иначе своим бессилием опозорит и себя и невесту. Вот на второй и третий день дело другое.

Угу. Еще целых два дня вот такого веселья. Как оно там будет у жениха, пусть сам решает. А тут будет по обычаям и заветам предков. В Пограничном, к слову, все будет по христианскому обряду. И перед тем Алию еще и окрестят. Лично Михаил на эту тему и не заморачивался бы. Но тут уж, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. И вообще он должен быть примером для подражания.

Наконец настал момент проводов молодых. Застолье еще продолжится глубоко за полночь. Им же нужно озаботиться важным делом. Есть поверие, что ребенок, зачатый в первую брачную ночь, неизменно будет счастливым. Ну, может, и так. В любом случае Михаил был рад тому, что наконец сумел убраться из шумного шатра.

Да и Белашкан замучил его своими разговорами. Пообщаться-то оно всегда полезно. Только разговоры все крутятся вокруг одного и того же. Стадо, заготовка кормов, создание поселений и как лучше это устроить. Свое мнение и видение этого вопроса Михаил уже озвучил. Но хан, как и любой сомневающийся, возвращался к этому снова и снова с незначительными вариациями.

Что тут сказать, решение это серьезное. И вот так, с кондачка, его не примешь. Мало того, как выяснилось, половцы подумывают над ним уже не первый год. Только не решаются. Ведь и сами понимают, что окажутся уязвимы для своих соседей. Михаил привык думать о русских как? «Чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим». Вот только на деле все обстоит иначе. И охочи русичи до чужого, и за добычей ходят, и полон уводят.

В палатке их встретила Настя, которая уже все приготовила к предстоящей ночи. Стены и потолок занавешены белым полотном. Вкупе с масляными лампами мастерской Михаила внутри очень светло. А еще это визуально придает палатке большой объем, хотя в сравнении с юртой она значительно меньше. И вообще выглядит куда уютней.

Постель застелена белой же простыней. В ногах пристроилось одеяло из овечьих шкур. Ночи уже достаточно прохладные, и утепление стенок войлоком не больно-то помогает. Посредине еще и походная печурка из толстого железа имеется. Сборная конструкция с водяным баком, чтобы не сушило воздух. Но сегодня день и ночь достаточно теплые, чтобы ее топить. Тем более если будут спать под одним одеялом.

Кстати, выделка у него настолько хороша, что оно получается невероятно мягким и легковесным. Не смотри, что овчина. Между прочим, пользуется у купцов спросом. Только обработка настолько трудоемкая, что о товарном количестве говорить не приходится.

Угу. Подумать же больше не о чем. Такое впечатление, что это у него первый раз, а не у Алии. Хотя. Если подумать. С женой было все куда проще, они ведь перед свадьбой общались несколько месяцев. С любовницами тоже никаких проблем, потому как без обязательств.

С Алией же ему предстояло создать семью. И несмотря на то, что это чистой воды брак по расчету, возвращаясь домой, хотелось бы ощущать тепло домашнего очага, а не сталкиваться как минимум с холодностью. Опять же, пойдут дети, ответственность за судьбу которых ляжет на его плечи. И тот факт, что это не его тело, ничего не меняет.

— Оставь меня! — дернув плечиком, шикнула на Настю Алия.

Та, как и полагается по обычаю, начала было помогать невесте снимать одежду, но той это явно не понравилось. Шипит как рассерженная кошка. Господи, ему только разборок не хватало. И вообще такие поползновения нужно давить в зародыше, пока не переросло во что-то более серьезное. А то потом иди разбирайся в семейных дрязгах, возникших ни на чем. И это факт. Романов и в мыслях не держал какие-либо виды на подаренную невольницу.

— Алия, позволь Насте тебе помочь.

— Я могу и сама…

— Можешь. Но сейчас тебе поможет она, — жестко припечатал Михаил.

Алия потупила взор и встала безвольной куклой. Так и стояла, даже не помышляя хоть как-то облегчить задачу Насте. Аж рук не поднимала, предоставив девушке все делать самой. Ох уж ему эти выверты. Но нужно разруливать.

Наконец невеста или, вернее, все