Стинг. Тайны жизни Гордона Самнера - Уинсли Кларксон

Стинг перестал быть довольным, удовлетворённым как когда-то. О спокойствии и речи не было…

Преодоление

Я думаю, что мы расцветаем в спорах. И каждый день есть новый спор. День, когда нам не о чем будет поспорить, — это день, когда мы будем сломлены.

Это были трудные дни для Стинга. Теперь он был центром внимания, которого всегда жаждал. Ни у кого не возникало сомнения, что он стал рок-звездой, но он хотел быть ещё и популярным киноактером. В разгар своей музыкальной деятельности он все-таки умудрился завершить роль в «Сере и патоке». В один из съемочных дней он поранил себе руку, случайно пробив листовое стекло. Совершенно не остановленный этим ранением, он вышел на сцену в следующий же вечер с рукой на перевязи и передал свои обязанности бас-гитариста одному из членов команды.

Накануне нового, 1982 года, группа дала концерт в Шотландии, затем отправилась в двухнедельные гастроли по Франции, Германии и Скандинавии, прежде чем решиться на еще один марафон в Соединенных Штатах, в Бостоне 15 января.

Изнурительный темп предыдущего года был подхвачен в наступившем году. Выступление ради выступления — и вскоре группа почувствовала себя даже более вымотанной, чем на тот момент, когда они решили взять себе отдых.

Североамериканское турне «Полиции» началось с шоу в Майами во вторую неделю марта. Бороздя Америку с большим конвоем автобусов, группа играла до конца апреля. Они завершили грандиозное предприятие целой серией выступлений в штате Нью-Йорк.

В апреле 1982 года, накануне выступления в Мидоулэндсе, Фрэнсис родила второго ребенка — Фуксию-Кэтрин. Весила она восемь фунтов десять унций. Фактически в это же время Стинг уехал из недавно купленного для семьи дома в Северном Лондоне.

Как раз перед рождением ребенка Фрэнсис наконец узнала, что Стинг встречается за ее спиной с ее подругой Труди Стайлер. Очевидно, отсутствие Стинга во время рождения Кэтрин было не случайным, брак с Фрэнсис разорван. Стинг весьма тактично заявил, когда приехал в Штаты, что «он расстроен — тем более, что родилась дочка».

Несколько недель спустя слухи о разрыве между Стингом и Фрэнсис дошли до журналиста с Флит-стрит, Джона Блейка, который освещал всякие сплетни в рок-музыкальном мире. Он написал: «Брак рок-звезды Стинга и актрисы Фрэнсис Томелти столкнулся с проблемами, как я с сожалением узнал. У пары были споры, и они проводили мало времени вместе, частично из-за увлеченности Стинга двадцатисемилетней блондинкой-актрисой, которая до недавнего времени была подругой его жены».

Затем Блейк процитировал одного близкого друга: «Это очень странно. Они оба, кажется, любят друг друга, но их брак разваливается на части».

За исключительными откровениями Блейка в «Сан» скрывается бурная «битва за власть» между некоторыми членами семьи Стинга и его друзьями. Эта история была прямым результатом ряда анонимных писем, направленных в офис Блейка на Флит-стрит. «Автор настаивал, что слухи верны и что я должен кое-что опубликовать немедленно, — объясняет Блейк. — Это было очень странно. Я чувствовал, как будто мною манипулирует кто-то, очень близкий Стингу».

У Блейка были свои собственные подозрения насчет того, кто стоит за всеми этими письмами, но по юридическим соображениям было бы невозможным привести здесь имена замешанных людей. Однако кампания, развернувшаяся, чтобы сделать неверное поведение Стинга всеобщим достоянием, не давала ответа на вопрос: «Решился ли Стинг положить конец своему браку или нет?» Вскоре после этого чета выпустила заявление, утверждающее, что они вовсе не обдумывали развод, но каждый знал, что такое возможно.

В начале лета 1982 года Стинг начал судебное разбирательство против «Virgin Music», пытаясь вернуть своё право распоряжаться собственными ранними работами, которые были перехвачены этой компанией, когда он выступал еще в «Last Exit».

Стинг доказывал, что компания поступила с ним несправедливо, что они воспользовались положением начинающего музыканта: в то время ему приходилось зарабатывать себе на пропитание музыкой. Появились детали контракта «Virgin», который включал сделку сроком на пять лет, дающую Стингу и «Virgin» по пятьдесят процентов дохода в первые три года и 60 против 40 процентов в пользу Стинга на оставшиеся два года. По наущению Майлза Копленда Стинг возбудил судебный иск против «Virgin».

Несмотря на боль и муку, которые она должна была ощущать после обнаружения романа мужа с Труди, Фрэнсис появилась в качестве свидетеля, чтобы давать показания от имени своего мужа. Она официально заявила, что она работала, чтобы помочь мужу стать рок-звездой. Она направляла его, критиковала его и толкала вперед, когда он спотыкался, но шел из неизвестности к осуществлению цели и к мировой славе.

Фрэнсис описала своего мужа как «наивного», когда дело касалось коммерческой стороны музыкального мира: «Он избрал свой обычный подход — не интересовался ничем, а только пел и играл».

Она рассказала суду, как она торговала вразнос демонстрационными пленками Стинга во многих записывающих компаниях и даже подталкивала Стинга взять юридическую консультацию, прежде чем он подпишет контракт. Фрэнсис прекрасно обобщила ситуацию, сказав: «Мы были очень наивной парой. Просто парой идиотов, честное слово».

Этот контракт фактически дал «Virgin» пятьдесят процентов его заработков от выпуска первых двух альбомов и сорок процентов с третьей записи.

Дело вызвало кричащие заголовки в прессе, которая представляла битву в стиле Давида и Голиафа между Стингом в одном углу ринга и королем «Virgin» Ричардом Брэнсоном — в другом. Дело продолжалось в течение двух недель, прежде чем были проведены переговоры о несудебном урегулировании при публичном утверждении своей удовлетворённости каждой из сторон.

После этого Стинг был так озабочен тем, что люди могли подумать о его бессилии перед Брэнсоном, что почувствовал необходимость объяснить репортерам, почему он предпринял юридические шаги. «Мои песни, как мои дети, — объяснял он. — Вы ведь хотите защитить их, когда на них нападают? Я выиграл дело — я получил свои песни обратно».

Майлз был менее сентиментален и более прямолинеен. «Они заработали больше пяти миллионов на нем. В течение многих лет я пытался вновь провести переговоры по этому поводу, но они и знать об этом не хотели. Хотя Стинг написал три четверти песен в первом альбоме «Полиции» «Outlandos d'Amour», в то же время Стюарт и Энди заработали больше от написания песен. В Америке они получили семьдесят пять процентов, а Стинг меньше пятидесяти процентов.