Стинг. Тайны жизни Гордона Самнера - Уинсли Кларксон

Сезон записи длился для группы более месяца, и Хью Пэджхэм, более известный своими продюсерскими работами с Филом Коллинзом и «Холл энд Оутс», вел работу с группой. «Полиция» планировала отправиться в гастроли по Южной Америке, а затем поехать в Канаду, чтобы объединить выходящий альбом и записи на дорожках, сделанные на острове.

Страх перелетов у Стинга еще более был подогрет, когда «Полиция» попала в ураган на пути от записывающей студии, находящейся на Монсеррат, в Каракас, где они продолжали свое мировое турне.

Полет в убогой двухмоторной «Дакоте» 1943 года выпуска обернулся ужасным приключением, когда части самолета начали отпадать от основного корпуса, а дверь почти что сорвало с петель. Наконец-то самолет кое-как приземлился в Каракасе.

Спустя несколько недель Стинг выступал в роли свидетеля-дружка, когда Майлз Копленд женился на Мэри Пегг в Нью-Йорке. Это было значительным событием, потому что это подтверждало то, насколько близок он стал своему менеджеру.

Вернувшись в Лондон через несколько дней, Стинг сразу же узнал о шторме протеста против самого последнего сингла его группы «Невидимое солнце». Би-Би-Си запретила показ видеоклипа, на том основании, что это было «политическим заявлением», так как там были показаны дети, играющие на улицах западного Белфаста, броневики, британская армия, стены с нацарапанными рисунками и похороны.

Стинг был вне себя от гнева и заявлял о своих чувствах, каждому, кто его слушал: «Это песня о людях, которые должны иметь выбор! Контроль и запрет неправомерны!»

Стинг был горд своими связями с Ирландией, и он говорил в то время: «Я женат на девушке, которая оттуда, и я очень расстроен тем, что там происходит. Эта песня изначально была о Белфасте, о том, как люди ведут нормальную жизнь, но с тех пор, как я написал ее, условия, которые существуют в Белфасте, возникли в других британских городах, только вот у детей нет флага, которым они бы размахивали».

В апреле 1981 года вышла детская книга с музыкальным приложением под названием «Записка в бутылке». Некоторые рок-обозреватели были удивлены, что группа вроде «Полиции» была вовлечена в такой «мягкий» проект, но Майлз считал эту деятельность полезной для группы в период короткого творческого застоя.

Когда в октябре 1981 года вышел альбом «Призрак в механизме», Стингу пришлось дать некоторые разъяснения относительно названия альбома, которое было взято из книги психиатра Артура Коэстлера, который утверждал, что человек становится гораздо более похожим на машину. «Главное, что я хочу сказать, — это то, что мы не должны быть как машины. Мы более сложные, более созидательные, более разрушительные».

Стинг стал ревностно относиться к своему альбому, внимательно изучая рекламные материалы, распространяемые среди журналистов в период выхода альбома. «Я потерял веру в то, что политический процесс может разрешить наши проблемы. Я думаю, что ответ на наши проблемы находится у нас в головах. Я разочарован порядком», — говорил он.

Было очень мало времени, которое можно было провести с Фрэнсис и маленьким сыном. И неизбежно он становился чужим в своем собственном доме.

…А там, в Ньюкасле, семья Стинга также жила в тени его славы.

Семья Самнеров в полной мере оценивала, что их Гордон был гением и мультимиллионером вдобавок. Однако до этого времени они были склонны воспринимать его славу с некоторым привкусом удивления и находили трудным приравнять человека, о котором часто пишут в газетах, к их застенчивому подростку, которого они знали и любили.

Сестра Стинга Анджела к этому времени уже была замужем и работала в аэропорту Ньюкасла контролером билетов. Она была особенно близка брату. Она никогда не сомневалась, что Стинг добьется успеха, но была вдвойне поражена, потому что он, как оказалось, так и остался очень нематериалистичным, не очень-то заботящимся о своей собственности, несмотря на огромное состояние. До некоторой степени она все еще смотрела на него как на маменькиного сынка, который периодически заскакивал к семье ради чего-нибудь вкусненького, что готовила Одри. Анджеле периодически докучали, прося автографы брата или личную информацию о нем, но вскоре она научилась не обращать внимания на весь этот интерес. «У меня не было на пороге девушек, выстроившихся в ряд, но мне приходится признавать, что люди думают, что через меня они могут дотянуться до него и до его славы, — говорила она в то время. — Как они ошибаются! Не буду же я каждому говорить, что я тоже индивидуальность и не стану посредником!»

Анджела была особенно тронута тем фактом, что когда она легла в больницу по поводу серьезной хирургической операции на позвоночнике в январе 1982 года, то туда прислали огромный букет цветов от Стинга, который в то время находился в напряженной гастрольной поездке по Соединенным Штатам.

Однако временами Анджела переживала неприятные моменты. Она была особенно задета, когда среди соседей в Ньюкасле начали ходить слухи о том, что Стинг регулярно поддерживает их семью деньгами. Анджела опровергает это и по сей день: «Работая контролером в аэропорту Ньюкасла, я имею одновременно собственный бизнес — моделирование одежды. Недавно я появилась на обеде с мужем, и на мне было норковое пальто. Множество людей поинтересовалось, не Стинг ли купил его мне. Это оскорбляет. Мой муж купил мне это пальто как подарок к годовщине свадьбы». Безусловно, любитель животных Стинг не купил был столь «политически неправильный» подарок, как меховое пальто для сестры.

С другой стороны, брат Фил Самнер настолько был сыт тем, что люди затевают с ним драки из-за его знаменитого брата, что направил свой гнев на свои отношения с братом, и они чуть ли не поссорились. «Кажется, у него никогда не было достаточно времени на семью, и это вызывало проблемы», — объясняет Фил, который все еще живет в Уоллсенде и поставляет молоко всем домам в Уитли Бей.

Хотя между ними было три года разницы, у Фила были точно такие же взгляды на его знаменитого брата, которые доставляли ему массу проблем на улицах, когда они росли. «У меня создался комплекс по поводу выхода куда-нибудь одному. Раньше я частенько захаживал сам в местный бар, но теперь я не могу», — объяснял Фил в сентябре 1983 года. «Все говорят о Стинге, а я не могу постоянно это выносить. Это доводит меня! Некоторые люди ужасно бессердечны и жестоки. Для меня он — наш Гордон, а не Стинг. Он мой брат. Не бог».

Самой большой проблемой Фила была та же, что и у Стинга, — невероятная чувствительность. В конце концов, было естественным, что он должен был чувствовать раздвоенность по отношению к успеху своего старшего брата, особенно когда ему приходилось вставать в четыре часа утра каждый день, чтобы доставить молоко в более чем триста домов.