Могила повелителя - Виктор Ночкин

Солдаты ухватили пленников за локти и подвели — вернее, подтащили — к столу, за которым расположился магистр.

— Давайте сделаем все быстро, — снова предложил добрый Архольд. — Мне нужно знать, где находится человек по имени Корди. Мне нужно знать, что он делает теперь и что собирается делать в дальнейшем. Теперь я вижу, что он одолел Лорда Тьмы Алхоя и…

Магистр поднял книгу, по обтрепанному переплету пробежали отсветы красного огня, сверкнули искорками на сломанных медных застежках.

— …И Лорда Тьмы Феттаха. С этой книгой Повелитель Зверей не расстался бы по собственной воле, и я не верю, что он стал бы доверять свое сокровище никчемным людишкам вроде вас. Стало быть, Лорд Феттах убит… убит человеком по имени Корди. И книга у вас, а? Получается, Корди передал вам свой трофей. Получается, вы встречались с ним совсем недавно. Получается, вы встречались где-то неподалеку отсюда. Получается, и Корди рядом.

— Эту книгу мы нашли, — выпалила Элина, — случайно!

— Милая дева, — усталым тоном произнес магистр, — все, что я сейчас сказал, все мои выводы — это не подлежит сомнению. Вы встречались с Корди совсем недавно и где-то поблизости. Меня не интересуют лишние детали. Просто расскажите, где я могу его найти?

Пока магистр говорил, его оруженосец, человек со шрамами, медленно приблизился к Ленлину, которого держали двое солдат. Как только Архольд смолк, воин ударил певца кулаком в живот, Ленлин захрипел и дернулся, но его удержали в вертикальном положении.

— Где Корди? Как его отыскать? — повторил Архольд. — Поверьте, я не получаю от этого действа никакого удовольствия… Где Корди?

— Я не знаю, — прохрипел Ленлин, — правда, не знаю! Клянусь!

— Дайте мне его инструмент, — протянул руку магистр.

И тут с Ленлином произошла удивительная перемена. Едва Архольд взялся за гриф лютни и приподнял ее, намереваясь ударить о край стола, бард взвыл, стряхнул с себя двоих дюжих братьев, ударил ногой по колену человека со шрамами и бросился к столу, протягивая руки к лютне. Рывок Ленлина оказался таким стремительным, что магистр инстинктивно отшатнулся, до того резко, что опрокинулся на спину вместе с массивным креслом. Поэт рухнул животом на стол, его руки цапнули пустоту. Завыл солдат — Элина, извернувшись, укусила его запястье… Все тут же забегали, взметнулось потревоженное пламя свечей, огромные тени заплясали на грязных стенах… и все закончилось. На Ленлина насели четверо братьев, поэт все еще отбивался, но сопротивление только разозлило солдат, беднягу стащили со стола, швырнули на пол… Элине укушенный орденский вояка отвесил звонкую оплеуху… Толстяк Ботвейль с силой, неожиданной в пухлом коротышке, схватил обидчика, развернул к себе и врезал кулаком в челюсть:

— Не сметь бить девушку!

— На дыбу его! — заорал Архольд из темноты позади стола, он пытался выбраться из-под перевернутого кресла. — Скорей! Ботвейль, не лезь! Уберите сопляка…

Ленлина, избивая, поволокли в противоположный конец комнаты, где с потолка свешивалась петля… Толстячка Ботвейля схватили за руки, и, хотя он пыхтел и выкрикивал угрозы, вышвырнули в соседнюю комнату. Меч у рыцаря отобрали.

— Хватит этого спектакля! — рявкнул Архольд. — Вы, двое, сейчас же расскажете мне, как найти собирателя по имени Корди! Сейчас же! Сейчас же! Немедленно!

Расправу прервал громкий стук в дверь. Все, кто суетился в комнате, притихли и обернулись к входу. Снова постучали — громко, требовательно.

— Это мы! — раздался голос одного из Бремековых оруженосцев. — Пустите, что ли?

По знаку Архольда дверь отворили. Следопыты вошли и огляделись, дверь за их спинами тут же снова заперли.

— Я, кажется, помешал? — с искренним раскаянием произнес старший охотник. — Мы тут по следу прошлись…

— Говорите скорей, если есть что, — бросил Архольд. Магистр снова взгромоздился в кресло, но падение его окончательно рассердило, и добрый брат был очень зол.

— Этих, на площади, было трое, — пояснил следопыт, — третий сбежал, сопляк совсем, мальчишка… так мы снова прошлись туда, где его упустили. Вот что отыскали.

Мужчина швырнул на пол грязные штаны Мая и рубаху Ленлина с подвернутыми рукавами.

— Нет, не было третьего! — взвизгнула Элина.

Врать было совсем глупо, подростка в их компании отлично видели несколько десятков человек… но девушка была вне себя от злости и хотела досадить мучителям, чем только можно. Укушенный солдат тоже решил не упускать случая и сильно ударил пленницу в живот, та заплакала — больше от бессильной ярости, чем от боли. Где-то рядом, за стеной, послышался шум, приглушенные крики и лязг металла.

— Что там, опять Ботвейль шумит? — усталым голосом произнес добрый Архольд. — Что за болван…

Но шумел не коротышка, звуки доносились снаружи…

Хотя армия союзников превосходила численностью войско Железной Руки в несколько раз, арбалетчиков у Лорда Тьмы оказалось даже больше, к тому же их выучка оказалась получше. Солдаты Ордена не были новичками, и, пока линии стрелков сближались, казалось, что они могут соперничать со стрелками в коричневом на равных. Но едва расстояние между боевыми порядками сократилось до сотни шагов — преимущество солдат Лорда Тьмы стало очевидным. Обе стороны несли потери, то тут, то там болты пробивали кольчуги, ранили и убивали — однако вскоре солдаты Ордена попятились. Арбалетчики Ройнгарда деловито надвигались, держа строй.

Они действовали слаженно, чередуя десятки. Развернувшись к противнику спиной, десяток дружно склонялся, воины одновременно рывком взводили оружие — в это время их прикрывали щиты, подвешенные на ремне за плечом. Тогда другой десяток давал залп. По команде те, кто разрядил оружие, оборачивались спиной, другой десяток — с взведенными арбалетами и наложенными болтами — выступал сквозь разомкнутый строй товарищей и вскидывал оружие к плечу… Десятки согласованно надвигались, держа общий фронт. С каждым залпом линия стрелков Лорда Тьмы продвигалась на несколько шагов, конница и копейщики следовали за ними, сохраняя дистанцию. Добрейшему Могвиду, наблюдающему с холма, армия Ройнгарда казалась единым живым существом, а еще верней — машиной, бездушным бесчувственным механизмом.

Арбалетчики Ордена пятились. Они умело пускали снаряды, разворачивались и быстро перезаряжали оружие… но в их действиях не наблюдалось такой слаженности. Постепенно расстояние между линиями стрелков сокращалось. Девяносто шагов… Восемьдесят пять… Все больше белых плащей окрашивалось кровью, потери орденских солдат росли. Могвид, наблюдавший с южного холма, дал приказ стрелкам отступить. Поражение арбалетчиков входило в его замысел — пока что сражение развивалось по плану. Успешно наступающие стрелки Железной Руки вступили в промежуток между широко раздвинутыми отрядами конного ополчения северных сеньоров.