Росич. Книга 2. Мы наш, мы новый - Константин Калбанов

В принципе, можно было остановиться на достигнутом, но Макаров решил идти до конца и выжать из ситуации все, что только было можно. Когда еще представится подобная возможность, пощипать японский флот, причем весьма основательно. Если удастся добить эти два броненосца, то это ослабит Того, уже потерявшего "Асаму" и заставит перетасовать колоду, ослабив отряд Камимуры, что в значительной степени развяжет руки Владивостокскому отряду.

— Похоже первым был "Хатцусе", второй "Ясима", это Эссен, не отрываясь от окуляров бинокля.

— Пожалуй, что так и есть. Макаров у аппарата, — взяв телефонную трубку, заговорил адмирал, — передайте на ударный отряд сигнал к атаке. Основной отряд атакует броненосцы и крейсера, прикрывающий миноносцы противника. Миноносцам сосредоточить атаки на броненосце "Ясима". 

Все верно, "Хатцусе" и без того изрядно поврежден, наскочив на две мины, вполне возможно, что с него вполне хватит и этого.

Из-за мыса Ляотешань наконец появились русские корабли, которые вел в бой Матусевич. Впереди четырьмя группами по четыре корабля, двигались миноносцы, замыкали боевой отряд четыре канонерки, три из которых вырвались несколько вперед и продолжали постепенно увеличивать дистанцию между собой и отставшим старичком, что делать, все они отличались малым ходом, а этот в особенности. Вот одна из групп миноносцев отделилась в сторону и двинулась на сближение с четырьмя японскими миноносцами уже двигающимися на пересечку русским. Надо отдать должное японским морякам, если вначале они растерялись, то по появлении реального противника праздновать труса не собирались и бесстрашно пошли на прикрытие своих подорванных кораблей.

Крейсера также оставили попытки помощи броненосцам, предоставляя им возможность самостоятельно заниматься спасением кораблей, а сами начали выдвигаться в стороны, разворачивая фронт. Вероятно, справедливо полагая, что возможна минная постановка, крейсера начали расходиться в стороны, намереваясь обогнуть заминированную линию, ведь миноносцы уже вырвались вперед, а стало быть там мин не было. Однако выставленное подковой заграждение сыграло с ними злую шутку. Двинувшийся в обход один из крейсеров напоролся на очередной гостинец от русских, сразу просев на нос и дав крен на правый борт. Это было отчетливо видно, в настоящий момент он был развернут кормой к утесу.

Командиры остальных двух крейсеров тут же сообразили, что подводными лодками тут и не пахнет, а имеет место хитрая постановка мин. Уже приблизившиеся вплотную к опасности, корабли резко осадили ход и начали отворачивать в сторону. Что же, три корабля на одну минную постановку, это очень неплохо.

Подорвавшийся на двух минах "Хатцусе" уже настолько погрузился носом, что оголились его винты. О том, чтобы спасти корабль уже не могло быть и речи. Команда и не пыталась этого делать, спешно покидая гибнущий броненосец. Спустить шлюпки и катера уже не успевали, так что  скорее спасались в лучшем случае надев спасательные жилеты, а то и позабыв о них. Сейчас было важно отплыть от места катастрофы как можно дальше, чтобы не утянуло вниз, промедление было смерти подобно.

Четыре корабля, два из которых были повреждены, начали отходить, не отвлекаясь на спасение команды обреченного броненосца. К этому не располагали устремившиеся в атаку русские миноносцы. Отдаленно рыкнули орудия главного калибра "Ясимы", попасть в район сосредоточения двенадцати миноносцев не так сложно, площадь все же большая, но видно, что если и выцеливался какой-либо определенный корабль, о накрытии цели не могло быть и речи. Сейчас комендоры спешно перезаряжают орудия, но это практически бесполезное занятие, бить из этих монстров по маленьким и подвижным целям это все одно, что стрелять из пушки по воробьям. Другое дело, что до них пока мог добросить свои снаряды, только главный калибр.

"Страшный" только недавно вышел из ремонта, но тем не менее шел весьма ходко, выдавая чуть больше двадцати семи узлов. Малеев только удовлетворенно улыбнулся бросив взгляд на лаг. Все же повезло им с механиком, Дмитриев сумел не просто организовать ремонт машины, но и добиться прежних показателей в работе. Очень непростое дело, надо заметить. Так что сейчас, еще недавно весь израненный миноносец ничуть не уступал остальным, а даже сумел вырваться немного вперед.

— Ермий Александрович, нашему отряду приказано атаковать миноносцы противника. — Это телеграфист, вольноопределяющийся, только в этом году окончил Электротехнический в Санкт-Петербурге и направленный в Порт-Артур для укомплектования штата телеграфистов, большое все же дело, эти беспроволочные телеграфы.

— Понял. — Ничего удивительного, так и планировалось. — Дуров, право двадцать.

— Есть, право двадцать.

Эсминец изменил курс слегка завалившись на левый борт, хороший рулевой попался при доукомплектовании, чутко чувствует кораблик, ведет мягко, но при этом о медлительности говорить не приходится, не суетится, все вовремя, все в должной мере. Малееву вспомнился прежний рулевой, лихой был моряк, вот только об удобстве команды заботился редко, будучи по характеру несколько импульсивным, но корабль чувствовал ничуть не хуже, просто они разные, ну и миноносец подстраивается под каждого из них. Но эта неторопливость и даже ленца, с которой управлялся Дуров со штурвалом были обманчивы, в любой момент он мог буквально взорваться, заставляя кораблик выписывать самые замысловатые "па", во многом благодаря именно его действиям "Страшный" за эти дни не получил ни одного попадания, а в переделках они успели побывать уже дважды. В первый раз, шедшему рядом "Бесстрашному" не повезло, попал под накрытие, а затем был потоплен, Дуров же развернув корабль буквально на пятачке, да еще и не снижая скорости, едва не опрокинув его, вывел всех из под обстрела. Правда, Ермий до сих пор никак не мог понять, как тогда не улетел за борт и вообще, как так вышло, что после похода, все члены экипажа оказались в наличии.

Посреди гущи русских миноносцев взметнулись два водяных столба, но как видно никто не пострадал. Японцы не имея пока возможности вести огонь из средних орудий, чего уж говорить о мелких, решили попытать счастья на предельной дистанции из главного калибра. Бес толку. Нет, ну а почему не попробовать, кто им запретит? Попробовали, а толку-то. Хотя… Как там говорится: если долго мучиться, что-нибудь получится. Вот же мысли дурные в голову лезут, эдак и беду накликать можно.

Отряд из четырех русских миноносцев споро двигался на пересечку четверым японским, но те словно и не замечали этой опасности, упрямо правя к основному отряду русских. Сразу и не поймешь, то ли самурайский дух взыграл, то ли самоубийцы там, но молодцы.

Заговорила артиллерия крейсеров, русские достаточно приблизились. Не имея возможности отойти от быстрых и маневренных корабликов, японцы стали отходить стараясь держаться правым бортом, чтобы задействовать как можно большее количество артиллерии, что ни говори, но целей слишком много. Пристрелочные снаряды легли с недолетом, но уже следующие вспарывают водную гладь в непосредственной близости от миноносцев, японцы бьют распределив отряды между кораблями, так что на один отряд приходятся залпы одного корабля. Броненосец похоже решил сосредоточить огонь на головном отряде, усилив таким образом артиллерийское воздействие. Матусевич отреагировал мгновенно, отдав приказ рассредоточиться и стайки легкокрылых эсминцев разбегаются в сторону. Теперь они имеют возможность маневра, чтобы выскочить из-под обстрела. Японцы не разбрасываются, также изменив тактику. Теперь каждый из кораблей сосредоточенно ведет огонь по одному кораблику из передовой четверки. Вообще все происходит на удивление быстро, впрочем, может ли быть иначе в маневренном бою со скоростными целями. Тут уж нужно вертеться как уж на сковороде, чуть прошляпил и миноносец уже приблизился вплотную.

Малеев прекрасно понимает, что у него свои задачи, но никак не может оторвать взор от происходящего в стороне избиения его сослуживцев. Впрочем, избиение это слишком громко сказано, пока никаких попаданий. Зараза! Не зря говорят, что дурные мысли притягивают неприятности. В один из миноносцев угодил-таки шестидюймовый снаряд. На палубе сумятица, миноносец рыскнул в сторону, но очень быстро выравнялся, похоже и машина не пострадала, скорость не упала, но суета на палубе продолжается, видать покосило людей. Остальные ведут атаку выписывая несуразные зигзаги, всячески пытаясь сбить пристрелку, да только в этом мало толку, когда твоя цель все еще далеко и тебе нужно проделать весьма большой путь, прежде чем сможешь задействовать единственное оружие, способное нанести ущерб броненосцу или крейсерам.

Взгляд на тонущий броненосец. Этот уже обречен, команда спешно покидает его палубу. Плавсредства задействовать уже не получается и люди прыгают за борт надеясь только на спасательные жилеты, благо вода хотя еще и холодная, но уже совсем не то, что было даже три недели назад, продержаться можно, а там подберут или свои или противник, но шансы выжить все же имеются.