Чёрные сны - Павел Корнев

– С фига ли? – притворно удивился держащийся бодрячком приятель. Лес остался позади, но особо это не радовало – как вспомню наш марш-бросок, так снова дурно становится.

– Таблетку, гад, кто мне подсунул? Чистый яд! – вполголоса выругался я и вновь присосался к горлышку полторашки. Ух, вода холодная – жуть. Аж зубы заломило.

– Я тебе насильно пихал? – хохотнул Ермолов и принюхался.

– Мог бы хоть не гнать так, – пожаловался я. – Да не шмыгай ты носом, это горный медведь территорию метил. Старая метка уже, почти выдохлась.

– Откуда он здесь взяться мог, медведь?

– С той стороны долины в холмах у них берлоги раньше были. Может, и сейчас кто остался. – Я подкатился к Шурику и тяжело вздохнул. – Гнать, спрашиваю, зачем так было?

– Я тебе одно скажу – даже если бы просто пешком шли, тебя бы точно так же по-первой ломало, – объяснил Шурик. – А чем больше нагрузки, тем усталость раньше пройдёт.

– Брешешь, поди.

– Точно тебе говорю.

– Стой! – встрепенулся вдруг я. – Лай слышал?

– Какой ещё лай? – ничего не понял Ермолов, но вдруг громко выругался. – Твою мать! Они собак по следу пустили!

– Нам хана, – невесело подытожил я, прислушиваясь к понемногу приближавшемуся гавканью.

– Бегом на холм! – Ермолов нашёл взглядом возвышавшиеся на кургане руины крепости. – Если успеем – в подземелья уйдём!

По большому счёту – ничего другого нам и не оставалось. Даже если Границу горожане ещё не перекрыли, добраться до неё мы по-любому не успеем. С егерями такой фокус не пройдёт. И со следа их не сбить – собаки всю малину на корню загубили. Единственная надежда на крепость и ночную темноту. Рискнут горожане в руины сунуться? Скорее да, чем нет. А хватит ли у них решимости и ночью их прочесывать? Вот это уже сомнительно. Со сменой времени суток охотник и дичь запросто ролями поменяться могут. Не факт, конечно, что именно мы охотниками станем. Но мало ли кто по тёмным углам заброшенной крепости схорониться мог? Сколько раз пытались её обжить, а всё одно – надолго никто не задерживался. Даже Братству отступиться пришлось после того, как два отряда разведчиков там без вести сгинули.

Изо всех сил напрягая наотрез отказывавшиеся выпрямляться ноги и упираясь в крутой склон лыжными палками, мы почти успели подняться на вершину кургана, когда выскочившие из леса егеря спустили собак с поводков. Думаю, они были слишком разозлены гибелью товарищей, иначе никогда бы не решились на столь необдуманный поступок.

Даже не обернувшийся на звук выстрелов Ермолов продолжил забег к крепости. Я же без лишней спешки опустился на одно колено, поймал в прицел первую из нёсшихся вверх по склону собак и плавно потянул спусковой крючок. Картечь швырнула здоровенного пса – не чистокровного ротвейлера, но что-то типа того – в снег. Да уж, на таком расстоянии грех промахнуться. Чистый тир, да и только...

Спокойно переломив ружьё, я вытащил стреляную гильзу, вставил новый патрон двенадцатого калибра и подстрелил вторую гончую. Вот тут до егерей и дошло, что ещё немного, и они рискуют остаться без собак. Раздался длинный свист, и рвавшиеся вверх по склону холма псы бросились под защиту высоких зарослей зимней крапивы.

К этому времени егеря стали палить куда интенсивней, и решив не искушать судьбу, я поспешил вслед за Ермоловым. Тот как раз успел отыскать один из полузанесённых снегом проходов, ведущих во внутренний двор, и яростно махал мне руками. И чего суетится, спрашивается? Всё под контролем...

Толчок в спину я почувствовал, когда уже почти добрался до сложенных из массивных каменных блоков крепостных стен. Сначала ничего не понял, а потом меня качнуло и на ногах удалось удержаться, только упершись о выставленные вперёд лыжные палки.

– Твою мать! – выругался ухвативший меня за плечо и буквально втащивший в узкую щель прохода Шурик. – Куда тебя?

– А хрен его знает. – Я прислонился к стене и, стянув меховушку, завёл руку за спину. Пальцы наткнулись на что-то тёплое и липкое. Приплыли...

– Ну-ка, ну-ка, – бесцеремонно крутанул меня Шурик и, громко хмыкнув, вытащил из рюкзака замятую консервную банку. – Саморазогревающиеся, говоришь?

– А пуля где? – немного успокоился я.

– Потом найдёшь, – Ермолов осторожно выглянул наружу, выпустил несколько коротких автоматных очередей и вновь скатился обратно. – Залегли, суки! Не отставай.

– Ты куда? – На ходу пытаясь отдышаться, я нагнал Шурика. Тот уже добежал до конца узкого, занесённого снегом коридорчика, но вместо того, чтобы свернуть во внутренний дворик, принялся тыкать лыжной палкой в сугроб, наметённый ветром на ведущей в подземелье лестнице. – Жить надоело?

– Какие варианты? – Убедившись, что спуститься вниз труда не составит, Шурик, даже не дожидаясь моего ответа, полез в тёмный провал.

– Через двор! – разозлившись, крикнул я вслед. – Проходим через крепость напрямик, а там до Границы рукой подать!

– Не смеши мои тапочки, – остановившись, обернулся Ермолов. – Нас здесь уже обложили, как лис в норе, какая Граница? Да и серый иней на внутренних стенах, говорят. Зубы покрошатся на фиг. Андестенд?

– Пошел на фиг, англичанин хренов, – выругался я и начал спускаться. А куда деваться? Другой альтернативы нет...

Честно говоря, мне подземелья ещё под Лысой горой надоесть успели. И вот – опять. Хотя вообще – подвалы крепости ничуть не напоминают катакомбы под горой. Там камень едва отёсан – тут гранитные блоки один к одному подогнаны. Даже лезвие ножа в щель не воткнёшь. И просторней здесь. А на нижних этажах, пацаны рассказывали, и вовсе в некоторых коридорах до сих пор магические светильники гореть продолжают. Вроде как гимназисты идею своих колдовских фонарей с них слизали.

– Живее давай! – Перепрыгнув последнюю ступеньку, Ермолов разорвал надвое какую-то бумажку и прилепил её половинки на стены по обеим сторонам прохода. – А то нагонят.

– Так и так нагонят. – Я прошёл мимо, с интересом наблюдая, как Шурик аккуратно расправляет ладонью на шершавом камне неровно оборванные листки. – Что ещё за наскальное творчество?

– А чтоб не догнали, – недобро улыбнулся Шурик. – Собачек они твоими стараниями с поводка заранее спускать побоятся, но наверняка на поводках вести будут. Вот проводнику голову и снесёт. Ну а нам только о зверюгах позаботиться останется. Внизу снега нет – хрен какой следопыт выследит.

– Стоп! Что значит внизу?! – забеспокоился я, нагоняя вновь рванувшего по коридору Шурика. – Ты куда собрался, Сусанин?

– Да не ори ты. – Ермолов остановился у какой-то дыры в полу. – Рюкзак давай.