Однажды в Москве. Часть II - Ильгар Ахадов

этот “ворчливый” Абдул, который был свидетелем нашей встречи. Раз ворчит, значит недовольный. А какие тараканы водятся в затуманенной религией голове недовольного человека, я не мог знать.

Все эти острые углы должны были возникнуть после появления по телеканалам информации об участии в теракте в Краснопавловске Магомеда Харчиева. Я понимал, что, если Трофиму понадобились документы Харчиева, значит возникли осложнения с “бытовой” версией ФСБ, которую, вероятно, продвигала партия Никитина. Капают на прессу видимо и люди Куцебы, и МВД, которое негласно вело свое расследование. Обычно МВД всегда дистанцировался от КГБ-ФСБ, не лез на рожон. Позже Тощий мне сообщит, что погибший майор милиции был родственником одного из замов министра МВД.

Но то, что для россиян готовилась очередная “кавказская” версия теракта, было ясно как дважды два…

Братья вернулись спустя час. Как я и их проинструктировал, зайдя в хлебобулочную, Павел показал удостоверение и потребовал встречу с хозяином заведения. Якобы поступила жалоба – кто-то пожаловался на продукцию и теперь надо разобраться. Хозяина вышел представить сухощавый и долговязый Абдул, но его внешний вид не соответствовал упитанному Магомедказиеву, которого я описал. Потому Старший так гаркнул на него, что Абдула из магазина ветром сдуло, а спустя некоторое время появился разъяренный, как пещерный лев настоящий хозяин заведения.

Когда Павел многозначительно намекнул о необходимости конфиденциального разговора, губы Магомедказиева скривились в презрительной усмешке. Он предположил, что менты, как всегда, раскручивают его на бабло. Потому без слов поманил их за собой во двор дома, внутрь маленького помещения, выполняющего назначение то ли подсобки, то ли сарая. Убедившись, что они наедине с хозяином, Павлик вытащил из-за пазухи продырявленный пулей Коран Харчиева.

– Твой друг велел передать тебе “салам” и еще просил передать, что Магомед стал шахидом. Да благословит его душу Аллах!

Магомедказиев моментально преобразился в лице, побледнел:

– Ва алекума-салам!.. – ответил глухим голосом. После произнес короткую молитву, беззвучно шевеля губами.

Лишь после он взял Коран из рук Павла, поцеловал и поднес к своему лбу.

– Это мне?

– Нет. Коран – ключ доверия между нами. – Павел. – Он завещан покойным твоему другу.

– А где он сам? – спросил исламист, словно нехотя возвращая книгу.

– Далеко отсюда. От него тебе сообщение.

– Я слушаю…

Когда я пролистывал помятый “советский” паспорт Харчиева, на колени упало маленькое черно-белое изображение. С него на меня глядела улыбающаяся молодая женщина в платке, держащая на руках маленькую, видимо, недавно проснувшуюся девочку с сонными глазами. Рядом стоял мальчик, гордо вытянув осанку. Его не по возрасту взрослые глаза дерзко вглядывались в мир, который в скором приготовит ему и родным столь трагическую кончину. Невольно вспомнил слова Харчиева.

“Я сына учил, что можно преклонить колени только перед Аллахом…”

– Ты предупредил, чтобы он уничтожил все улики пребывания Харчиева в его доме?

– Да, – Павлик кивнул. – Потому и он принес эту фотку… Рома, зачем понадобился им паспорт этого смертника?

– Ты не понял? Наверняка хотят и это повесить на нашего брата.

– То есть на кавказцев?

– Да, дорогой. Хорошо, мы есть. Все проблемы решаем.

– Так он действительно кавказец, – пробурчал Толик.

– Да, взрывчатку на него тоже надели кавказцы. И семью его уничтожили кавказцы. А Сталин был русским…

– …

“Идентифицировав Харчиева, ФСБ будет пробивать его контакты, даже если с нами договорятся. Просто, по специфике работы. И выйдут на Магомедказиева. Достаточно будет вытрясти агентуру в Соборной мечети.

Надо все детально обговорить с Никитиным…”

Я сжег фотку. Постепенно она превратилась в пепел.

– Зачем ты это сделал? – удивленно спросил Толик. – Отдал бы вместе с паспортом Трофиму…

Я не стал объяснять. Не было ни сил, ни желания. Заметил, как понимающе кивнул Павел.

– Ну что, поедем к Тощему? – Толик пожал плечами.

– Лучше он к нам… – вопросительно посмотрел на меня Павел. – Я передам ему ксиву Харчиева. Заодно и обговорю встречу.

Я кивнул. Было все равно…

Глава XXI

Мы с Толиком поехали в знакомое вам заведение Арама.

Когда вошли в кафе, было непривычно шумно. Обычно мы здесь бывали утром и потому с таким светопреставлением не сталкивались. Почти все столы были заняты шумными посетителями, которые орали, матерились, умилялись пьяными слезами и т.д. Табачный дым окутал помещение туманом и придал лицам посетителей сходство с персонажами Дантева ада.

Между столами с подносом на руках виртуозно “порхало” какое-то женоподобное существо с серым от грязи фартуком и помятым чепчиком, и периодически стучало по котелкам клиентов то подносом, то черпачком, когда те распускали руки.

Вдруг Толик вытянул руку и буквально словил хаотично мечущегося знакомого нам официанта. Он тщетно пытался освободить шкирку от граблей младшего Романова, пока его взгляд не встретился с моим, терпеливо изучающим его телодвижения вокруг своей оси.

– Здрасти!.. – искренно расплылся в улыбке Валя, повиснув на руке Толика. – Какие люди!..

– Ты что, сволочь, употребляешь на работе?

– Пфф… – неопределенно ответил служитель и театрально раскрыл руки беснующей толпе. – Как их… трезво обслуживать?

– А куда бежал?

– Так ведь не заплатил… – попытался вновь вырваться из “вешалки” официант.

– Стало быть, ты не совсем пьян, Валя?

– Н-нет! – он помотал головой.

– А это что за чудище? – указал на квадратную женщину Толик. – Она похожа на моего тренера.

– Эта Галя, моя тетя. Я ее на работу взял… – он гордо вскинул голову. – Га-ля!..

Та как раз очередного нахала отшила оплеухой. Прищурив глаза, она сначала оценила обстановку, после в два прыжка оказалась рядом, с ходу схватив со стола чью-то вилку.

– А ну отпусти! – реально замахнулась на Толика дамочка.

– Отпусти… – я кивнул “прячущемуся” за спиной Валечки Романову. – Не хватает нам получить от дамочки один удар, четыре дырочки.

Освободившийся официант спрятался за тетей и в пьяном экстазе завопил:

– Галя – моя крыша!..

Несколько человек с улюлюканьем поддержали его, хлопая в ладоши. Видно, Галя пользовалась здесь авторитетом. Мы с Толиком обменялись взглядами.

– Так, теперь слушай внимательно! – я сделал обнаглевшему Вале серьезную мину. – Я твой новый хозяин. Арам передал заведение мне. Усек?..

Тот, кажется, моментально протрезвел, хлопая ресницами.

– …Так что, если хочешь остаться на работе, быстро подключай мозги и выполняй. Где Сусанна?

– Вв… комнате. У Арама в комнате. Т-туда только она и заходит.

– Понятно. Где у тебя табличка с надписью – “Закрыто” или “Ревизия”, или “Банный день”?

– Есть только “З-закрыто”, за дверями.

– В общем, всех потихоньку выпроваживай, – кивнул я на публику, – а заведение закрой и проветри. Теперь, Галя…

– Ау!.. – почти ласково отозвалась тетя, пряча вилку за спиной. Видно, баба была смышленая и тотчас вникла в обстановку.

– Ты