Невеста поневоле, или Доведи дракона до бешенства! (СИ) - Линкси Браун

За ним Матэо, а из коридора стал доноситься гул возмущенных и встревоженных служащих.

— Господин Риелийский, — поклонился Патаник, затем отчеканил: — Мы уверены, что этого достаточно для того, чтобы снять главу ведомства и его помощника с должностей и отправить под следствие. Исходя из Устава, пункта третьего части пятьдесят восьмой…

Патаник взял на себя роль голоса всего совета главнокомандующих подразделениями, что толпились за спиной Матэо и с ненавистью во взгляде смотрели на эту чудесную компанию преступников. А я мог лишь радоваться тому, что мой помощник так вовремя и так кстати оказался рядом. В нужном месте, в нужное время.

Нет, определенно, я добьюсь повышения оклада Патанику, выпишу ему двадцать премий!

Следующие полчаса творилась суета. Колдуна проверили на принятие сыворотки правды, он дал показания независимым экспертам, вызванным в срочном порядке. Нас же — командующих подразделениями, проверяли на сфере Правды. Упустили лишь выяснение того, кто же использовал на колдуне запрещенную сыворотку, что оказалось мне на руку.

Дальнейшее происходило сумбурно, но оперативно. Вскоре Правителю и его советникам были отправлены задокументированные результаты расследования дела о покушении, в котором главными обвиняемыми теперь фигурировали бывший глава ведомства, его помощник и колдун. Оставалось лишь найти четвертого — исполнителя.

Помимо прочего, я направил в совет прошение о немедленном освобождении Айрин, поскольку все обвинения с нее могли быть сняты, учитывая показания Рэйхальда и его сообщников.

Весь день в ведомстве происходила суматоха. Я же засел в кабинете бывшего главы ведомства, изучая всевозможные документы и личные вещи Рэйхальда, чтобы отыскать хоть какую-то информацию об Эрике Хоффсиле.

Я безумно хотел закончить начатое, закрыть это дело раз и навсегда. Но, по правде говоря, гораздо сильнее я ждал разрешения на освобождение Айрин из темницы. И дабы не терзаться томительным ожиданием, решил отвлечь себя самым полезным делом, какое могло сейчас только быть.

— Господин Риелийский, — раздался чей-то голос в дверях кабинета.

А мне в этот момент было совсем не до разговоров. Сейчас я был занят невероятно важным делом — проявлением скрытого текста на клочке бумаги, найденном в потайном дне ящика стола Рэйхальда. И, вероятно, содержимое бумаги могло привести меня к Эрику. Или открыть еще какие-то грязные секреты бывшего главы ведомства, которые меня уже не так интересовали.

— Не сейчас, я занят, — буркнул себе под нос, не поднимая взгляда.

— Ваше упорство похвально, — голос прозвучал совсем рядом, окончательно сбивая меня.

В гневе я поднял глаза на нарушителя моего спокойствия и с удивлением обнаружил, что передо мной стоит сам советник Болкрофт, курирующий армию королевства и ведомство.

— Прошу меня простить, господин Болкрофт, — протараторил я, подрываясь с места. — Я думал, это кто-то из подчиненных заглянул.

— Ничего-ничего, — по-доброму усмехнулся советник, — Вы заняты важным делом, и я не стану вас надолго отвлекать. Я лишь пришел лично сообщить, что по решению совета с леди Айрин сняты все обвинения, и она может быть освобождена прямо сейчас. Полагаю, вы сами хотите освободить ее и донести приятную весть? Я готов составить вам компанию и принести девушке глубочайшие извинения за доставленные неудобства от лица самого Правителя и совета.

— Не нужно, я сам, — спешно отозвался я, нервно усмехнувшись.

Будет совсем некстати, если иллюзию Айрин разоблачит сам советник! В конечном итоге все равно выяснят, что это моих рук дело, и тогда моей репутации точно будет конец…

— Как угодно, — легко согласился Болкрофт, а мне показалось, что он даже обрадовался возможности избежать извинений. — Примеряете кабинет?

— Продолжаю расследование. Последний преступник не найден, — сухо отозвался, надеясь, что советник уйдет скорее. — Рассчитываю найти полезную информацию среди вещей Рэйхальда.

— Рекомендую всё же присмотреться к интерьеру, — с усмешкой произнес советник и обвел кабинет взглядом. — Дело за Вами, господин Риелийский.

Советник покинул кабинет, напоследок намекнув мне на должность главы ведомства. И это предложение не могло меня не радовать, вот только сейчас было совершенно не до этого.

Прихватив с собой клочок бумаги, содержание которого я так и не успел проявить, я поспешил в кабинет к помощнику.

— Патаник, у меня для тебя очень важное дело, — выпалил я с порога. — Нет, даже два дела.

— Слушаю вас, господин, Риелийский, — кивнул Патаник.

— Приходил советник Болкрофт и сообщил об освобождении Айрин из…

— О, поздравляю вас! — не дослушал меня помощник, торопясь с поздравлениями.

— Да-да, спасибо, — сухо протараторил я. — Мне нужно, чтобы ты выиграл для меня время.

— В каком смысле? — смутился Патаник.

— Проконтролируй, чтобы в темницу к Айрин не заходил никто, пока я не вернусь.

— Понял. Будет сделано, — кивнул он. — А какое второе дело?

— Я нашел в кабинете у Рэйхальда записку со скрытым текстом. Предполагаю, что там находится информация о его последнем сообщнике.

— Все понял. Сейчас же отдам записку Матэо, чтобы он ею занялся, а сам отправлюсь в темницу. А я так и знал! Так и знал, что вы…, — радостно заголосил Патаник, очевидно раскусив провернутое дело с иллюзией Айрин, но тут же осекся, сообразив, что кто-то посторонний может его услышать. — В общем, господин Риелийский, задача ясна. Можете не волноваться, все будет сделано!

— Спасибо, Патаник, я снова у тебя в долгу, — похлопал помощника по плечу и поспешил к своей Айрин.

Глава 42

Айрин

В компании тетушки Серфины бесконечно тянущиеся дни казались чуть менее нудными и невыносимыми, чем могли бы быть в темнице. С ней мы много беседовали о прошлом, размышляли о насущных проблемах, да и просто проводили время вместе за готовкой различных блюд. Тетя научила меня печь свой фирменный пирог, хотя получался он у меня все же немного хуже, чем у нее. Да и вообще она научила меня готовить! Прежде мне не у кого было учиться, да и желания особого не было. Но теперь я училась с радостью, мечтая о том, как буду готовить Риэлису в нашем уютном маленьком домике, где будем только мы вдвоем.

Вот только ночи тянулись еще дольше, чем дни. С заходом солнца меня одолевали неприятные и гнетущие мысли, словно темнота расцветала не только над городом, но и в моей душе.

Почему Риэлис не приходит? Вдруг с ним что-то случилось? Может, его уже арестовали, и он сейчас в холодной и сырой темнице, м вот-вот нагрянут ведомственники, чтобы забрать и меня? А вдруг он вышел на преступника, но не смог ему дать отпор? Вдруг он лежит израненный в какой-нибудь глуши и на последнем издыхании молит о помощи? А вдруг уже погиб?!

Эти мысли не давали мне покоя и возможности заснуть. Часами я ворочалась в размышлениях,