Домой Не По Пути (СИ) - Эшли Дьюал

Я оборачиваюсь, вижу, что Бертрам смотрит на меня и прохожусь пальцами по его заросшему подбородку. Я рада, что он рядом, что он сжимает мою руку. Мне тепло с ним и спокойно. Бенни - часть той жизни, в которой все было хорошо, и я, сама того не ведая, цепляюсь за него, как за спасительный круг.

Мы паркуемся у высокого здания со стеклянными стенами и выкатываемся наружу, не произнося ни звука. Смотрю по сторонам. Ноги сплетаются от усталости, а я все равно хожу туда-сюда, пытаясь вглядеться вдаль, увидеть что-то такое, чего еще не заметила.

Уилл останавливается. Выходит из Доджа и растягивает губы в улыбке, увидев, как я пританцовываю от забора до дорожного бортика. Он подходит ко мне так близко, что я улавливаю запах мелиссы в воздухе, и заправляет мне прядь волос за ухо.

- Ты выглядишь счастливой, птенчик.

- Так и есть, Уилл. Даже ссориться с тобой не хочу. Хочу просто носиться по городу и кричать от восторга. Это невероятно.

- Я рад, что тебе нравится.

- Так говоришь, будто сам этот город построил, - язвит Тэмзи и потягивается. На ней какой-то прозрачный топ и дранные джинсы. - Есть хочется, ребята. Я не шучу.

- Где тут можно перекусить, Бенни? - Спрашивает Кори.

- Везде. Здесь на каждом повороте забегаловки.

- А что с мотелями? - Джесси, как всегда сжимает в руке чехол с гитарой. - Сколько в Нью-Йорке гостиниц для малоимущих путешественников?

- Гостиниц? Вы серьезно? Даже не выдумывайте. - Бертрам покачивает головой, и в его невероятно-красивых глазах проскальзывает решительность. - Оставайтесь у меня.

- Хорошая идея. - Хмыкает Уилл и задумчиво скрещивает на груди руки. - Ты точно не против, если мы у тебя перекантуемся пару ночей?

- Нет. К чему ютиться в мотелях, если есть моя квартира?

- Классно мыслишь, Бенни. - Усмехается Уилл, и я невольно подмечаю в его голосе нотку сарказма. - Так и поступим. Вот оно - хваленое Нью-йоркское гостеприимство.

- Так, какие у нас планы? - Зевает Тэмми и облокачивается об Гудмена, словно он ее личная подставка. - Куда сейчас идем? В кафе, а потом в "Серенити"?

- Я передумал насчет "Серенити".

- Что? Почему?

- Ну, просто так. Решил, что сегодня мы с вами потеряемся.

- Где потеряемся? - Недоумевает Кори, а я невольно подхожу к Уиллу и улыбаюсь.

- В Нью-Йорке.

Высокие здания врываются в небо, исчезают далеко в темноте, и мне кажется, что те счастливцы, которые живут на верхних этажах, собирают в ладони звезды или облака.

Мы бродим вдоль заполненных улиц. Все вместе, как вырвавшиеся из клетки звери, не видевшие людей, не чувствовавшие на своей коже порывов ветра. Джесси предлагает заходить в каждое восьмое здание по пятой авеню, а я даже согласиться не могу, ведь мне дышать нечем. Пятая авеню - улица в центре Манхэттена. Самая известная и невероятная улица в Америке, впрочем, ее даже сравнивают с Елисейскими полями в Париже.

Мы проходим Эмпайр-стейт-билдинг на углу 34 улицы и Нью-Йорскую публичную библиотеку между 40-й и 42-й улицами. Затем Бертрам указывает на Рокфеллеровсский центр - крупнейшее офисное здание в Нью-Йорке - и вскользь бросает:

- Тут работает мой отец.

Я округляю глаза, а Кори примерзает к месту.

- Что? Здесь?

- Ага. Ну, ничего интересного.

- Ничего интересного? - Протягивает Тэмми и так неожиданно оказывается рядом с Бертрамом, что он удивленно вскидывает брови. - Уверен, что неинтересно?

- А толку-то? Я чеки от отца чаще вижу, чем самого отца.

- Хотелось бы и мне так. Мой отец вообще отказался меня финансировать, едва мне двадцать один стукнуло. Вот так вот просто. Хотя, нет, наверно, сложно. В конце концов, не так уж и престижно мэру города обеспечивать дочь-самоубийцу, верно?

- Самоубийцу? - Восклицает Бертрам и пристально глядит на Тэмми изумрудными глазами. - В смысле?

- В прямом смысле. Не каждый день дочери с крыши прыгают, так ведь? Наверно, он потому и решил от меня отказаться.

- Но зачем ты это сделала? Почему?

Я подхожу ближе, потому что мне тоже непонятны мотивы Тэмзи. Я не люблю эту девушку. Возможно, я ее ненавижу. Но мне становится не по себе. Нет ее вины в том, что она такая, какая есть. Черствой ее сделала жизнь или другие люди. Это правило: сначала поступок, потом реакция, и никак иначе. Поэтому недоверие не возникает из воздуха, как и разочарование в окружающих. Гниль внутри обозначает лишь то, что люди уже успели обмануть вас и ваши ожидания.

- Мамочка хотела, чтобы я поступила в Принстон. Папа настаивал на Дартмуте. Мне же не хотелось ничего. Тогда я провалила тесты. Пришла домой, и мама сказала: лучше бы ты скинулась с крыши. Вот и я скинулась.

Тэмми усмехается, а я отворачиваюсь. В груди становится больно. Возможно, ли мне ощущать терзания этого человека? Холодного и ядовитого человека. Разве у Тэмзи Пол есть чувства? Разве она живая?

Да. Девушка продолжает улыбаться, а глаза у нее наливаются таким отчаянием, что оно сваливается на нас сверху и придавливает к земле. Родная мать предпочла видеть дочь мертвой. Лучше похороны ребенка, чем похороны репутации. Слова такие режут похлеще скальпеля. Я уверена. Я знаю это.

Вновь перевожу взгляд на Тэмзи, а она отмахивается.

- Что вы такие кислые? Знаете, зато как теперь мамочка моя живет? Скучно живет. У нее вместо спальни комнатка в клинике. Опомниться она никак не может, бедная. Значит, я прыгнула и живу себе нормально, а у нее травма душевная. - Пол нервно передергивает плечами и хохочет. - Слабенькая у меня мама. Отец поумнее. Просто сделал вид, что я не выжила. Вот это я понимаю. Вот это выход из ситуации.

Она плетется вперед, а я ловлю взгляд Уилла. Парень чувствует то же, что и я. Никто не может услышать подобное и пройти мимо. Такие вещи оставляют следы.

- И вы познакомились...

- ... в больнице, - тихо заканчивает Гудмен, поравнявшись со мной. Мы отстаем от ребят, следуя за ними хвостом. - Я тогда на днях в баре подрался. Мне хорошенько лицо расшибли, потому и швы накладывали. Она ждала родителей в приемной после выписки. Но никто за ней не пришел.

- О, - только и могу сказать я. Сжимаю крепко пальцы и ощущаю, как внутри у меня все переворачивается и сморщивается, будто на лютом морозе. - Уилл, это ужасно.

- Мы сдружились, она даже некоторое время жила у нас дома. Разве Кори никогда о ней не упоминал?

Я покачиваю головой.

- Нет.

- Мда, странно. Позже я предложил ей поехать со мной - разъезжать по стране. Она согласилась. Вот мы с ней и путешествуем уже года так два, наверно. Если не больше.

- Ты вовремя оказался рядом.

- Со мной такое часто происходит, - улыбается Уилл и неожиданно обнимает меня за плечи. Я растерянно распахиваю глаза, а он смеется. - Ты вся похолодела. Боишься меня?