Домой Не По Пути (СИ) - Эшли Дьюал

- Я не слушал. Но, в принципе, все равно не запомню. В общем, поторапливайся. Мы выезжаем через полчаса. Идет?

- Идет.

- Отлично. И, птенчик.

- Что? - Я вскидываю подбородок. Пусть не думает, что сможет меня пристыдить.

- Ты забыла в ванной свой бюстгальтер.

Он уходит, а я краснею с головы до пят.

Черт.

ГЛАВА 13.

- Итак, в день по городу? - Уточняет Бертрам и переключает передачу. - Это как-то неправильно, что ли.

- Почему неправильно? - Спрашивает с заднего сидения Кори.

Мы решили поехать с Бенни. Додж Уилла плетется за нами, и я удивлена, что он еще не обгоняет нас на всех парах. Когда Кори сказал, что поедет в кабриолете Уоткинсона у Уилла от злости лицо перекосило. Но он ничего не сказал. Кивнул и молча ушел к Джесси и Тэмми. Я хотела остановить его, сама не знаю, почему. Просто шагнула вперед, но рот так и не открыла. Что я должна была сказать? Да и с какой целью? Иногда мое поведение в присутствие Уильяма Гудмена не поддается здравому смыслу.

- Потому что вы посмотреть ничего не успеваете, - поясняет Бертрам. - Что можно о городе узнать за двадцать четыре часа? У вас нет времени ни на парки, ни на музеи.

- Уиллу по душе клубы, - усмехается Кори.

- Уилл не прав. Ночная жизнь - это круто, но ночью не увидишь главного.

- Если бы не Уилл, мы бы вообще никуда не поехали. - Внезапно отрезаю я, и парни одновременно переводят на меня взгляды. Мне тут же становится неловко, и я растерянно встряхиваю волосами. - В смысле, он и так из кожи вон лезет, чтобы мы повеселились.

- Значит, плохо лезет. Ничего. Я буду вашим гидом по Нью-Йорку. И вы опомниться не успеете, как влюбитесь в этот город. Надеюсь, вы задержитесь на пару дней.

- Уилл хотел побывать в Нью-Йорке трое суток. - Кивает Кори. - У него знакомые в академии искусств есть. Пообещали провести в подпольный клуб - "Серенити".

- И когда?

- Сегодня ночью. А на завтра у нас прогулка по окрестностям.

- Отлично. Я надеюсь, Уильям не будет против, если я к вам присоединюсь.

- Будет, - усмехаюсь я, - но мы не собираемся спрашивать разрешения, Бенни. Ты не парься, он странный парень, со всеми так себя ведет. Серьезно, мне кажется, я скоро так и поседею. Что ни день, то праздник. И все благодаря Уильяму Гудмену.

- Мой брат - сложный человек. Но с ним весело.

- Я заметил. - Смеется Бертрам. - Так весело, что даже про нижнее белье забываете.

Я закатываю глаза и протяжно выдыхаю:

- Я случайно оставила бюстгальтер в ванной. Слу-чай-но!

- Врет она. Едва Уилл на горизонте появляется, у нее щеки красным вспыхивают. Да и сам Уилл. Ведет себя как идиот. Вечно они шушукаются, обсуждают что-то.

- Правда? - Бертрам переводит на меня взгляд и вскидывает черные брови. В глазах у него проскальзывает странное выражение, смысл которого я не могу понять, но мне в ту же секунду становится так неловко, что живот скручивает в трубочку. - Тебе, наконец-то, кто-то понравился? Удивительно, Ренни.

- Никто мне не понравился.

- Но ты разговариваешь с ним.

- Я со всеми разговариваю.

- Не выдумывай. - Отмахивается Кори и кашляет. Передергивает плечами и вновь к нам ближе придвигается. - Тебе если человек противен - ты избегаешь его всеми силами, и вообще на него внимания не обращаешь. А тут вы вечно философствуете, то в туалете в игры играете, то просыпаетесь в одной постели.

- Что делаете? - Машину ведет в сторону, я резко хватаюсь за подлокотник и гляжу на Бертрама с широко раскрытыми глазами. Что он творит? - Простите. Я..., я не хотел.

- Ты водишь так же паршиво, парень, - хрипит с улыбкой Кори. Кажется, только на моем лице плавает искреннее недоумение. С каких это пор Бенни вообще волнуется о том, что я и с кем делаю? - До сих пор не верю, что ты здесь, Берти.

- Да, - Уоткинсон прочищает горло и вновь смотрит на дорогу, - я тоже.

Не отвожу глаз от парня и чувствую, как голова взвывает от напряжения. Ничего не сходится. Передо мной тот самый парень, который таскал мне арахисовое масло в палату, когда я сломала ногу на втором курсе. Тот самый парень, который шил мне юбку на моей гигантской, древней машинке. Тот парень, что держал за руку, смеялся, катал на качелях, приглашал домой и заставлял смотреть черно-белые фильмы. Вот же он! Перед глазами!

Но внешность обманчива. У этого парня те же скулы, нос и губы. Тот же голос, но у него совсем другие мысли. Я чувствую, знаю - Бертрам Уоткинсон изменился. И я никак не могу принять эту информацию, переварить этот диссонанс того, что было и что есть.

- Чего задумалась? - Спрашивает Бенни, а я выдавливаю улыбку.

- Да, просто.

- Обманываешь?

- Тебя? Легче залпом выпить газировку.

- Ты же не переносишь газировку.

- Вот именно, - подмигиваю и перевожу взгляд на обочину, смазанную от скорости. Внезапно мне неловко находится в машине с этим парнем, а я понятии не имею почему.

- Странно, что вы с Тэмми не знакомы, - протягивает Кори, - ваши родители много зарабатывали в Янгстауне. Вы, возможно, даже жили на одной улице.

- Я редко бывал дома, если ты забыл.

- Это точно. Постоянно мы где-то шлялись. А потом ты уехал, гаденыш.

- Я должен был. - Бенни сжимает руль так сильно, что бледнеют пальцы. - У меня не было выбора. Отцу предложили работу. Глупо отказываться от вакансии в Нью-Йорке.

- Верно. Но ты даже не попрощался.

- Тогда я бы не уехал, Кори.

- Ну, и остался бы. - Мы с Бенни вновь смотрим друг на друга, и в груди у меня что-то обрывается, будто я обрела то, что давным-давно потеряла. - В Янгстауне жили люди, которым ты был дорог. А ты развернулся и слинял.

- Я виноват. Я знаю. Но иначе не получилось. Если бы я пришел прощаться, ты бы меня возненавидела, Ренни. Ты бы не поняла.

- Я такой отстойный друг? Не смогла бы поддержать тебя?

- Вряд ли. Я бы наговорил лишнего.

- Что бы ты такое мне сказал, что меня бы испугало? - Я усмехаюсь и поправляю волосы. Они уже достали в лицо лезть. - Ладно, закроем тему. В конце концов, ты уже уехал, и уже прошло три года. Что рассуждать, правда?

- Но мы встретились сейчас. - Неуверенно протягивает он. - Судьба какая-то.

Я хмыкаю и пожимаю плечами. Уилл тоже верит в судьбу, и я, черт подери, понятия не имею, почему опять о нем вспоминаю.

Мы едем часа четыре, и все это время Кори и Бертрам не утихают, болтая о какой-то чуши. Но мне нравится их слушать. Я внезапно отключаюсь и больше не думаю о том, что Бенни изменился, я изменилась, мы стали совсем другими. Я прибываю в иллюзии, словно жизнь не катилась к черту, а мои друзья всегда были рядом и хохотали до слез, хватаясь за животы и сгибаясь в три погибели. Я помню эти дни: горячие и яркие дни, когда ничего не могло испортить настроения, ведь по бокам от меня плелись неумолкающие чудаки. Такое бывает: ты находишь настолько близких людей, что они не просто оказываются рядом, но и проникают в твои мысли, в твою голову. Бенни всегда знал, чего я хочу. Он чувствовал меня, слышал, хотя я рта не раскрывала. Как и Кори. Они подхватывали меня под локти, и мы носились вдоль улиц, будто бы сумасшедшие, смеясь и толкая друг друга, а потом нам непременно попадало от каких-то заплесневевших соседей, но мы посылали всех к черту.