Упасть в небо - Надежда Кузьмина

— Как вы это делаете?

Вот блин!

— Магией, — отозвался Аскани нейтральным тоном, мягко приземляясь на пол. — А заодно разминаемся после занятий.

— Аа-а…

— Ну, заканчиваем? — обратился Ас ко мне. — Пора на ужин и за уроки.

«Потом ещё попрыгаем?»

«В музее. Там он нас искать не будет».

Это точно.

Теперь, когда я готовила домашку вместе с Бри, я могла хоть частично расплатиться за бесценную помощь подруги, которая спасла меня, когда я, полтора года назад, растерянная, испуганная, не знающая и не умеющая ничего, поступила в «Нарвал». Сейчас уже я могла помочь с магией и химией, проверить драконий и математику. А ещё пыталась втолковать Бри, каким макаром мы с Асом научились видеть ауры. Даже пробовала слиться с ней сознаниями — но, увы, не преуспела.

Ас со своей стороны вёл для всей нашей небольшой компании, включая Лива, дополнительные занятия по эльфийскому. Надо сказать, что как только Бри всерьёз начала зубрить руны и заниматься правописанием, всю её страсть к эльфийским романам как корова языком слизнула.

А вообще, я волновалась за Шона. Как там, под Гномьими горами? Слала вечерние приветы, но, похоже, наставник ещё сердился. Зато я, совершенно случайно и походя, решила задачу с висящим в воздухе зеркалом. Началось с того, что я сидела за столом и в задумчивости крутила в руках обычный деревянный карандаш. Самый дешёвый, некрашеный, из сосны. Вздохнув, навела на него морок — пусть будет лакированным! А ещё лучше красивым, голубым. Или красным? А если серебристым? Вышло очень изысканно, самой понравилось. Блестящая палочка мягко сияла в свете моего магического фонарика. В голове мелькнула какая-то мысль… и пропала. Я снова взяла в руки карандаш, смотря на блики…

Ох! Ну я и дура!!! А Шон, Шон хитрец! Он просто водил меня за нос! Да, вода в воздухе была водой, но серебристая отражающая поверхность сзади — чистой иллюзией! И я попалась… стала рыть учебники, начиталась по уши об электропроводности, перебрала уйму химических соединений, сплавов… а всё так просто!

Уставилась перед собой, создавая в воздухе фантом зеркала. Вышло! И неплохо. Только, как когда-то светились удила у магической уздечки Волны, так почему-то и тут слишком резко блестела отражающая поверхность. А при попытке приглушить блеск изображение расплывалось.

Ну-ка! А если сверху наложить слой воды? Вот и ответ! Неприятно блестевшая поверхность притухла, зеркало, как настоящее, обрело чуть зеленоватую глубину.

Я сидела, таращилась на своё рукомесло и не могла найти слов. Два месяца! Почти два месяца я мучилась с этой задачкой!

«И в результате узнала кучу нового о природе вещей и поняла, что не стоит верить тому, что кажется очевидным. А вода… потом станешь делать без неё, но поначалу с металлическим блеском проблемы почти у всех».

«Шон!» — От неожиданности я потеряла контроль, устроив на полу лужу. Но всё равно я была так рада его слышать, что разом простила и все бывшие, и будущие грехи, и подколки, и кузнечика… Пусть хоть мокрицей зовёт.

«Не, не похожа».

«Шон, я начала числа в уме множить и в шахматы играть!»

«Гм-м… Дожмём гномов — разберёмся. И у меня к тебе разговор есть. Но это тоже потом».

Ну и ладно. Лишь бы это потом было.

Но, выходит, он и сейчас за нами присматривает?

Подсвечники были готовы. И, на мой взгляд, я ещё никогда не делала ничего настолько изысканного и прекрасного. Тин, Ас и даже Росс были со мной согласны.

Три пленивших меня кристалла турмалина я отдала Арниале — богине лесов, садов и весны, сотворив из них дивной красоты цветы из золотой скани с добавлением зерни. А турмалины стали обвитыми изящными спиралями сердцевинами цветов, их пестиками. Ох, сколько я мучилась с первым лепестком, выплетая, приплавляя, делая узор ещё прихотливее, ещё изящнее, ещё воздушнее… Если б я так мастерила каждый лепесток из шести на цветке, морочиться бы мне до лета. Но помогла магия — выполнив работу раз, я смогла её скопировать. И не просто — я научилась масштабировать эталон так, что лепестки отличались по размерам и каждый стал чуть другим, уникальным. Осталось подправить изгибы серебряных кружев, и цветок ожил…

Росс обещал передать заказчикам, что работа завершена.

Через день, когда мы с Асом крутили вольты в леваде на Прибое и Волне, пришёл зов от Росса:

«Тим, заказчик прибыл».

Ой! Что хуже — заставить ждать, пока я переоденусь и причешусь, или же бежать так?

«Время назначено не было, тебя не предупредили. Можешь поступить так и эдак. Но ты выглядишь нормально — не празднично, но вполне аккуратно. Ты же сдаёшь работу, а не замуж выходишь? Хотя я б тебя и такой взял… — Ас хитро прищурил тёмный глаз на мой серый свитер. Я хихикнула. Он продолжил: — Беги, только руки помой и лицо ополосни. Я заведу лошадей, расседлаю, а потом догоню тебя».

«Давай вместе, а?»

«Ну, если поможешь завести, это сэкономит мне семь минут».

Ага. А я потрачу только три. Идёт.

Через десять минут после того, как раздался голос Росса, я, запыхавшись, подбежала к дверям учебной части, где были расставлены подсвечники и где ждал меня гость — настоятель большого монастыря, расположенного, между прочим, на землях герцогства Сайгирн.

Пока я умывалась и поднималась по лестнице, у Росса, увы, начался вечерний факультатив по физике для старшего класса. Так что, когда я негромко постучалась в дверь, священник был в учительской один — судя по контрольной сети, разглядывал расставленные на столе подсвечники. Пусть они ему понравятся! Я так старалась, столько времени и сил на них потратила! Столько души вложила!

Позволенья войти я ждать не стала, просто известила стуком о приходе. Всё же настоятель тут гость, а не хозяин. Приоткрыв дверь, тихо проскользнула внутрь. Стоящий у стола высокий мужчина в светло-серой, почти белой рясе, обернулся и, не меняя выражения лица, уставился на меня.

— Добрый день, — произнесла я, кланяясь и в свою очередь глядя на священника.

Высокий, худощавый, осанистый, благообразный, с кустистыми седыми бровями и тёмными, почти чёрными глазами. Вот только на приветствие не ответил. А вместо этого произнес:

— Подойди, отрок, — и протянул руку тыльной стороной кверху, как это делают леди при встрече с кавалером.

Ему что, поклона недостаточно? Посмотрела на белую холёную длань с большим перстнем со сверкающим рубином на среднем пальце. Я правильно понимаю — это он хочет, чтобы я ему руку поцеловала? Неужели я обязана такое делать? Почему-то вспомнилось услышанное в Ларране: «Драконы целуют руки только своим любимым, которые целуют руки им самим».