Робинзоним дальше? - Артур Фатыхов

— Благодарю за предупреждение. Но почему ты пришёл именно сегодня? Мы здесь у всех на виду уже вторые сутки кукуем.

— Вождь вернулся в деревню незадолго до заката. Как вернулся, так сразу и отправил сообщение торговцам, а уже потом к вам наведался. А до этого кирамийцам сообщить некому было. У ушкуйников в деревне, конечно, есть свои соглядатаи помимо вождя, но амулета связи только у него.

— Хм, а почему он нас так неприветливо встретил, да ещё пригрозил, что территория эта подконтрольна ушкуйникам? Ему было выгоднее нас хлебом-солью приветить, да все четыре дня с нами праздновать, а потом сдать тёпленькими за долю причитающуюся.

— Ну… Не всё так просто. Что у него в договоре написано, то вождь блюсти будет, соблюдая каждую букву. Но не более того… Ушкуйники не добром контроль здесь захватили, да и цену на товар свою, а не рыночную ставят. Конкурентов давят безжалостно, а то и деревню, уличённую в сговоре с контрабандистами, спалить могут. Как бы ты ни был силён, — против корвета, даже одного, выстоять трудно. Только все равно всех не передавишь. И если плотным дозором вокруг осколка не стоишь, — шустрые, что более выгодную сделку предложат, всегда найдутся. Сам не видел, но, думаю, и у вождя свой левый контакт имеется. Поэтому, если слух пойдёт, что он лично ушкуйникам кого-то за мзду поймать помог, веры ему больше не будет. Лучше потерять возможность купить товар, чем лодку межзвёздную или, вообще, жизнь. Это в лучшем случае. А то можно её остаток в рабстве провести, и свободы больше никогда не увидеть.

— Доходчиво разъяснил. А в нас тебе какая нужда? Не за спасибо же ты об опасности предупредил.

— Есть нужда, — легко признал гоблин. — Если у вас есть возможность пересылать посылочки через коннектор, то нам есть что обсудить. Но не тут.

Волколак чуть замешкался с ответом.

— Глюк, — осенила меня догадка, — он не знает. Акела не знает возможности нашего коннектора.

— Секунду…

— Есть такая возможность, — заговорил Акела. — Но хотим сразу предупредить, запаковщика у нас нет, увы.

— С нашей стороны запаковщик не нужен. Тогда я вам скопирую свою карту, где указаны координаты места встречи. Это небольшой скалистый остров на нейтральной территории. В центре его бухточка с пляжем, отделённым от острова отвесными скалами. Всё просматривается как на ладони, — засады можно не опасаться. Но вы это и без меня увидите. Через час после наступления темноты придёт каноэ, в ней будут двое. Подадут условный световой сигнал. Запоминайте…

— Я записываю ролик, — негромко сообщил Глюк.

— Кстати, можешь посмотреть его уровень?

— Тридцать третий.

— Какой? — вытаращил я глаза на мелкого гоблина.

Да-а… Как-то я совсем оказался морально не готов к такому повороту событий. Песочница… Песочница…

— Да он же Акелу одним мизинцем сломает!

— Не совсем так. Наш оружейник на своей земле любого может удивить, но в целом ты прав, Карт.

— Во что мы вляпались?.. — пробормотал я, но сделав над собой усилие, уткнулся я экран.

— Если мы вам так нужны, почему почти двое суток ждал? — уверенным тоном, будто перед ним как минимум равный боец, задал вопрос волколак.

— Присматривался, — впервые за время разговора позволил себе ухмыльнуться гоблин, продолжая, впрочем, держать руки чуть разведёнными в стороны. — Вы же объявились внезапно, как чирей на заднице. Такие важные пролетели на виду у всей деревни и уселись спокойненько, будто ждёте кого-то. А кого? Кто вы, вообще, такие уверенные? Откуда взялись? Чей-то контакт? Но ни на контрабандистов, ни торговцев не похожи, да и не вели бы они себя так нагло в зоне интереса «Кирамских ушкуйников». Кто-то из клана? Так, у вас ни герба, ни стяга их. А ушкуйники свою принадлежность к клану демонстрируют так, что любой слепой увидит. Выходит, контакт вождя, причём такой, что и на ушкуйников плевать. А вождя в деревне нет. Вот вы его и ждёте…

Я слушал гоблина и чувствовал, как у меня пылают щёки: «Какой же я идиот. В песочнице сидеть надоело, социализироваться решил…»

— … А уж когда вождь вас не принял, понял, что совсем залётные. Только странные. Очень. Прилететь сюда на замке, пускай он ещё и мелкий совсем! Я о летающих замках только сказки и легенду, всем на нашем осколке известную, слышал, как один такой два столетия назад в небе над этим архипелагом настоящую бойню имперскому флоту устроил. Правда, и сам взорвался так, что обломков не осталось…

Гоблин прервался на секунду, посмотрел в сторону избушки и продолжил.

— В общем, на такое, наверное, способен только принц одного из небесных кланов. Но и их герба не видно, а они, по слухам, даже более тщеславные, чем кирамийцы. Если не принц, — значит, бастард. А когда твоего хозяина разглядел да увидел, что он красный возвышенный… Это в таком-то возрасте! У нас на осколке красных всего трое и один оранжевый, но тот совсем безумный затворник. Жив ещё или нет, — не известно.

Гоблин снова замолчал, снова посмотрел в сторону избушки, словно догадываясь, что мы за ним наблюдаем, но явно не сообразив, что смотрим и слушаем с помощью гаргульи.

— Кем бы ни был твой хозяин, он явно пользуется прямым покровительством одного из божества. И помочь вам, возможно, заслужить если не благодарность, то благосклонность вашего покровителя. Вот только ушкуйников это не остановит, — у них наверняка свои покровители есть. Да и право сильного никто не отменял. В общем, карту я вам передал, безопасный маршрут обозначил, о световых сигналах рассказал, — решайте. Не придёте, — поймём. А придёте, то внакладе не останетесь, — заплатим по стандартной таксе: десять процентов от стоимости посылки. Решайте, а я пойду.

Гоблин развернулся и также медленно пошёл обратно. Акела смотрел ему вслед, пока тот не шмыгнул в кусты. Харис, тяжело подпрыгнув, захлопала крыльями и полетела на свой пост, — отбоя тревоги ещё не было.

А я понял, что, отвлёкшись на свои мысли, прослушал тот момент, когда гоблин рассказывал о световых сигналах.

— Ролик полностью записал? — ещё раз уточнил я у мажордома. — А то я…

Еле успел закрыть рот, — не стоит всё же вот так публично признаваться в своих упущениях. Не дай бог, репутация, которую я набираю потихоньку, из-за пустяка