Девушка из элитного борделя - Николай Иванович Леонов

уже столько глупостей наделала, что вполне способна совершить и еще одну. Вали, опер, проверяй свою теорию, – выдал Крячко.

– Я просто хочу убедиться, что ничего не упустил, – принялся оправдываться Лев. – И я не думаю, что застану там Регину.

– Ну-ну, тебе виднее, – хмыкнул Крячко. – Только один туда не суйся, а то заработаешь удар по черепушке, придется мне тогда потесниться, а я удобства люблю.

Гуров попрощался с больным и ушел. Как только за ним закрылась дверь, Крячко посерьезнел. Теория Гурова выглядела полным бредом, но именно поэтому могла сработать. И предостережение, высказанное Крячко, не было простой формальностью. «Как бы не было беды, – размышлял Стас. – Может, стоит предупредить ребят из отдела, чтобы подстраховали полковника?» Но эту идею воплотить в жизнь он не решился, зная, что подобное рвение друг не одобрит, а подставлять его перед коллегами Крячко не хотел.

Покряхтев и повздыхав, он пододвинул телефон поближе, чтобы был под рукой, и закрыл глаза, с твердым намерением выждать время, которое, по его расчетам, понадобится Гурову для того, чтобы добраться до Мытищ, и, как бы невзначай, позвонить ему. Должен же он убедиться, что с другом все в порядке? Но вскоре усталость и лекарство взяли свое. Крячко не заметил, как заснул.

Гуров о беспокойстве друга не догадывался. Он заехал в Управление, забрал ключи, найденные в сумочке Вероники Янкиной, и поехал в Мытищи. На все про все у него ушел час, и к дому Янкиной он подъехал без четверти одиннадцать. Янкина жила в двенадцатиэтажном доме и занимала квартиру на последнем этаже. Гуров вызвал лифт и, пока дожидался, успел осмотреть почтовые ящики. В ящике Вероники почты не оказалось. Почему-то Лев посчитал это хорошим знаком. Лифт остановился на первом этаже, он вошел в него и нажал кнопку под номером двенадцать. Двери плавно закрылись, и лифт пошел вверх.

На этаже было пусто и тихо. Гуров отыскал глазами дверь с нужным номером, осмотрел замки и принялся перебирать ключи. В связке нужного ключа не оказалось. Это обстоятельство удивило его, но не остановило. Он подергал ручку, та не поддалась. Тогда он решил воспользоваться помощью соседей. В домах подобной планировки можно было перебраться с балкона на балкон без особого риска. Он позвонил в соседнюю квартиру, выждал время и позвонил снова. Ему никто не открыл. «Что ж, придется ломать», – решил Гуров.

Не имея подручных средств, металлическую дверь со сложной системой замков он открыть не надеялся. Достав телефон, Лев позвонил в Управление и попросил выслать кого-то, кто разбирается во взломе замков. Дежурный, если и удивился поручению, то полковнику об этом не сказал, только пообещал что-нибудь придумать. Спустя десять минут дежурный перезвонил и доложил о выполнении задания. К Гурову выдвинулся слесарь, работающий в Управлении. Поблагодарив его, Лев спустился на полпролета вниз, уселся на подоконник и стал ждать.

Слесарь приехал на дежурном седане, поднялся наверх, коротко поздоровался с полковником и принялся изучать замок. Затем достал из привезенного чемодана аккумуляторную дрель и деловито приступил к работе. Высверлил отверстие над замочной скважиной, нейтрализовал личинки, пошерудил в отверстии крючком из металла твердых сплавов, и ригели переместились внутрь.

– Готово, товарищ полковник, – складывая инструмент в чемодан, сообщил слесарь. – Обратно закрывать будем или мне можно ехать?

– Закрывать непременно будем, – заявил Гуров. – Можете подождать в квартире, я недолго.

– Я лучше на площадке покурю, – отказался слесарь.

– Как вам удобнее, – пожал плечами Лев, открыл дверь и шагнул в темную прихожую.

Пошарив по стене, нащупал выключатель, надавил на клавишу. В прихожей вспыхнул свет, и он огляделся. Квартирка была небольшая, одна комната, санузел и кухня. Первым делом Гуров прошел на кухню. Там был идеальный порядок: ни грязной посуды в раковине, ни крошек на полу. На открытой полочке стройным рядом стояли баночки со специями, под ними в том же идеальном порядке были развешаны шумовки с поварешками. Гуров заглянул под раковину. Мусорное ведро пустовало. В холодильнике минимум продуктов, начатая бутылка дорогого вина закрыта специальной пробкой. В морозильной камере пачка дорогих пельменей и кусок мяса в вакуумной упаковке.

Осмотрев кухню, он прошел в комнату. Вот там от былого порядка не осталось и следа. Ящики комода выдвинуты, вещи в них перевернуты. На многоярусной горке все предметы сдвинуты в стороны, и даже телевизор с привычного места сдвинут. Платяной шкаф в таком же плачевном состоянии. Здесь явно что-то искали. Лев задумчиво обходил комнату, пытаясь понять, когда все это произошло, до или после смерти Вероники?

В углу под потолком на красивой витой цепочке висела клетка с попугаем. Птица сидела на жердочке и водила головой из стороны в сторону, внимательно наблюдая за незнакомцем.

– Как же ты допустил такое безобразие? Видишь, бардак какой устроили, – обратился к птице Гуров.

– Свиньи, свиньи! – будто поняв, о чем идет речь, закричал попугай.

– Вот и я говорю: свиньи. Свиньи и убийцы. Мало того что девушку на тот свет отправили, так еще и тебя на голодную смерть обрекли. Хоть бы в окно выпустили, на воле у тебя был бы шанс, – ворчливо проговорил Лев.

И тут взгляд его упал на журнальный столик. Он стоял точно под клеткой, а на его стеклянной поверхности лежал ключ. Гуров сразу понял, что это ключ от входной двери.

– Но как он здесь оказался? – вслух произнес он. – Замок ведь автоматически не защелкивается, или нет?

Лев решил задать этот вопрос слесарю и уже направился к выходу, но потом вспомнил, что не успел осмотреть последнее помещение. Подумав, что с вопросом можно повременить, он направился к санузлу. Открыл дверь, одновременно щелкнув выключателем. Яркий свет залил ванную комнату, отражаясь от белоснежного кафеля. Некогда белоснежного. Весь пол ванной комнаты был заляпан брызгами крови. Гуров отдернул тканевую занавеску. В ванной лежала Регина. Ее запястья пересекали две горизонтальные линии.

Не думая о следах и отпечатках пальцев, которые могли остаться в ванной комнате, Гуров бросился к девушке. Схватил ее запястье, пульс едва прощупывался, но жизнь в теле девушки еще теплилась.

– Эй, сюда! – насколько мог громко, крикнул он, жалея, что не удосужился спросить имя слесаря. – Скорее!

На радость Гурова, слесарь догадался, что зовут его. Он ворвался в квартиру, размахивая дрелью, и остолбенел, увидев находку Гурова.

– Не стой столбом! – прикрикнул Лев. – Вызывай неотложку.