Тень за кадром - Евгений Игоревич Новицкий

на пол. Лоб гэбиста-бандита украшала точно такая же дырка, как у его приспешника Василия.

Маргарита не могла отвести взгляда от продырявленной головы полковника.

Георгий молча подошел к женщине и протянул платок, чтобы она вытерла перепачканную кровью шею.

В дом вошел Валерий.

— Валера, Валера… — Маргарита буквально рухнула в его объятия. — Спасибо тебе, спасибо!..

И тут раздался еще один выстрел. Валерий и Маргарита испуганно обернулись и успели увидеть, как из рук Георгия выпал пистолет. Вслед за оружием упал и его владелец.

Маргарита завизжала и уткнулась Валерию в плечо.

— Это когда-нибудь сегодня закончится? Это закончится? — повторяла она сквозь рыдания.

— Спокойно… спокойно… — растерянно говорил Валерий, осторожно гладя женщину по волосам. — Зачем же он это сделал? — наконец выдавил он. — Не понимаю…

Маргарита внезапно оторвалась от Валерия и подняла на него свои заплаканные глаза.

— Да что тут понимать, — уже другим голосом сказала она. — Майор правильно сделал… Он не хотел разгребать… все это… Ты же понял, кто был его командир…

— Но майор-то ведь не знал об этом!

— По-моему, он поступил как самурай, — вдруг многозначительно сказала Маргарита.

— Как это? — не понял Валерий.

— Потом объясню, — прошептала женщина. — Уведи меня отсюда, милый… Ах, там же Азия! — внезапно спохватилась она.

— Где?! — выкрикнул Валерий.

— Да здесь, на улице!

И они поспешно выбежали из залитого кровью дома.

Однако никакой Азии на улице уже не было.

24

Азия

Майор еле слышно прошептал Азии:

— Беги.

Та поняла и медленно пошла на улицу.

Уже выходя, она услышала голос полковника:

— Так, задержи-ка девчонку… Хотя нет — стоять! Далеко она не уйдет…

Азия действительно не стала далеко уходить. Она обошла дом и незаметно подобралась к одному из боковых окон.

Окно располагалось в небольшой комнатушке, через него прекрасно было видно все, что происходит в смежной большой комнате.

Азия даже с радостью разглядела своего дядю Валеру, подошедшего к разбитому окну с другой стороны дома.

Азия видела все. И как ее дядя застрелил полковника, и как сразу после этого застрелился майор.

Девочка смотрела на рыдающую в объятиях дяди Маргариту и хотела было уже пойти в дом, чтобы утешить их обоих, как вдруг ее негромко окликнул знакомый голос:

— Азия!

Она обернулась и увидела дядю Ваню.

— Вы как раз вовремя, — сказала она.

— Поедем домой, — предложил дядя Ваня.

— Конечно, — бодро отозвалась девочка. — А на чем?

— На автобусе.

Пока Валерий и Маргарита обыскивали бандитский участок и поминутно кричали «Азия! Азия!», сама Азия уже стояла на автобусной остановке вместе с дядей Ваней.

А когда Маргарита и Валерий наконец убедились, что Азии поблизости нет, и побежали искать ее дальше, Азия уже ехала в автобусе.

Девочка устала. Она положила голову на дяди-Ванино плечо и сразу заснула.

Ей снилась Япония.

25

Роман

— Что ж, вы свободны, товарищ Воронов, — произнес следователь.

— Спасибо, — вяло отозвался Роман. — Значит, этот… Кусиков не стал подавать заявление?

— Да даже если бы подал… — махнул рукой следователь. — Его сейчас самого ищут — вот в чем дело.

— Ищут? — хмыкнул Роман. — Зачем?

— Женщина пропала, — нахмурившись, сообщил следователь. — Последний раз ее видели с вашим Кусиковым. Вроде бы она его старая знакомая. Главное, такие имя и фамилия у нее, что я даже запомнил. Людмила Миловидова, представляете?

— Мила? — растерянно переспросил Роман.

— Вы ее знаете? — заинтересовался следователь.

— Знал… когда-то… А что с ней?

— Исчезла, говорю же. Не можем найти. Постойте-ка, — он вдруг осекся. — А вы не из-за нее схлестнулись с Кусиковым?

— Нет, — поморщился Роман. — При чем здесь она?

— Ну как же, вы ее оба знаете…

— Это было давно, и я понятия не имел, что этот Кусиков — тоже ее знакомый. Так я, значит, могу идти?

— Можете, — нехотя сказал следователь. — Если вам точно нечего сообщить о местонахождении гражданки Миловидовой.

— Да откуда мне знать! — воскликнул Роман. — Поищите где-нибудь у Кусикова на квартире…

— Это мы и без вас сообразили, — усмехнулся следователь. — Только на своей квартире он тоже не появляется. А с «Мосфильма» уволиться успел. К чему бы это все, не знаете?

— Нет, — помотал Роман головой и встал со стула. — Я, извините, пойду. Работа.

— Да, конечно, ваша работа, — повторил следователь. — Что ж, творческих вам успехов… И личных, конечно.

* * *

«Вот так номер, — думал Роман, шагая по улице. — Мила, Мила… Первая, можно сказать, моя серьезная любовь. Я даже чуть было не женился на ней… Может, и надо было жениться? Наверняка с ней я был бы счастливее, чем с Эллой… Да, но тогда у меня бы не было Азии…»

От мысли об Азии сердце Романа снова болезненно сжалось.

«Так виновен ли все-таки Кусиков? И что он сделал с Милой, если к ее исчезновению он действительно причастен? Раз его с ней видели, то, видимо, причастен… И что он мог с ней сделать? Связать, спрятать в надежном месте? Ну не убить же! Хочется надеяться…

Нет, все-таки слишком много совпадений. Кусикова не было в павильоне, когда меня позвали к телефону. Звонил он — это ясно. И голос был его. А теперь эту же сволочь подозревают в причастности к исчезновению Милы. Значит, это все же он! Он похитил Азию, а теперь — Милу. Может, он даже держит их в одном месте. То есть не «может», а наверняка так и есть…

Нет, ну как я теперь буду снимать эту гоголевскую дрянь? Зная, что все это время этот ублюдок находился рядом со мной на съемочной площадке, а я ни о чем не подозревал, ничего не предпринял…»

Со всеми этими мыслями Роман спешно вошел на «Мосфильм». Не успел он подойти к своему павильону, как его окликнула знакомая ассистентка:

— Роман Родионович, здравствуйте! Как вы удачно — вам только что звонили. Я сказала, что посмотрю, на месте ли вы, и попросила перезвонить через десять минут…

— Кого попросили? — утробно произнес Роман.

— Ну, этого… человека, — смущенно пояснила ассистентка. — Он не представился. Пойдемте тогда к телефону, он сейчас перезвонит.

Через две минуты Роман уже находился рядом с аппаратом, на который глядел с выжидательной ненавистью.

Наконец телефон зазвонил.

— Алло! — Роман схватил трубку.

— Ваша дочь у нас, — сообщил с другого конца голос, который Роман, как ему показалось, никогда раньше не слышал.

Тем не менее в ответ он заорал:

— Кусиков?! Где ты, мерзавец?!

Голос в трубке хмыкнул и так же спокойно продолжил:

— Это никакой не Кусиков, товарищ Воронов. Я вообще не знаю, о ком вы говорите. Повторяю: ваша