Танго Один - Стивен Лезер

— Что, например?

— Решение суда.

— Пока нет. Мой адвокат готовит апелляцию на право одиночной опеки, и мы уверены, суд примет ее.

Директриса развела руками:

— Мистер Донован, пока нет решения суда, ваша жена имеет доступ к сыну, и я не вправе...

— Вы не понимаете, — возразил Донован. — Она может похитить его. Придет с парой громил и заберет его.

Директриса печально покачала головой:

— Мистер Донован, я знаю вашу жену. Она постоянно посещала заседания родительского комитета. Жертвовала деньги нашему художественному клубу.

Донован поднялся. Директриса подскочила на стуле, словно ее ужалила оса.

— Если Вики придет в школу, пусть не приближается к Робби, — сказал он, выставив указательный палец. — В противном случае я заставлю вас отвечать. Лично вас!

— Вы угрожаете мне? — дрожащим голосом спросила директриса.

Донован нагнулся над столом, нависая над ней:

— Я говорю вам, мисс или миссис Стивенсон. Вы знаете мою жену, но не знаете меня. Поверьте, если что-нибудь случится с моим сыном, вам придется познакомиться со мной поближе. Ясно? — Донован взял медную табличку и помахал ею перед носом директрисы. — Я знаю ваше имя, а чтобы выяснить, где вы живете, потребуется пара минут. — Он бросил табличку на стол. Директриса моргнула. Лицо ее стало белее мела. Донован выпрямился и отступил на шаг. — Давайте не будем вступать на неверный путь, — мягко проговорил он. — Робби — хороший малыш. Вы хорошо потрудились, обучая его, и я ценю это. Если вам нужны пожертвования — буду рад помочь. Могу даже прийти на заседание родительского комитета. — Донован выпрямился. — Благодарю, что уделили мне время. Я жду вашего звонка в случае, если моя жена появится в школе. Звоните немедленно.

Он протянул ей визитку с номером одного из мобильных.

Директриса сидела, опустив голову и положив руки на колени. Донован держал перед ней визитку. Наконец она нерешительно взяла ее.

— Спасибо, — сказал Донован.

Донован вернулся в отель и предупредил портье, что собирается выехать. Поднялся в номер и быстро собрал вещи. Перед выходом из номера разложил все мобильники: на два из них пришло сообщение голосовой почты.

Одно на тот, которым пользовался Роха. Донован проверил его первым. Роха не сказал ничего интересного, пока ему нечего сообщить. Второе послание было от Джеми Фуллертона, информировавшего, сколько денег у него осталось от продажи картин. Триста пятьдесят тысяч фунтов.

Донован перезвонил Фуллертону и договорился встретиться с ним в своем доме позже вечером, потом спустился вниз и оплатил счет наличными.

Он поймал черный кеб, который довез его до дома. Прежде чем открыть дверь, Донован огляделся по сторонам, но не заметил ничего подозрительного. Хотя теперь, когда он вновь Танго Один, не было сомнения, что за ним следят. Они могли находиться где-нибудь на чердаке, в квартире через дорогу, в фургоне. Или сидят в припаркованной машине с мощной камерой и наблюдают издалека. Если они профессионалы, Донован мог и не заметить их.

Он вошел в дом и втащил наверх чемодан. Потом сорвал постельное белье с кровати в спальне, отнес на кухню. Сначала засунул его в стиральную машину, затем передумал и запихнул в мусорный пакет, который тотчас же вынес к мусорным бакам.

Взял еще несколько мусорных пакетов и методично обошел комнаты, отправляя в них все, что принадлежало жене. Одежду. Косметику. Видеокассеты. Диски. Сувениры. Все ее личные вещи. Он заполнил шесть мешков и выбросил их через окно спальни. Мешки плюхнулись в сад прямо у мусорного бака.

Потом Донован принял душ, переоделся в чистые брюки и футболку. Он успел высушить волосы, когда в дверь позвонили. Это был Джеми Фуллертон. Он широко улыбался, держа в руках две красные сумки с эмблемой «Манчестер юнайтед».

— Как дела, Ден? — спросил гость, переминаясь с ноги на ногу.

— Отлично, Джеми. Проходи.

Донован провел его на кухню. Фуллертон поставил сумки на стол.

— Пива? — предложил Донован.

— Можно.

Ден вытащил из холодильника две бутылки, открыл и передал одну Фуллертону. Они чокнулись.

— За преступление! — провозгласил Фуллертон.

Донован застыл, не донеся бутылку до рта:

— Что ты сказал?

Фуллертон набрал полный рот пива и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Это настоящее преступление, как я вымогал деньги за картины. Они конкретно переплатили. — Он кивнул на сумки: — Вот твои наличные. Триста пятьдесят сверх того, что я отдал колумбийцу. Я хорош или очень хорош?

Донован поставил бутылку на стол и расстегнул одну из сумок. Она была заполнена пачками банкнот по пятьдесят фунтов. Он вытащил оттуда одну и зажал между пальцев.

— Они чистые, Ден. Можешь смело класть их на церковную тарелку.

Донован положил пачку банкнот в карман и застегнул сумку. Фуллертон поднял бутылку, Донован сделал то же.

— Отличная работа. Спасибо, Джеми.

— Хочешь дорожку? Отпраздновать?

Лицо Донована напряглось.

— Ты принес в мой дом наркотики?

Фуллертон поморщился.

— Ты ведь знаешь, что я под наблюдением? Танго Один, вот кто я!

— Танго Один?

— Так они называют тех, кого больше всего хотят засадить в тюрьму. "А" — Альфа, "Б" — Браво, "Ч" — Чарли, "Т" обозначает цель, и "Т" — Танго. Танго Один значит цель номер один. И эта цель — я. Возможно, они сейчас повсюду. И ты притащил в мой дом наркоту? Какая глупость!

— Черт побери! Прости. Только для личного пользования. Пара граммов. — Он улыбнулся. — Хороший товар, даже слишком.

— Это по твоей физиономии видно. Ты похож на нализавшегося сливок кота.

Фуллертон вытащил маленький серебряный пузырек:

— Хочешь немного?

— Ты что, не слышал меня, Джеми?

— Да, но если мы избавимся от улики, что они смогут сделать? Должен сказать — штука классная, Ден. Купил у парня в Челси-Харбор, который снабжает половину телевизионщиков в Лондоне.

Донован хотел было поспорить, но вид Фуллертона, жаждущего кокаина, вызвал у него смех.

— Ладно, ублюдок, — сказал он, поднимая обе сумки. — Думаю, ты заслужил.

Донован отнес сумки в кабинет. Однако теперь без полотен Баттерсуорта сейф был хорошо виден, и Донован решил не прятать туда деньги. Он поднялся наверх, откинул складную лестницу, которая вела на чердак, и засунул сумки за бак с водой.

К тому времени как он вернулся на кухню, Фуллертон приготовил на кухонном столе четыре дорожки кокаина и скрутил в трубочку пятидесятифунтовую банкноту.

— Ты говорил — дорожку, — напомнил Донован. — Одну.

— Я солгал, — ответил Фуллертон.

Он наклонился над столом, втянул одну из дорожек, откинул голову и вздохнул:

— Ух!..

Потом протянул трубочку Доновану. Тот помотал головой.

Фуллертон втянул три оставшиеся дорожки.

— Будь осторожен, ладно? Не приноси наркоту, если я поблизости. Они ждут любой промашки, чтобы схватить меня.

— Понял, Ден. — Фуллертон сделал рукой скаутский салют и улыбнулся. — Гип-гип-ура.

— Ты никогда не был скаутом.

— Как и ты.

Донован улыбнулся и покачал головой.

Фуллертон глотнул пива.

— Хочешь пойти отметить?

— Что ты имеешь в виду? — спросил Донован.

— Бутылку шампанского. Девочки. За мой счет.

Донован задумался над предложением Фуллертона. Предстоит еще многое сделать, чтобы приготовить дом для Робби. Но он так давно не расслаблялся. Несколько стаканов не повредят.

— Принимается. Только больше никаких наркотиков.

Фуллертон отсалютовал ему еще раз:

— Слово скаута.

Черный «порше» Фуллертона был припаркован за несколько домов от виллы Донована. Он гнал автомобиль, лавируя в вечернем потоке машин. Одной рукой сжимал рычаг переключения передач, ногой сильно давил на газ.

Они ехали так минут пять, когда Донован показал на телефон-автомат:

— Останови, Джеми. Мне надо позвонить.

Фуллертон засунул руку в карман и достал мобильный:

— Звони.

Донован помотал головой:

— Нет, это не тот звонок, который можно сделать с мобильного.

Фуллертон притормозил и помахал телефоном:

— Он в порядке, Ден. Не зарегистрирован или еще чего.

Донован взял мобильный и взвесил в руке. Маленькая «Нокиа», та же модель, что он подарил Робби на день рождения. Произведение искусства.

— Позволь рассказать тебе о мобильниках, Джеми. Все, что ты говоришь в них или рядом с ними, можно прослушать.

— Кто этим занимается?

— Управление по борьбе с наркотиками. Таможня. Шпики. С ордером или без. В них вмонтированы отличные «жучки». Ты носишь их повсюду и даже не замечаешь.

— Ден, никто, кроме меня, не прикасался к этому телефону. Они никак не могли засунуть туда «жучок». Клянусь жизнью.

Донован покачал головой:

— Им и не надо. Все уже предусмотрено в самой системе. Если они знают номер, то могут прослушать все звонки, которые ты делаешь и получаешь. Что еще хуже, Джеми, они могут определить, где ты находишься с точностью до нескольких шагов. Могут заглянуть в твою сим-карту и получить всю ее базу. Твою адресную книгу, все входящие и исходящие. Могут просмотреть всю информацию.