Враждебная территория - Артем Лукьянов

застывшей позе, все еще занимался анализом. Петр опоздал с запросом досье на команду КСП. Синт еще ночью все запросил и все получил. Объемные анимированные лица бывших курсантов со сдержанной улыбкой смотрели на него с экрана. Не успел Петр подойти ближе, а собственный электронный помощник уже прочитывал ему в уме все особенности в биографии каждого по порядку. Петр сначала внимательно слушал, потом прервал его и сразу перешел на последнего в списке инженера по имени Нагиб. Его досье сходу показалось Петру очень интересным. Однако, ни плохая учеба, не низкие оценки, ни самоволки и нарушения привлекли его внимание, а то, как и в каком возрасте Нагиб был отнят у родителей и попал в Патруль. Петр открыл полную детализацию по нему, включая информацию по родителям, обстоятельствам попадания в Патруль и другие мелочи. Уже через несколько минут углубленного изучения он изменился в лице.

– Дурацкое правило искать и забирать детей у беглых родителей – сухо выдал он, явно обращаясь к синту.

– Это обязательное условие эмбриональной программы. Договор. Подписавший его соглашается с условиями, иначе он не подписывается и не вступает в силу.

– Я не про то… Представьте, папа и мама за 5 лет прикипели к ребенку, полюбили его заново что ли… Конечно же они могут не захотеть отдавать его на 15 лет в Патруль!

– Значит они совершили ошибку молодости, за которую пришлось расплатиться… Контракт подписан, и от этого никуда не деться.

– Люди – это не голые предписания в контракте, Веск. Люди – существа эмоциональные… Этот мальчик, просто судя по его нежеланию учиться и достигать результатов, так же прикипел к своим родителям. 2 года семья скрывалась… Забыли бы про этот контракт по сроку давности.

– Таковы правила. Не мы их придумали, но они максимально честные. Родители хотят гарантию будущего своему ребенку, снять бремя расходов. Что ж. Мы берем это на себя и обязуемся нести бремя воспитания и обучения. Значит имеем право забрать свое для соблюдения все тех же условий договора, но с нашей стороны – стоял на своем Веск.

Начавшийся спор уже не нравился Петру. Синт совершенно не хотел его понимать. Петр же сам не осознавая почему, начал нервничать. Подобное с ним бывало так редко, что удивляло его самого не меньше, чем тех, кто его хорошо знал.

– Ага! Только на выходе мы получим Нагиба! Человека недовольного ни самой службой, ни организацией! … Как остальным офицерам на него полагаться, а!? – не удержался капитан и повысил голос на синта.

– Петр, я вас не пойму, вы критикуете систему, частью которой сами являетесь? – спросил Веск его прямо.

– Это да. Он по жизни такой. Вечно всем недовольный – вмешалась зашедшая на мостик Айра. – Вечно упрямый и не воспринимающий мнения других.

Синт посмотрел на вошедшую женщину. Петр так же обернулся, но не стал усугублять. Ему было привычно соскакивать с чего-то малоконструктивного и эмоционального, просто потому что он никогда не ощущал себя в своей тарелке, когда нервничал. Его не отпускали дурные мысли на счет этого Нагиба Ховата. Тем временем синт «притушил» Айру:

– Петр Удалых на очень хорошем счету в Секторе Персея. Его привлекают к самым запутанным делам, когда другие пасуют…

Дифирамбы в свою честь капитан не слушал, а сконцентрировался на этом Нагибе. Он так же пробежался в уме по уже собранной и обработанной информации касательно тел погибших членов команды и внезапно поймал себя на том, что не хватало как раз одного тела. Петр вывел список и, все таки, не удержался от эмоционального комментария:

– А Нагиб-то наш таки сбежал! Его тела нету среди павших ребят!

Синт и Айра замолкли и прекратили обсуждение его персоны.

– Я выяснил это еще ночью, капитан, но на вашем месте не был бы столь категоричен. Его тело могло быть выброшено в открытый космос из-за разгерметизации. Сканнеры дронов обнаружили останки охранных роботов и космолетов из ангара за бортом в нескольких десятках километров.

– Может и останки Нагиба нашли? Нет? … Тогда я пока не вижу причины отрицать. Если же дроны что-то найдут, тогда вернемся к этому вопросу… А пока у меня есть веская причина считать инженера КСП «Парпланд» Нагиба Ховата виновным во внедрении вируса или инфицированного ИИ на борту станции.

– А какой мотив? – вмешалась Айра.

– Недовольство службой, ненависть к организации, нежелание служить 5 лет обязаловки… Как итог: подготовка и побег – сухо выдал Петр, даже не моргнув глазом. – Этого персонажа надо было исключать из элеонской академии сразу же.

– У меня есть характеристика на него. За курсанта-выпускника Нагиба Ховата поручился другой курсант-выпускник Сухрейн Аму-Мейни. Кстати, его тело тут среди павших… И, если вам интересно, то добавлю: я кое-что смог восстановить по остаточным признакам – с некоторой долей искусственного высокомерия дополнил картину Веск.

Петр и Айра с интересом ждали разъяснений. Синт не стал тянуть полимер за концы:

– Сухрейн – обладатель нейро-импланта. Как только ему удалось избавиться от ЭМИ-удавки, он смог переподчинить не участвующего в бунте машин тул-дрона. Тот открыл замки изолятора и дал выйти.

– Избавиться от ЭМИ-удавки? По вашему это легко? – удивился Петр заявлению синта. – Хотел бы я знать как.

Веск немного растерялся в поисках слов для пояснений.

– И, все же, это им не помогло – с грустью вмешалась Айра.

– Верно… Против брони «Сфероидов» и «Сталкеров» они не выстояли. Увы – закончил ее мысль сам синт.

– А почему этот вчерашний курсант Сухрейн внезапно оказался таким ценным, что к его характеристикам прислушивались? – спросила Айра со своей стороны.

– Это тоже есть в досье. Если кратко, то отличная учеба, плюс выдающиеся успехи на тренировках по выживанию и тактике. Курсант снискал уважение среди всех преподавателей и инструкторов – ответил Веск.

– Понятно. Вот и нажил себе смертельную угрозу – грустно подытожил Петр.

– И, все же, нету веских оснований полагать, что Нагиб виновен в бунте ИИ. Нужно больше доказательств – не согласился с ним синт.

– Это вам нужно. У меня есть интуиция, отточенная годами. Часть пазла уже сложилась… Если вам мало того, что уже известно, что ж продолжим поиски. Мне не впервой доказывать очевидное.

– Это уже ни в какие ворота! Может нам удалиться вон, чтобы не мешать!? – тут же возмутилась Айра на откровенное высокомерие капитана.

Петр не стал уклоняться от спора на этот раз, но решил все разложить по полочкам:

– Может и так… Но и я могу потребовать от вас того же: докажите мне его непричастность! … Нагиба нету среди павших и в ближайшем орбитальном пространстве