Всемирная литература: Нобелевские лауреаты 1931-1956 - Борис Мандель

Между 1930 и 1945 годами французские критики ставили Мориака на второе место во французской литературе XX века после Марселя Пруста, однако после 1945 года интерес к писателю стал падать, большинство исследователей сходится на том, что Мориак «…одержим детскими воспоминаниями», что он изображает одну и ту же социальную среду, одних и тех же героев, которые «…преисполнены страстью подчинять себе всех, кто их окружает». Для Мориака, считают критики, характерна также тема «чудесного обращения грешников», а также мрачная, напряженная атмосфера его романов. И все же, по мнению многих, среди всего написанного Мориаком есть 4 или 5 романов, которым уготована долгая жизнь. А ведь писателей, о которых можно сказать подобное, не так уж много в любой стране…

Российскому читателю повезло – книги Ф.Мориака у нас переводятся и издаются достаточно давно, хотя, отметим, являются достоянием совсем немногих – сказывается определенного рода мрачность атмосферы его книг, серьезный разговор о католичестве, резкая отчужденность от простоты. Однако, тем не менее, многие находят в книгах Мориака и определенное сходство с романами Достоевского.

Здесь покоится Ф.Мориак… Париж. Франция

Стоит сказать, что интересу к творчеству Мориака способствовали и экранизации его произведений, в частности, упомянутого выше романа «Тереза Декейру», ставшего, в некотором роде, откровением для зрителя нашей страны.

Глава XVIII

Уинстон Черчилль (Churchill)

1953, Великобритания

Уинстон Черчилль

Уинстон Леонард Спенсер Черчилль (30 ноября 1874 года – 24 января 1965 года), выдающийся английский государственный деятель, историк и биограф, родился в Бланим-Пэлисе, близ Вудстока, в графстве Оксфордшир. Его История его рождения достаточно примечательна: его мать, красивая, живая, любящая развлечения женщина, 30 ноября 1874 года, вопреки советам родных решила принять участие в бале, который герцог Мальборо давал в своем родовом дворце. В середине вечера леди Черчилль неожиданно почувствовала себя плохо, и ее еле успели доставить в одну из ближайших комнат, которая по случаю бала была превращена в дамскую раздевалку. В этой необычной обстановке на грудах пальто, шляп и горжеток и появился на свет Уинстон Черчилль. Младенец был хотя и скороспелый, но очень горластый и энергичный. Он так неистово кричал, нарушая покой чопорного роскошного дворца, что шокированная герцогиня Мальборо заметила: «Я сама произвела на свет немало детей, и все они имели прекрасные голосовые данные. Но такого ужасающего крика, как у этого новорожденного, я еще никогда не слышала». Вскоре, в соответствии с существующими в английских правящих кругах традициями, на первой полосе газеты «Таймс» появилось объявление, состоящее из одной строчки: «30 ноября во дворце Бленим (Бленхейм) леди Рэндольф Черчилль преждевременно разрешилась от бремени сыном».

Бленхейм – дворец герцогов Мальборо. Место рождения У.Черчилля

Он был старшим сыном Джанет Джером, дочери американского финансиста, и лорда Рэндолфа Черчилля, потомка Джона Черчилля, первого герцога Мальборо. Выдающийся политик, Черчилль-старший в 1886 году порвал с Консервативной партией, отказавшись от постов лидера палаты общин и министра финансов, ошибочно полагая, что сможет диктовать парламенту свои условия. Внезапное окончание политической карьеры отца, писал английский историк Хью Тревор-Ропер, явилось оскорблением, которого «…Черчилль-младший никогда не забыл и не простил».

Утверждают, что семимесячные дети часто растут здоровыми. В отношении Уинстона это оказалось, безусловно, верным.

Он рос в лондонском доме своего отца, отданный на попечение няни, женщины по фамилии Эверест. Молодым родителям было не до него. По существовавшим в то время в Англии традициям люди этого круга сами воспитанием детей не занимались. Уинстон рос, по существу не зная родителей, и все больше и больше привязывался к няне, которую горячо любил до самой ее смерти. Впоследствии, когда Черчилль был крупным государственным деятелем, портрет няни всегда красовался у него в кабинете.

После окончания начальных школ в Эскоте и Брайтоне (с самого начала Уинстон обнаружил полнейшее нежелание учиться так, как учатся все дети – он обладал прекрасной памятью, все усваивал очень легко и быстро, но – лишь то, что его интересовало… Все, что ему не нравилось, он категорически не желал учить. Невзлюбив цифры, он никогда не примирился с математикой, терпеть не мог классические языки и за многие годы усвоил, как говорил сам позднее, из латинского и греческого лишь алфавит, и то не очень твердо. Зато очень любил английский язык и довольно хорошо знал его) Черчилль в 1888 году поступает в привилегированную школу Хэрроу, а затем – в Военное училище сухопутных войск в Сандхерсте, которое заканчивает двадцатым по успеваемости при общем числе выпускников 130 человек. Современники и биографы сходятся на том, что отставание Черчилля в школе объясняется лишь его безграничным упрямством. Еще в Хэрроу обнаружилось, что Уинстон унаследовал от отца превосходную память. Однажды, к удивлению преподавателей и учеников, он получил премию, прочитав на память без единой ошибки 1200 строк из книги Маколея о Древнем Риме. Он мог читать наизусть большие сцены из пьес Шекспира и, конечно, не упускал случая поправить преподавателя, если тот ошибался, цитируя Шекспира.

В Сэндхерсте, кстати, Уинстон почувствовал себя хорошо. Отвратительной латыни, греческого и прочих ненавистных ему предметов теперь и в помине не было. Вероятно, Уинстон даже рад был в то время, что не дотянул до университета и вместо Оксфорда или Кембриджа оказался в Сэндхерсте, так как 18-месячное пребывание в училище было для него сплошным удовольствием. Здесь ум не утруждали неприятными предметами. Он читает книги по военному делу. Однако было бы неправильным считать, что Уинстон получил в Сэндхерсте солидную теоретическую военную подготовку все же это был не штабной колледж, а кавалерийское училище с укороченным сроком обучения. И теоретическая подготовка была соответствующей… С увлечением Уинстон занимается кавалерийской ездой. Любовь к верховой езде и к лошадям он сохранил на многие годы. Будучи человеком весьма честолюбивым и обладая огромным самомнением, которое явно не поколебали годы не слишком успешного обучения в Хэрроу, Уинстон мечтает о славном будущем, о военной карьере, равной по меньшей мере карьере своего предка Джона Черчилля – первого герцога Мальборо. Будущего кавалерийского офицера тревожит лишь то, что в мире (это был конец XIX века) не происходит больших войн, которые дали бы ему возможность проявить себя и добиться большой славы. Но Уинстон утешает себя тем, что колониальные войны Англия все– таки ведет и за неимением чего-либо более славного он попытается отличиться хоть бы в этих войнах. «К счастью, однако, – вспоминает он о своих размышлениях по этому поводу, – были еще дикари и варварские народы. Были зулусы и афганцы, а также дервиши в Судане. Некоторые из них могут, оказавшись в подходящем настроении, однажды «устроить представление». Может произойти даже восстание или бунт в Индии. Уинстон мечтает о том, как он будет командовать войсками на равнинах Индии, получать медали и поднимется до высших командных постов…

В 1895 году, вскоре после смерти отца, Черчилль направляется в Четвертый гусарский полк, однако со временем берет отпуск и едет на Кубу (где идет война с Испанией) военным корреспондентом лондонской газеты «Дейли график» («Daily Graphic»). Ему назначили гонорар – 5 фунтов стерлингов за статью. Если эту сумму сравнить с тем, что Черчилль получал в дальнейшем, то она покажется, конечно, мизерной, но она была ничуть не ниже гонорара, который обычно получали даже очень опытные журналисты. Уинстон Черчилль же до тех пор не опубликовал ни одной строчки, и было вообще неизвестно, сможет ли он дать интересные материалы. Почему же все-таки газета заключила соглашение с молодым, неопытным в журналистике гусаром? Многие биографы считают, что его имя и связи матери в обществе дали ему с самого начала значительные преимущества по сравнению с его коллегами – неопытными журналистами…

Черчилль и его друг и наперсник Барнс в ноябре 1895 года добрались пароходом до Нью-Йорка, а оттуда прибыли в Гавану. Испанские власти встретили их довольно любезно. Оба лейтенанта провели три дня с маршевой колонной испанцев в джунглях. Крупных военных действий колонна не вела, но под небольшой обстрел молодые гусары попали. Понюхав, хотя и совсем немного, пороху, Черчилль и Барнс отплыли в Англию. Уинстон успел с 13 декабря 1895 по 13 января 1896 года направить в «Дейли график» пять корреспонденции, которые и были опубликованы.

Первая военно-журналистская практика Уинстона Черчилля закончилась вполне успешно – он даже получил за испанскую медаль! Стоит добавить, что на Кубе Уинстон пристрастился к сигарам и перенял у испанцев привычку отдыхать в постели среди дня. В дальнейшем он всегда строго соблюдал сиесту!