Стальная тень - Сергей Зверев

— Через какое время начнут действовать ваши люди? — спросил я.

— Три часа у тебя есть.

— Ну так что, Валентин? — поторопил меня Сократ Иванович.

— Сделаем, — совсем не по-армейски отозвался я.

План в моей голове уже почти созрел, думать меня в свое время обучили без всяких суперметодик.

— Мне с полковником Стражниковым переговорить нужно, — произнес я.

— Действуй на свое усмотрение, — кивнул Сократ Иванович.

Я вошел в кабинет по соседству. Полковник Стражников времени даром не терял, на его столе лежала целая стопка каких-то личных дел с фотографиями. А перед самим Даниилом Алексеевичем сидели две девушки. Не сказать, что красивые, но приятные.

— Один вопрос, Даниил Алексеевич, — произнес я, бросив взгляд на перебираемые Стражниковым личные дела.

На фотографиях были одни девушки, причем с почти одинаковым типом внешности.

— Германа найти сможете? Прямо сейчас? — проговорил я после того, как Стражников молча кивнул.

Полковник попросил девушек выйти. Стал набирать номер. Не прошло и двух минут, как я переговорил с Германом, и мы условились о встрече. Бывший «марсианин» — боец проверенный, отказываться не будет. У него свой счет к Феликсу, который теперь у Комбрига в основных подручных.

— Девушками не поделитесь? — кивнул в сторону двери я перед тем, как покинуть Стражникова.

— Потом поделюсь, — усмехнулся полковник. — Знаешь, кто это такие?

— Уж не спортсменки ли, комсомолки из спортивно-оздоровительного студенческого лагеря? — аж присвистнул я.

— Точнее, только те из них, кто прошел тестирование, — уточнил Стражников.

Браво, Даниил Алексеевич! Вот каких барышень Комбриг отобрал для завершающей стадии своих экспериментов. Все девушки крепкие, рослые, выносливые, дружные со спортом. При этом все студентки солидных вузов — МГУ, физтеха, академии управления. И при этом, мягко говоря, не очень красивые. Почти у всех как на подбор — грубоватые, лишенные тонких черт лица, волевые подбородки и маленькие умные глазки. Люба, сестра Ирочки, была девушкой точно такого типа.

— Ладно, счастье улыбнется, встретимся! — произнес я и покинул кабинет.

Полковник серьезным делом занят. Собирает подробную доказательную базу о том, что эксперименты Петра Петровича и в самом деле были опасны для общества. Потом, когда «объект 14» будет ликвидирован, начнется внутреннее расследование. Юридически грамотный документ будет необходим. Стражников наверняка добавит ко всему прочему заговор с целью захвата власти.

В дороге я размышлял о том, что Комбриг старается просчитать все до мелочей. Даже испытуемых девушек подобрал с не слишком красивыми лицами. Потому как красивые больше о внешности думают, а «великие комбриговские дела» им до фонаря. Не очень красивая девушка стремится реализовать себя не только на «личном», но и на «общественном» фронте. Не иначе Петр Петрович рассчитывал воспитать из спортсменок фанатично преданных сторонниц.

Григорий Степаныч выслушал меня, не проронив ни слова, не задав ни одного уточняющего вопроса. Когда я закончил, он произнес:

— Дурак ты все-таки, Валька! Дурак и сволочь, потому что других тянешь… Ладно, попробуем.

— Могу и один пойти, — Степаныч задел меня «сволочью».

— У одного ничего не выйдет, — неожиданно по-доброму усмехнулся Степаныч. — За «сволочь» прости, вырвалось. Если и в самом деле есть шанс им хребет сломать… Идем!

Еще совсем недавно, на торжестве у генерала Харитонова, Степаныча оттеснили в сторону трое крепких ребят и поинтересовались здоровьем внуков. И дядя Гриша махнул тогда рукой и на Комбрига, и на меня. Сломали Степаныча. Его внуки ему дороже, чем я, но кто ж его за это осудит? Но сейчас я сумел его убедить, что до Комбрига можно дотянуться. И что я сделаю это в любом случае, поможет мне Степаныч или нет.

Спустя сорок минут мы были уже втроем. Подъехал Герман, и мы стали обсуждать план, который родился у меня практически на ходу.

— А кто четвертый? — спросил Герман. — Кто он, который обеспечит нам вход на территорию?

— Сейчас будет и четвертый, — произнес я, набирая телефонный номер и, услышав ответ в мобильнике, добавил: — Через пять минут.

Когда дверь открылась, Степаныч сохранил невозмутимое спокойствие, а Герман не смог сдержать охвативших его чувств, аж привстал со своего места, чуть ли не подпрыгнул.

— Извини, Ирма, но нам нужна твоя помощь, — сказал я стоявшей на пороге комнаты Ирочке.

У меня не было иного выхода. Мне нужна бескровная операция. Без стрельбы и прочего вывести Жукова с территории. Я придумал, как это сделать, но без помощи Ирмы Уткиной мне не обойтись.

— Главное, не делай резких телодвижений, — произнес Герман, закрепляя Ирме микрофон, выполненный в форме изящного колье.

У Феликсовой службы безопасности имелась неплохая техника.

— Они ничего тебе не сделают, — произнес, улыбнувшись, я. — Разве кто-то решится тебя обидеть? — подмигнул я Ирме и всем остальным.

— Послать бы вас всех, — усмехнулась в ответ Ирочка.

— Еще не поздно, — вставил свое слово Степаныч, имеющий двух дочерей и двух внучек.

— Я в детстве, когда в кино снималась, думала, а вот в жизни что-нибудь такое случится, смогу ли как в кино? — проговорила Ирма, как-то невесело блеснув зеленовато-серыми глазами.

— Как в кино не надо, — покачал головой я.

— Ладно, мне пора, — кивнула Ирма, садясь в машину.

Собственно говоря, главная роль в операции отводилась Ирме. Мы трое должны были лишь прикрыть ее отход, когда Жуков будет в машине, рядом с ней.

— Девушку напрасно втравили, — произнес Степаныч, лежа рядом со мной в листве, на замаскированном наблюдательном пункте.

— А как иначе? Да ничего с ней не случится. Кто осмелится стрелять в Ирочку Уткину? Да еще за пару часов до подписания указа? — я, в свою очередь, старался не терять оптимистического настроя.

— Хорошо, кабы не осмелились, — согласился со мной Степаныч.

Между тем в наших наушниках заработала связь. Первым мы услышали голос Ирмы.

— Я к вам в гости! Точнее, не совсем к вам! А к господину Жукову! Он на сегодня назначил мне встречу именно в этом месте!

— Этого не может быть, — послышался заметно смущенный голос охранника.

— Ну как же не может быть? Доложите своему начальству, что приехала Ирма Уткина.

Молодец Ирочка! Напор, решимость, демонстративная наглость. Себя назвала, дескать, разуйте глаза, ребята!

— Начальство здесь, — услышал я до боли знакомый голос. — В самом деле Ирма Уткина, — продолжил тот же голос, вне всяких сомнений принадлежащий Феликсу.

Далее слов я не слышал. Последовали какие-то неопределенные шумы, вскрик Ирмы и секундная тишина.

— Оружия при ней нет, прослушки вроде бы тоже, — нарушил паузу голос кого-то из охранников, видимо, только что обыскавший женщину.

— Тогда несите в мой кабинет, — распорядился Феликс.

Несите! Получается, Ирму ударили по голове, и она потеряла сознание. Хорошо, что не обратили внимания на колье. Герман в свое время не стал подробно рассказывать своему тогдашнему хозяину о всех имеющихся у него видах прослушивающих устройств.

12

Степаныч молча и зло посмотрел на меня. Мой план сорвался! Феликс сперва бьет, потом задает вопросы. Жизненные правила беспредельщика не устарели. Мой расчет был прост. Ирма заявляется на «объект» якобы в гости к Жукову. Охрана заметно обескуражена, но тем не менее пропускает ее на свидание. Жуков ведь не арестант, не заключенный. Не думаю, чтобы он был сильно расстроен, увидев Ирму. Уверен, Жуков не оплошает, подыграет должным образом. Охрана отложит выяснения до окончания их встречи. Далее должно произойти вот что. Ирма благоразумно оставила свою машину у ворот «объекта». Ее задача выйти с Жуковым в сад, сесть на скамейку и сказать условную фразу: «Травка зеленеет, солнышко блестит». После этого на бронированном джипе Германа мы тараним ворота. Машина у Германа повышенной проходимости и защиты, ворота должны слететь. Джип ходовую мощность потеряет, но мы тут же выскакиваем из него и открываем огонь по охране (оружием меня Сократ Иванович снабдил, за это ему отдельное спасибо). Ирочка же с Жуковым должны будут уйти через образовавшийся выход, под нашим огневым прикрытием сесть в машину Ирмы и уехать. Специалисты по тактике специальных операций на корню разругали бы мой план, но придумывать иной у меня не было времени. Теперь же… Расчет на то, что охрана будет удивлена появлением Ирмы Уткиной, не оправдался. Феликсу плевать на «посланницу будущего», сперва надо ударить… Такие теперь подручные у Комбрига.

— Ты кто такая, подруга? — услышали мы в наушниках.