Истинные убеждения (СИ) - Романова Ева

Рафаэль нежно гладит меня по волосам, заправляя прядки за ухо, а затем целует меня в висок. Обнимает и проводит пальцами вдоль позвоночника по обнаженной спине.

— Я люблю тебя, — шепотом говорит он и эти слова растворяются в ночной темноте комнаты. Внутри меня все переворачивается, а вздох застревает где-то посередине горла.

Я приподнимаюсь на локтях и заглядываю ему в глаза. Они, как всегда, излучают спокойствие и теплоту. А еще любовь. Именно сейчас я так четко вижу ее, как будто она осязаема и я могу до нее дотянуться и потрогать.

— Я люблю тебя, — вторю ему я и накрываю его губы своими, даря самый нежный поцелуй, на который я только способна.

Глава 43

— Возьми гребешки — их здесь очень вкусно готовят, — говорит Рафаэль, параллельно изучая меню.

Мы сидим в одном из ресторанов, который Раф посещает на регулярной основе. Единственный ресторан, где ему нравится больше, чем в своих — так говорит он. До конца не верю ему, потому что свои заведения он доводит до степени идеальной идеальности. Он такой же перфекционист как и я и не может оставить свою работу недоделанной или в полусыром состоянии.

— Я думала мы здесь с очередной секретной миссией — попробовать новинки из меню, — шепчу ему я, перегибаясь через стол.

Он ухмыляется и смотрит на меня поверх крафтовых листов.

— Да, но я хочу, чтобы ты познакомилась с их кухней, а для этого ты просто обязана попробовать их популярные и самые вкусные позиции, — Раф подмигивает мне.

Я откладываю меню на стол и отпиваю воды из стакана.

— Тогда закажи мне на свое усмотрение. Я тебе доверяю, — улыбаюсь Рафаэлю, который прищуривается в предвкушении удивить меня.

Пока мужчина делает заказ, я стараюсь не слушать, о чем он говорит с официантом и рассматриваю интерьер ресторана. Он выполнен в скандинавском минималистичном стиле: вместо вылизанных стен необработанная кирпичная кладка; на полу паркет из натуральной доски; минимум деталей, на столиках стоят вазочки с высушенными колосьями; в качестве подставки для приборов служат небольшие округлые камушки; вся мебель из дерева, в том числе аккуратные утонченные стулья и барная стойка. Чем-то напоминает мне один из ресторанов Рафаэля, в котором мы однажды обедали.

— Ваши гребешки и тартар из оленя с клюквой, — произносит официант и поочередно ставит тарелки перед нами.

Выглядит все просто фантастически: тартар подают в двух тарелках, на одной из которых лежит сама закуска, а на второй камни, между которыми струится пар от жидкого азота; а гребешки уложены внутри круга из мха, что делает их похожими на жемчужины, которые уложены на мягкой зеленой подушке.

Мы разделяем оба блюда между собой, и я пробую и то, и другое. Буквально мычу от наслаждения, когда гребешки таят во рту, а тартар оставляет сбалансированное послевкусие без сильных нот горчицы, как это иногда бывает. После того, как мы расправляемся с закусками нам подают основные блюда: жженую на можжевельнике утку и угольную рыбу.

Чувствую себя уже вполне насытившейся и готовой для разговоров.

— Ты пойдешь со мной на ежегодный музыкальный фестиваль? — спрашиваю я Рафа, подцепляя вилкой кусочек рыбы из его тарелки.

— Конечно, как я могу отказать Стефу? Он уже выслал приглашение, — подначивает меня мужчина, кидая на меня озорной взгляд.

Я закатываю глаза и цокаю языком.

— Ваша взаимная любовь со Стефом меня пугает, — отвечаю ему я, копируя его тон.

Рафаэль смеется на эту шутку и пробует на вкус утку, запивая ее вином.

— Стеф тебе и в подмётки не годится, — улыбается Раф, — конечно я пойду, не смогу пропустить твоего дебюта. Твой первый альбом.

— Ну не совсем мой, — я поджимаю губы, — над ним еще трудились многие люди: начиная от Джонни и Олега, заканчивая оркестром.

— Этот факт нисколечко не преуменьшает твои заслуги и старания в работе над ним.

Я упираюсь щекой в кулак и улыбаюсь, мечтательно разглядывая лицо Рафаэля. В который раз задумываюсь каким образом я смогла встретить такого замечательного мужчину. Да и вообще тот факт, что такие как он существуют на этой Земле — остается для меня шокирующим.

Закончив ужин потрясающим десертом, который называется «трухлявый пень», но по вкусу абсолютно не соответствует своему названию, мы выходим из ресторана и спускаемся по ступенькам. Не знаю, что именно в этот момент говорит во мне: два бокала вина или моя врожденная неудачливость, но я спотыкаюсь, застревая каблуком между разъехавшимися плитками. С визгом теряю равновесие, направляясь лицом прямиком вниз. Уже успеваю увидеть перед глазами мое недалекое будущее: я в травмпункте с разбитым носом. Но меня подхватывает за руку Рафаэль, который шел рядом, доставая из кармана ключи от машины.

— Поймал, — успокаивает меня Раф, поддерживая за талию и целует в висок, обняв с противоположной стороны мое лицо другой ладонью, прижимая крепче к себе.

Я истерически хихикаю из-за произошедшего конфуза. Осматриваю пострадавший каблук. Мда, придется нести в мастерскую — кожа содрана до самой середины. Рафаэль наблюдает за моими действиями.

— Эх, это были мои любимые туфли, — вздыхаю я, опуская ногу на асфальт.

— Положи их на полку рядом с моими костюмами. Закину их вместе с ними в химчистку, — говорит он, когда мы подходим к машине и он открывает передо мной дверь, — там работает отличный обувной мастер.

Держась за внутреннюю часть двери, тянусь к Рафу, целуя его в губы в знак благодарности за его заботу. Алиса правильно сказала — Рафаэль сможет защитить от всего мира, будь то неадекватные люди или дурацкая плитка, сожравшая половину кожи на моем каблуке.

Мы подъезжаем к дому, когда на улице уже окончательно темнеет. В спальне переодеваюсь в свою любимую домашнюю одежду состоящей из мягкой сорочки и просторных брюк до пола. Подошву пострадавших туфлей протираю влажной тряпкой и ставлю их туда, куда меня попросил Рафаэль. Аккуратно провожу пальцами по рукавам висящих на плечиках мужских костюмов и оглядываю небольшую гардеробную, которая стала нашей, после того как я разобрала перевезенный чемодан со своими вещами. Теперь строгие костюмы висят рядом с платьями и блузками, а мужские футболки-поло лежат рядом с моими топами на бретельках; босоножки и лодочки на каблуках стоят рядом с оксфордами, дерби и броги, а кроссовки сорок пятого размера с кроссовками тридцать восьмого.

Любуюсь этой картиной еще несколько минут, погружаясь в свои мечты о нашем будущем. Ловлю себя на мысли, что я позволяю себе это делать все чаще и чаще. Вот так неожиданно для самой себя я начала планировать совместное будущее с мужчиной, хотя полгода назад даже представить не могла, что смогу это делать вновь.

Захожу на кухню и завариваю в стеклянном чайничке травяной сбор, который мы пьем с Рафаэлем каждый вечер. Каждый раз шучу, что мы как пенсионеры: сидим в креслах на террасе дома, пьем травяной чай и обсуждаем последние новости. Благо, что потом мы не расходимся по разным кроватям, чтобы вдоволь нахрапеться.