Истинные убеждения (СИ) - Романова Ева

Мы с Рафом переглядываемся друг с другом. Интересно, он подумал сейчас о том же о чем, и я? Если честно, то у меня как будто камень упал с плеч. Подсознательно я все равно связывала Алису с Рафаэлем и боялась, что в какой-то момент они могли сойтись вновь из-за сына (абсолютно необоснованный страх, учитывая то, что я доверяю Рафу и знаю, что их уже не связывают романтические отношения долгое время, а Алиса так и вообще замужем). Теперь же девушку связывает нечто большее с ее новым мужем и это придает мне больше уверенности. Глупости, но все же.

— Поздравляю! — обнимаю Алису, впервые за этот день проявив инициативу в этом деле.

— Это многое объясняет, — говорит Раф, — теперь понятно почему ты себя так странно сегодня ведешь. Я еще днем из-за этого вспомнил время, когда ты была беременна Гошей…

— Я Джордж! — вставляет свое слово раздраженный Гоша.

Я аккуратно наклоняюсь к мальчику, пока его родители вспоминают какие эмоциональные встряски Алиса устраивала во время своей первой беременности.

— Они рано или поздно к этому привыкнут, — шепчу я ему, — просто дай им время. Они же тебя по-другому называли, когда ты родился, вот им и тяжело, — смотрю внимательно на Гошу, который в этот момент делает то же самое по отношению ко мне, — хочешь мы не будем доедать овощи и пойдем достанем торт, Джордж?

Смотрю на него с хитринкой в глазах, особенно когда произношу любимое для него имя. Мальчик тут же меняет свой настрой и даже слегка мне улыбается, а затем уверенно кивает головой.

Мы возвращаемся за стол с гигантскими кусками торта в своих тарелках. Разрешаю себе сегодня немного побыть подростком, чтобы поддержать Гошу и заработать в его глазах баллы офигительной потенциальной мачехи. Пока поедаю вкусный десерт столовой ложкой, перед глазами появляются картинки возможного будущего: к нам на выходные приезжает Гоша, он безгранично рад, ведь знает что сегодня ему будет дозволено практически все; мы будем есть много сладкого и мучного, чипсы и бургеры, а запивать все это газировкой; а потом я буду прикрывать его задницу, когда он будет сбегать на тусовки, а я его оттуда забирать, возможно пьяного, а может даже разрешу устроить вечеринку у нас с Рафом дома, пока тот будет в командировке; буду давать парню деньги на цветы для девчонок или на его любимые видео игры; буду покупать крутые вещи для него в качестве подарков, чтобы все сверстники обзавидовались. Дааа, я бы определенно могла быть крутой мачехой!

— А это что за беспредел? — наконец замечают нас Раф и Алиса, которая смотрит явно не с одобрением в мою сторону.

— Стейк был очень вкусным, и мы с Джорджем решили продолжить наслаждаться вкусной едой, — тычу ложкой в торт, смотря с вызовом и аккуратно подмигиваю Рафу. Тот сразу же все понимает и ухмыляется моей находчивости.

— Да, — вздергивает подбородок Гоша, вытирая рукавом клетчатой рубашки крем со своих губ.

Глава 42

После получасовых препираний мы уговариваем Алису остаться ночевать у нас, а не ехать по ночной темноте к родителям. Упоминание Рафа о том, что она теперь беременна и несет ответственность за маленького человечка внутри себя действует на нее отрезвляюще и она покорно остается, укладываясь в выделенной ей спальне.

— Ты классно сегодня поддержала Гошу, — говорит мне Раф, лежа в постели, когда я выхожу из ванной, размазывая крем по своим рукам.

— Не слишком нахально? — спрашиваю я, залезая к нему под одеяло, — мне в какой-то момент показалось, что Алиса мне голову оторвет.

Рафаэль смеется, подтягивая меня к себе.

— Не беспокойся, она все прекрасно понимает. Просто слишком часто играет в злого полицейского. А ты большая умница. Кажется, я знаю, кого буду просить поговорить с Гошей, когда он будет страдать от гормональных приступов, — произносит он игриво.

Я улыбаюсь. Очередной комплимент в мою копилку.

Мужчина аккуратно цепляет пальцем бретельку моего пижамного топа и стягивает ее с плеча, оставляя на нем поцелуй. Я хихикаю, как маленькая девочка, когда он раздевает меня и спускается пальцами вниз от моего подбородка, по пути очерчивая и щипая каждый сосок, а потом спускается ниже под одеяло и накрывает ладонью мой лобок. Я раздвигаю ноги шире, предоставляя ему полный доступ к себе. Раф ведет средним пальцем между половыми губами, слегка надавливая, а потом концентрируется на заветной точке, подергивая клитор. Я утыкаюсь лицом в подушку, сдерживая стоны, когда он проникает двумя пальцами внутрь.

Чувствую себя, как злостная нарушительница. Почему-то присутствие других людей в доме делает для меня секс чем-то запретным.

— А если кто-то войдет? — спрашиваю я на выдохе, когда Раф выводит пальцы, размазывая влагу по складкам.

— Я запер дверь, — шепчет он мне на ухо, отчего по спине тут же пробегают мурашки. Я улыбаюсь его словам. Как всегда, продумывает все заранее.

Тянусь рукой назад и запускаю ладонь под резинку его штанов, нащупывая эрекцию. Обхватываю ее и начинаю двигать рукой вверх-вниз, поглаживая головку большим пальцем.

Когда мы подводим друг друга к точке невозврата, я освобождаюсь из объятий Рафаэля, садясь на кровати, и суетливыми движениями стягиваю с мужчины штаны, оставляя их болтающимися на коленях. Усаживаюсь сверху, направляя член в себя и медленно, сантиметр за сантиметром, заполняюсь им.

Упираюсь ладонями в обнаженную мужскую грудь и двигаюсь так быстро и так рьяно, как никогда. Не знаю, что на меня находит, но по ощущениям я хочу нас сжечь обоих дотла, а вмести с нами и весь дом, весь город.

Смотрю в глаза Рафаэля и вижу в них сначала удивление, а потом те самые искорки и животный прищур, которые так меня заводят. Раф обхватывает мою грудь ладонями, дергая за соски, а затем пальцами ведет по шее вверх, добирается до лица и поглаживает мои скулы, оттягивает большим пальцем нижнюю губу. От его прикосновений я начинаю двигаться еще быстрее. Обхватываю его палец губами и втягиваю в рот, посасывая и облизывая языком. Рафаэль издает гортанный стон, который смешивается с моим хриплым дыханием.

Я наращиваю темп, усаживаясь до упора, а затем начинаю вращать бедрами по кругу. Ощущаю, как приближаюсь к долгожданной разрядке, запрокидывая голову назад. Понимая это, Раф кладет мне руки на ягодицы, сжимая их и не прерывая мой темп, давая мне кончить.

Падаю на мужчину и кусаю его за плечо, сдерживая стоны и крики, когда самый яркий оргазм в моей жизни заставляет стенки влагалища пульсировать. Это происходит так долго, что мне кажется я вот-вот сойду с ума, а некогда приятное ощущение превратится в пытку. Рафаэль кончает вслед за мной, после пары толчков.

Я не могу сползти с него, сил не хватает даже на такое простое действие, поэтому продолжаю лежать на Рафаэле, зарываясь пальцами ему в волосы и поглаживая мочку его уха.

— Я знаю, что ты не особо любишь говорить после секса, но мне очень хочется поделиться с тобой своими мыслями, — говорю я, произнося слова пересушенным от стонов ртом, нарушая звук прерывистого мужского дыхания, — Когда я узнала, что ты спас меня, то испугалась, что с тобой произойдет то же самое, что произошло между мной и Марком: он постоянно выручал меня из трудных ситуаций, хоть они и были созданы им самим, а я почувствовала что-то наподобие стокгольмского синдрома. Только в данном случае влюбилась не в похитителя, а в своего спасателя. Но потом, когда ехала к тебе в поезде, я поняла, почему ты так долго не рассказывал мне, что именно ты тогда нашел меня на дороге. Чтобы я не чувствовала себя обязанной перед тобой, а мои чувства к тебе не строились на благодарности за спасение. А еще тогда поняла, что влюбилась в тебя намного раньше, чем получила тот самый букет после открытия ресторана, и чтобы ты ни сказал мне на пороге номера отеля, я бы приняла это.