Наследник червоточины I - Иван

class="p1">Чёрный плащ остановился на пару секунд. - Хорошо, только не переусердствуйте.

Пару минут спустя радостный богач кометой, сметая всё на своём пути, нёсся по коридору. Завернув в сторону складских помещений, он специально споткнулся об Джунго, молодого, неимоверно тощего мулата, подрабатывающего по мелочам в редакции и типографии.

- Эй, малый! Помнишь, я задолжал тебе два франка? - перед носом юнца помахали только что законченной криминальной сводкой. – Возьми, вот эту хрень. Разбавь своей чепухой, если хочешь немного добавь своей фантазии. Словом, доведи до благополучного конца. И сдай машинистке. Можешь поставить свою подпись. И всё! – Я тебе ничего не должен.

***

Стенды участников «Парижского фестиваля короткометражных фильмов» в холле отеля «Насьональ» были скромны, легки и просты в оформлении: Небольшая стойка, стул возле информационного плаката с названием студии и рассказом о фильме. Милый, улыбчивый представитель, отвечал на вопросы, раздавал худенькие брошюры с материалами о картине. Предлагал попробовать небольшие конфетки из вазочки.

Мега киноконцерн «Дюваль Франц» не искал легких (Дешевых) путей к сердцу зрителя. Всё было солидно, громоздко, дорого. В конце большого холла отеля, в затемненном углублении во всю глухую двадцатипятиметровую стену, был размещен широченный экран, на который проектор неустанно набрасывал нарезки «многочисленных» короткометражных лент «всемирно известной» киностудии.

В сторону выставочного стенда стояла огромная очередь из страждущих просвещения. Каждый желающий (А их было не мало, особенно после известия о выдаче подарка) за символическую плату (Пять франков) желал приобрести у актёров «Дюваль Франц» видеокассету с рекламой. Получить автограф киногероев. Сфотографироваться и даже принять участие в беспроигрышном розыгрыше призов стоимостью от десяти до двухсот франков. Для удовлетворения небывалого ажиотажа, были брошены в «бой» практически все работники компании.

- Товарищ Шурик? – к Александру Демьяненко протиснулась неизвестная женщина, улыбнулась и процитировала известную фразу из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». - Здравствуйте. Вы, до которого часа сегодня работаете?

- Бонжур, мадам. Хорошо говорите по-русски. Мы знакомы?

- Нет! – женщина прищурила глаза. А затем продолжила сыпать фразами из фильма, в котором снимался популярный актёр Демьяненко. - Но безумно… безумно... хочу познакомиться. Я очень настойчивая!

- Кстати, товарищ Шурик, - поклонница перешла на фразы из фильма «Кавказская пленница». - Вы здесь – какими судьбами? Нефть ищите?

- Не совсем… - решили поддержать игру таинственной незнакомки. Ответили словами своего героя из того же фильма». - Участвую в этнографической экспедиции. Собираю фольклор. Записываю старинные сказки, легенды… тосты.

- Тосты!!! - женщина счастливо заломила руки. – Александр! Я пересмотрела все фильмы с вашим участием по несколько раз. Выучила наизусть практически все фразы. Вы - мой любимый комедийный актёр! Поставьте автограф.

- И всё-таки, мадам, с кем имею честь вести беседу?

- Я, Грудинина Екатерина Сергеевна. Дипломат. Меня пригласили на подведение итогов фестиваля. Оказывается, в конкурс включили короткометражный фильм с вашим участием. Представляете? Иду на мероприятие – смотрю – вы. Глазам не верю. Я конечно слышала – актёр Демьяненко снимается где-то во Франции. Но, встретить, вас, здесь - не ожидала.

Демьяненко тяжело вздохнул. - Аз есмь, Я. Эх! Житие мое… - повторили слова режиссера Якина из фильма «Иван Васильевич меняет профессию».

Женщина решительно затрясла головой. - Александр? Разве может быть плохое житие во Франции? - «Несчастного» внимательно осмотрели. Выглядел он впечатляюще: Дорогой европейский пиджак тёмно кирпичного цвета, из-под которого выглядывает модная сорочка в полоску. Плюс толика французской неформальности: узел французского шелкового галстука повязан на два сантиметра ниже расстегнутой верхней пуговицы, на руке заметны дорогие позолоченный запонки и швейцарские часы.

- Вы наверно прибедняетесь? В прессе пишут, ваша игра настолько потрясла компанию "Дюваля" – что он согласился платить по пятьдесят тысяч франков в неделю. Специально для вас выкупил дорогущий загородный особняк. Выделил вам индивидуальную массажистку, косметолога, шофёра, который возит вас на «Лимузине» представительского класса?! Разве не так?

- Екатерина Сергеевна! Не верьте! Всё ложь и обман. Западная пресса, как всегда, искажает действительность.

- Неужели?

- Абсолютно и бесповоротно: Временно приютили в старом полуразвалившемся замке. Поселили в огромной спальне. Там сырость, слякоть, холод, голод и по ночам толпами бегают приведения. По поводу машины - опять наврали - передвигаюсь не на «Лимузине», а на старом – подержанном вертолёте. Который кашляет, чихает и постоянно ломается прямо в полёте. Про последнее, даже говорить смешно - платят вовсе не пятьдесят, а какие-то жалкие двести пятьдесят тысяч. Разве же это деньги для нормального актёра из страны Советов? Тем более здесь – за границей. Поверьте, мне – чаю попить не на что! Уж не говоря про то чтобы сходить в казино.

Поклонница широко открыла глаза, соображая, что это сейчас перед ней было. Поняла - Демьяненко шутит.

- А если серьезно, - актёр продолжил изливать душу. - Для меня сняли уютную квартирку в пошаговой доступности от места сьёмок. В павильон добираюсь пешком в сопровождении переводчицы. Про зарплату говорить запретили, сославшись на условие - коммерческой тайны. Трудится приходиться не просто много, а очень много. Как в песне – от зари до зари, от темна до темна. Развлекаться, отдыхать, гулять по городу - некогда. Работа, работа, работа. Хотел на выходные отпроситься в Москву. Так сказали не выпустят до пенсии...

- Бедняжка, – пожалели актёра. И снова начали цитировать слова героев из фильма «Операция «Ы». – И это в то время, когда наши космические корабли бороздят просторы Вселенной и все континенты рукоплещут труженикам нашего большого балета! Здесь, в центре Европы, во Франции, в самом городе Париже! - практически рабовладельческий строй. Ужас!

- А знаете, что… товарищ Шурик? – женщина игриво повела глазами. – Если сильно заскучаете по Родине – или станет жалко птичку, которая оторвалась от коллектива – заходите к нам на огонёк, в посольство. Всё-таки, мы - люди не чужие - Советские. Накормим. Напоим. Тосты новые узнаете…

- Тосты? Так я не пью!

- Ха, щутыник! – работница дипмиссии оттопырила два верхних пальца от кулака. Привычно, по-кавказски, взмахнула рукой. - А мы, пьём? Чего там пить! Так, балуемся.

- Вы, не поняли… - Александр четко шпарил, повторяя слова студента-этнографа из «Кавказкой пленницы». - Я совершенно не пью. Понимаете? Не имею физической возможности.

- Вот по этому поводу, товарищ Шурик, у меня родился тост. В трёх экземплярах: Ждём вас завтра, на его презентацию, всем коллективом, в шесть