Наследник червоточины I - Иван

Прибор вздрогнул. Заурчал. По выставленному времени включился механизм. Где-то внутри закипела вода. Щёлкнула задвижка. Из корпуса вынырнул бумажный стаканчик, наполненный тёмной жидкостью. Сбоку открылась щелка, из которой выпало два кусочка сахара. Сверху струйкой пролилась чётко отмеренная порция молока. Внутрь сосуда опустился стержень похожий на ложку. Перемешал содержимое.

Нету на почте у них ямщика…

Значит, нам туда дорога,

Значит, нам туда дорога...

Внутри сложной конструкции раздался звук похожий на перезвон обычного будильника, извещающий о готовности напитка.

Лежащий на кровати человек, не поднимая головы, потянул руку, пытаясь найти, выключить надоедливый звонок. Попал рукой в кошку. Чёрная бестия отпрянула, зашипела, смахнула хвостом наполненный кипятком стаканчик на приспособление с надписью: «Портативная машина времени». Залила водой.

Облака в небо спрятались…

Звезды пьяные смотрят вниз…

Искры замелькали, запрыгали. Разряды тонкими синими жилками побежали по неведомой конструкции. Внутри механизма что-то задымило, защелкало, загудело, постепенно превращаясь в свист. Миг и звук стал тоньше, пронзительнее. Рябь волнами пошла по воздуху. Раздался резкий хлопок, и спящий человек вместе с прибором исчез из комнаты.

……

На черно-белом фоне закружились разноцветные зайчики. Изображение на экране проявилась. Налилось цветом. Заиграло красками. Стало полностью многоцветным, показывая густой лес "Юрского периода" с гуляющими вдали динозаврами и летающими высоко в небе птеродактилями.

И в дебри сказочной тайги…

Падают они...

Глава 17

Париж.

Редакция издания «Франс суар».

Первый этаж.

Базиль Буртэ внештатный корреспондент издания «Франс суар» сидел под вентилятором в холле редакции, курил и вяло дописывал очередную новость для раздела «Ночные происшествия». Вентилятор не спасал от полуденной духоты, солнечный свет нахально лез в глаза, надоедал, раздражал и даже злил.

«…Полицейский врач насчитал в спине трупа два ножевых и три пулевых отверстия. Установить личность убитого не удалось».

Базиль дописал фразу и задумчиво оценил свою писанину. Прикусил нижнюю губу. Подумал, что след от трёх выстрелов для неустановленного трупа в морге – это мелко для внешкора его уровня. Читателя скорее всего не зацепит такое незначительное происшествие. (Всего лишь три пули в спине? – С кем не бывает? – Хмыкнет он. – Нашли чем удивить?!) Начальство также может посчитать новость не серьезной и уменьшить гонорар. А то и вовсе не поставит в печать.

Буртэ решительно вычеркнул мелкую неприглядную цифру «три» и подписал «десять». Потом решил, что «десять» слишком круглое число – вызывающее подозрение. Пришлось зачеркнуть и написать заново - «одиннадцать». Теперь хорошо. - Похвалили себя. - Кстати, ножевых тоже надо добавить. А то стреляли много – кололи резали мало – получалось неправдоподобно. К примеру, пусть обнаружено не «два», а «шесть». А лучше «восемь». Или даже «девять» ножевых ран. Почему следов от ножа меньше, спросите вы? Потому, что в каждом резонансном преступлении - должна быть загадка! Или даже больше – страшная тайна.

Правдописец перечитал созданное творение. Помотал головой, стараясь привести в порядок разбегавшиеся по углам головы мысли. Получалось следующее…

«Полицейский врач насчитал в спине трупа девять ножевых и одиннадцать пулевых отверстий. Установить личность убитого не удалось».

Обычное, «бытовое» происшествие сразу налилось соком, заиграло яркими красками и стало похоже на небольшую сенсацию, с возникающими в голове читателя вопросами: Что за человек, которого так нашинковали перед смертью? За что его так? Кто хладнокровный убийца? Женщина? Мужчина? А вдруг это разборки мафии или «Кровная» месть, а может это новый маньяк объявился и бродит по Парижу?

Писатель зевнул – дело сделано – считай двадцать семь франков в кармане. Он хотел пойти в бар. Отметить завершение работы. Выпить чего-нибудь прохладного. Но, к нему подошёл неизвестный в чёрном плаще, шляпе и тёмных очках, скрывающих половину лица.

- Мистер Базиль Буртэ? - глухим голосом со странным акцентом произнесли по-английски. – Не хотели бы вы заработать две тысячи франков?

Работник прессы нервно сглотнул. Большой кадык корреспондента подскочил сначала вверх, потом вниз и остановился, как у человека, которому не хватает воздуха. Он ревниво огляделся по сторонам – никто не видит? Нет - никого. Медленно ущипнул себя за коленку – не сон? Похлопал глазами – видение странного нанимателя не пропало.

- Что делать? – произнесли вместо ответа, авансом соглашаясь на любые условия. Даже не услышав их.

- Завтра в семь вечера в отеле «Насьональ» состоится конференция для прессы. Подведут итоги первого дня фестиваля короткометражных фильмов. Вам надо пройти аккредитацию и присутствовать на мероприятии.

- Здесь, - передали конверт. – Вопросы, которые необходимо задать представителю кинокомпании «Дюваль Франц».

Буртэ вскрыл конверт. Развернул лист. Прочитал несколько строк. Удивлённо поднял глаза. – Это всё? Всё, что надо сделать? И за это… целых, две тысячи франков?

- Да, - кивнули головой. - Если не против – вот, задаток.

- Я согласен.

Незнакомец повернулся. Собрался уходить.

Базиль наконец-то пришёл в себя. - Постойте, месье. Могу я немного приукрасить вопросы? Это… так сказать, мой профессиональный стиль. То, что отличает меня от других! За это даже не надо доплачивать?