Виктор Тихонов. Жизнь во имя хоккея - Дмитрий Федоров

Я всё думала, чем их покормить. Чтобы было и вкусно, и торжественно. Сделала окрошку. И шампанское выставила на стол. Сидели мы втроем на кухне, обмывали золотую медаль. Витька, конечно, в эйфории. Таких мгновений он ещё не переживал. Никакая Америка не может дать таких сильных эмоций – радости вместе с народом от победы. Здесь – стержень русского человека, его характер. И внук говорит за столом: «Я всё думал, чего же я хочу, а я хотел окрошки!».

Но – радость радостью, а только надо знать Виктора Васильевича. У него даже в минуты веселья и триумфа мысли о деле, об игре. Пошёл у тёзок важный разговор. Виктор Васильевич говорит Виктору Васильевичу: «Учти, у тебя начинается самое тяжёлое время. Смотри, чтоб после победы тебя не занесло. Чтобы сохранить свой статус, подтвердить свой уровень, тренироваться надо теперь гораздо больше».

Я ему потом напоминала: «А ты помнишь, что тебе дед говорил?»

К сожалению, прошедший регулярный сезон у него был не такой выразительный. Что естественно – после восхождения почти никто не может выдержать бремя всеобщих высоких ожиданий. Виктор Васильевич всегда говорил: «Выиграть – это одно, второй раз добиться успеха гораздо сложнее. А повторять и повторять свои достижения – так это просто подвиг. Надо всё время искать новую мотивацию – заставлять себя, переступать через не могу. А ведь не хочется, ведь – уже великий».

Хорошо, что Витька всё понял. Он мне звонит довольно часто – два раза в неделю обязательно. Жалко, что у него пошли травмы. Они и раньше случались – он на чемпионат мира 2013 года не попал из-за повреждения.

А в прошлом сезоне – настоящие жизненные качели… Лучший бомбардир на чемпионате мира, а в Кубке Гагарина – всего три набранных очка. Попал в состав олимпийской сборной, но игрового времени практически не получал. Хотя при этом всё-таки отметился голевой передачей. Хороший был в Сочи урок. И ему, и всем нам.

Вот опять же история о том, что вслед за мужем на крупный турнир не стоит ехать… Перед Олимпиадой звонила жена внука – Евгения: «Татьяна Васильевна, мы хотим поехать и поддержать Витю». Я отвечаю: «Жень, твоё дело, конечно, но я считаю, лучше не надо. Тем более, маленький ребёнок на руках – всего-то годик. А там столько людей со всего мира – не надо рисковать».

Не послушалась, поехала. В итоге ребёнок заболел, всё пошло сикось-накось, и они раньше срока уехали. Ну, я уж знаю: если ставится большая задача, себя надо придушить, не лезть.

Единственное, что меня после Олимпиады порадовало, так это то, что внук после неудачи нашей сборной в Сочи публично, в СМИ, поддержал главного тренера Зинэтулу Билялетдинова. Мог бы, наверное, обидеться, ведь почти не играл в Сочи. И вообще, хоккеисты редко вступаются за отставленного тренера, они должны работать с любым специалистом и не распространяться на предмет того, кто нравится, а кто нет. Но у Витьки заложено – это было и у его отца Василия, и у деда – чувство справедливости. Уж мы, Тихоновы, должны выступить обязательно.

Мне кажется, Витька по натуре очень хороший человек. Но я его мало знаю. Читатель удивится? – как это так, бабушка плохо знает внука. Но ведь я его увидела, когда ему было три года. В три года он встал на коньки, которые я ему привезла. Виктор Васильевич приобрёл эти крохотные, словно игрушечные, конёчки в Чехии. И вот я помню, как Витька на горшок ходил в этих коньках, так они ему понравились. Он думал, что легко поедет, но – пошёл на лёд и сразу упал. Однако не сдался и вот – до сих пор катается.

А потом они всей семьёй уехали за границу. Василий работал в Финляндии, США, Швеции. И Витьку я почти не видела. Только когда он вернулся в Россию, мы стали общаться.

Первое время говорили так же, как и про Ваську: «Ну, всё правильно, всё понятно – по блату там». Но по блату в нашей семье ничего не было. Всего добивались сами.

Здесь подчеркну: внук – необычайно порядочный человек. У меня такое ощущение, что к нему в Питере очень хорошо относятся. Есть у меня приятель-собачник, ему 46 лет, мы вместе своих любимцев выгуливаем. Так вот, он безумный болельщик – отслеживает всё, что пишут о хоккее. И он рассказывает, как доброжелательно пишут про Витькину жену, про него самого. Отмечают, что она – спортивная женщина. Мой знакомый передаёт Витькины интервью, про которые я не знаю, которые упустила. Так что у меня есть картина происходящего. И сложилось впечатление, что им с Женей там хорошо.

Когда сезон завершится, нужно будет принимать решение. Предложений чемпиону мира, лучшему бомбардиру чемпионата поступает немало. Когда ещё был Виктор жив, мы ему говорили: «Витя, выбирай, ты отвечаешь за семью. Не смотри на нас – делай так, как ты считаешь нужным. Думай о будущем».

Мне бы хотелось, чтобы он ещё хотя бы годик поиграл в России. Но сейчас общее поветрие… Здесь ему, конечно, сложно, потому что приходится играть и за клуб, и за фамилию на спине.

С одной стороны, у него своя фамилия. С другой, эта фамилия – Тихонов, Виктор Тихонов. Но ведь он и сам уже что-то сделал в хоккее, болельщики за него переживают не как за внука Тихонова, а как за игрока Тихонова. Хотя, возможно, в обиходе ему вредит то, что он из хоккейной династии.

Первое время говорили так же, как и про Ваську: «Ну, всё правильно, всё понятно – по блату там». Но по блату в нашей семье ничего не было. Всего добивались сами. Я даже обижалась – мне же Виктор не помогал с поиском работы.

Наверное, Витьку можно было изначально в ЦСКА как-нибудь пристроить. Но и Виктор, и Василий решили, что ему лучше пройти свой путь – пообтереться, пока он молодой, в «Дмитрове». Затем была «Северсталь», когда подрос. В 2008 году выиграл бронзу молодёжного чемпионата мира. И его признали лучшим нападающим турнира, он пять шайб забросил.

Приехал из аэропорта с медалью и на диване в нашей квартире их вдвоём с дедом фотографировали журналисты. Вот так он начал свой путь. И хорошо, что вначале всё было неброско, без шума, без пафоса.

Это уж потом, после успеха на молодёжном чемпионате мира, он перебрался в НХЛ – в «Финикс Койотис».

У Витьки образования – средняя школа. Я его маме Татьяне всегда говорю: «Если есть возможность учиться, надо повышать своё образование. Диплом не повредит в дальнейшей жизни». И очень просила, чтобы она заставляла его читать, потому что теперь многие живут в компьютере. И вот недавно спрашиваю: «Вить, ты что-нибудь читаешь?». А он отвечает: «Читаю, но на английском». Ну, что тут скажешь!

Когда он появляется в Москве, всегда ко мне приезжает. Я стараюсь что-нибудь вкусное приготовить, и он всегда говорит: «Ой, как хорошо накормила». У нас с ним нормальные отношения. Я ему говорю всё, что думаю. Иногда даже неприятные вещи. А кто ему ещё скажет? Я ему не резко говорю – не в лоб. Могу напомнить, как мы окрошку под шампанское ели-пили, как дед предупреждал о том, что победа обязывает, что легко всё растерять.