Влюбленные - С. Стивенс

– Нет, я не стану заниматься с тобой сексом в подсобке.

Хмурясь, Келлан потянулся ко мне губами. Я сопротивлялась, но он дразнил меня, касаясь кончиком языка моего лица, и мне ничего не оставалось, кроме как уступить. Мои пальцы, державшие его руку, слегка ослабели.

– Но почему? – бормотал Келлан. – Пит ведь починил дверь, я его заставил… Она заперта, если тебя это беспокоит. – Его пальцы пробрались еще на пару сантиметров ниже, и я это позволила. – А кроме того, сегодня моя ночь!

Собрав всю свою силу воли, я оторвалась от его губ:

– А зачем ты заставил Пита починить дверь?

Келлан фыркнул и снова потянулся ко мне:

– Потому что мне нравится здесь, в этой комнате… Она полна моих счастливых воспоминаний.

Уворачиваясь от него, я вскинула брови:

– Счастливых? То, как мы орали здесь друг на друга, – это для тебя счастливые воспоминания?

Я поморщилась при упоминании о том вечере, когда мы отчаянно разругались. Это была худшая в моей жизни ссора, и я надеялась, что такое никогда не повторится.

Келлан лениво ухмыльнулся, его лицо стало откровенно пьяным.

– Вспомни, я ведь говорил: меня заводит, когда ты злишься.

Его палец уже добрался до самого низа моего живота, и я, зашипев, с силой дернула его руку, чуть-чуть переместив ее вверх. Ухмылка Келлана стала шире, он осторожно вздохнул:

– Я признался тебе в любви в этой комнате. – Его голос дрогнул, и он жалобно добавил: – Надо было сделать это раньше.

Увидев любовь в его пьяных глазах, я улыбнулась и подняла руку, чтобы погладить его по щеке.

– Да, надо было. – Я вздохнула и покачала головой. – А мне следовало ответить тебе то же самое.

На секунду лицо Келлана стало серьезным, он наклонил голову, коснувшись лбом моего лба, и прикрыл великолепные глаза.

– Да-да, тебе следовало… – Он замолчал, а потом добавил: – Но ты же всегда была чертовски упрямой! Тебе понадобилась целая вечность, чтобы признать хотя бы то, что у тебя есть какие-то чувства ко мне.

Отталкиваясь от него, я нахмурилась как можно сильнее, что оказалось нелегко, потому что рука Келлана все еще оставалась в моих джинсах. Он улыбнулся и наклонился, чтобы еще раз поцеловать меня.

– А что? Ты прекрасно знаешь, что я прав.

Его язык коснулся моего языка, и я застонала. Я даже подумала о том, чтобы позволить ему осуществить желаемое. В конце концов, дверь-то он запер…

То ли догадавшись, что происходит в моих мыслях, то ли просто будучи слишком пьяным, чтобы раздумывать, Келлан крепко прижал меня к себе. Я с нетерпением ожидала, когда его палец наконец проникнет вглубь, но Келлан оставил руку там, где она была, и лишь страстно целовал меня. Его дыхание ускорилось, а когда я испытующе коснулась его мужского естества, то почувствовала, что оно уже в полной готовности.

Мне хотелось закричать: «Да, да, просто возьми меня!» – но тут я вдруг вспомнила, что сегодня происходит в баре. Отдернув руку, я схватила Келлана за плечо, чтобы оттолкнуть от себя.

– Тебе же пора на сцену, Келлан! – Прищурившись и не обращая внимания на дрожь, пробравшую все мое тело, я окинула взглядом его лицо и всмотрелась в остекленевшие глаза. – Ты вообще сможешь петь?

– Я много чего могу, когда пьян, – со смехом кивнул Келлан.

Припомнив кое-какие подробности из состоявшегося ранее разговора с подругами, я нахмурилась:

– Ну да, я слышала, что в канун Нового года ты, будучи пьяным в стельку, развлекался с одной из официанток Пита.

Келлан уставился на меня бессмысленным взглядом, через мгновение по его губам скользнула самодовольная ухмылка, а потом он вдруг нахмурился:

– Что?

Расширив глаза, я дернула его руку, все еще скрывавшуюся в моих джинсах.

– Кейт, придурок! Ты мне никогда не рассказывал, что чуть не занялся с ней сексом… и с Дженни тоже.

Келлан вытаращил глаза и невнятно пробормотал:

– С Дженни у меня и близко к сексу дело не дошло. Она мне отказала. А Кейт… Ну, это не считается.

Я злобно уставилась на него. Келлан моргнул, как бы пытаясь сосредоточиться на моем лице.

– Что значит «не считается»?

– Почти не считается, – медленно пожал плечами Келлан.

Зарычав, я наконец-то сумела вытащить его руку из своих джинсов. Он ужасно надулся и даже изобразил бесконечно несчастный вид, а я, невольно улыбаясь, покачала головой:

– И что мне с тобой делать?

Улыбка Келлана тут же стала блудливой, и он уставился на мои джинсы:

– Могу предложить несколько вариантов…

Хихикая, я с силой развернула Келлана спиной к себе. Я надеялась, что его возбуждение не будет уж слишком заметным, когда я верну его в зал, иначе, пожалуй, он рискует оказаться в неловком положении. А может, и нет. Келлан ничуть не смущался того, что привело бы в отчаяние большинство людей. Скорее всего, он просто пожал бы плечами и выпил еще кружку пива.

Келлан мрачно вздохнул, когда я толкнула его вперед. Я засмеялась, сообразив кое-что, и он оглянулся на меня в тот момент, когда уже был у двери:

– И что такого смешного?

Улыбаясь при виде нахального выражения его лица, я фыркнула и опять засмеялась:

– Ну, Казанова, поскольку ты явно с достоинством проведешь свой последний вечер здесь, угадай, что мне придется сделать позже?

Келлан с усмешкой развернулся и прижался ко мне. К несчастью, я тоже была возбуждена и ощутила несколько прекраснейших мгновений. Я чуть было не закрыла глаза, но спохватилась, когда Келлан пробормотал:

– Наказать меня?

Оттолкнув его, я предостерегающе подняла палец и с невинной улыбкой протянула руку за спину Келлана, чтобы открыть ему дверь.

– Нет! Я наконец-то снова сяду за руль твоего «шевелла»!

Келлан нахмурился и тут же начал возражать, но я вытолкала его пьяную задницу в коридор. После такой вечеринки он, конечно, просто не мог сесть за руль. Я этого не допущу.

С трудом переставляя ноги, Келлан пробормотал, что он в полном порядке и может сам вести машину, но тут что-то зазвенело. Это был сотовый телефон в его переднем кармане, но, поскольку Келлан еще не привык к тому, что телефон всегда при нем, он огляделся по сторонам с таким видом, словно совершенно не понимал, с чего это он вдруг начал издавать какие-то звуки. Потом он принялся хлопать себя по бокам, ища источник шума, и я, смеясь, поймала его руку и приложила к карману, где скрывался телефон.

Хихикая над собой и не обращая внимания на то, что проходившие мимо люди странно посматривали на него, Келлан пробормотал:

– Ох, слава богу, это просто телефон! Я уж подумал на минутку, что это запел мой петушок!