Иголки да булавки (СИ) - Эн Ворон

— Пригласительный-то один, — робко напомнила Екатерина, грустно посмотрев на брошенную на стол карточку гостя.

Выставка закончилась, делегация маленького провинциального подразделения успела вернуться в свой гостиничный номер и начать обсуждение планов на вечер. Склонялись к походу в какое-нибудь уютное кафе, но позвонил Денис и прервал приятные обсуждения. Скрывая, кто звонит, Марина ушла разговаривать в коридор. Она охотно рассказала Денису о том, как прошла презентация, и о сюрпризе, который они устроили менеджеру по оптимизации.

— Придумали же! — восхитился Денис. — А он что сказал?

— Недоволен, конечно, был, но держался молодцом.

— Марина! Марина! — выскочили из комнаты ее сотрудницы. — Нас в новостях показывают!

Марине тут же предъявили на телефоне прямую трансляцию одного из местных каналов. Шел сюжет про всероссийскую выставку легкой промышленности.

— Смотрите, смотрите, это мы! — тараторили сотрудницы, когда показывали кадры съемок в фотозоне с логотипом выставки.

Делегация конструкторского отдела снималась там в полном составе, да еще и с менеджером по оптимизации во главе.

— Действительно, похожи на экипаж самолета, — улыбнулась Марина.

— Ладно, я понял, вам там не до меня, — грустно произнес в телефон Денис. — С нетерпением жду твоего возвращения.

Едва Марина отключила вызов, раздался новый звонок. В названии контакта значилось «ФС», то есть фрукт столичный.

После неоднозначного инцидента около мужской уборной Марина и менеджер по оптимизации больше не разговаривали, так что ей было очень интересно, зачем тот звонит. Извиняться или ругаться?

— Заеду за вами через десять минут, — сухо заявил тот в телефон. — Будьте готовы.

— Зачем заедете? — не поняла Марина.

— Хотите добираться на прием сами на такси? Это не очень близко.

— Вы опять об этом? Я никуда… — но в ответ уже полились бесстрастные гудки. — У Платона нашего Андреевича, как всегда, свое видение, — ответила Марина на вопросительные взгляды сотрудниц.

Однако настойчивость менеджера заронила подозрения. «Почему он так хочет, чтобы я поехала? Зачем ему это?» — теребило Марину, и чтобы разобраться, она решила рискнуть.

Платон явился исключительно пунктуально, в элегантном черном костюме, которого никто из сотрудниц конструкторского отдела до этого дня еще не видел, окинул своего соруководителя пристальным взглядом и недовольно произнес:

— Почему вы еще не одеты? Я же предупредил. Опоздания не приветствуются.

— Я готова, — ответила Марина, поправив костюм, в котором щеголяла всю выставку.

— Вы в этом собираетесь идти? — не поверил менеджер по оптимизации.

— А ничего другого у меня при себе нет. О приеме нас не предупреждали.

— Вы не можете пойти в этом. Мероприятие протокольное, дресс-код строгий: только черное платье.

— Ладно, — с легкостью согласилась Марина, — никуда не пойду. Девочки, куда мы с вами собирались?

— Бросьте, не пойти вы не можете. Вас пригласили.

— Но я не соглашалась, а билет вы мне сами всунули.

Платон раздраженно выдохнул и взялся за телефон.

— Я вызову вам такси. Мне нужно будет еще кое-куда заехать. Встретимся на месте. Будете ждать меня в холле, — заявил он тоном, не терпящим возражений, а потом отвлекся на диспетчера службы такси. — Добрый вечер. Мне нужна машина. Отель «Европа». Да, правильно. Место назначения: клуб «Копенгаген».

«Тот самый?» — с нарастающим любопытством подумала Марина.

— У вас хотя бы черные туфли есть? — спросил менеджер по оптимизации.

«Какой же он педантичный», — раздраженно подумала Марина и с вызовом бросила:

— Конечно, нет. Только телесного цвета, к костюму.

— У меня есть, — подала голос Екатерина. — Я взяла с собой на всякий случай, если одни натрут…

Платон сдержано кивнул и оставил Марину дожидаться такси.

— Что он задумал? — практически риторически произнесла Татьяна.

Марина развела руками.

Пока такси неслось по незнакомым улицам, Марина ловила себя на мысли, что стоит на пороге чего-то большого и замечательного. Она чувствовала себя, словно Золушка, которая мчится в королевский дворец в карете из тыквы, или Наташа Ростова, которая едет на свой первый бал. Волнительно, непредсказуемо и ужасно интересно. Одно омрачало радостный настрой: там будет Кара, и он вряд ли оставит ее в покое. Однако она рассчитывала спрятаться за мужественную спину менеджера по оптимизации.

Парадный фасад клуба Марину не разочаровал. Заведение расположилось в хорошо отреставрированном особняке 19 века. Здание радовало глаз множеством готических элементов: маленькими островерхими башенками, узкими окнами-бойницами, символами четырехлистника, витражными вставками, тяжелыми деревянными дверями с металлическими ручками-кольцами.

«Почти замок», — отметила про себя Марина.

Внутри тоже хватало роскоши и помпезности: золоченые зеркала и канделябры, бархатные портьеры и кресла.

При входе Марина сразу предъявила карту гостя и прошла в нарядный холл, оставила плащ в гардеробе и устроилась в одном из кресел.

Минут через пятнадцать примчался менеджер по оптимизации и с самым серьезным видом вручил Марине нечто в чехле на вешалке, и проделано это было с видом вручения важных производственных бумаг.

— Это что? — не преминула спросить Марина.

— Платье.

— Откуда? — удивилась она.

— Считайте, что взял в прокате. Дамские комнаты там, — заявил Платон, указывая вглубь холла. — Переодевайтесь, а свой костюм сдадите на время в гардероб.

Марину жутко жгло любопытство. Что же мог привезти менеджер по оптимизации, у которого нет никаких причин разбираться в женской моде и стилях? С трудом Марина дотерпела до уединения в одной из кабинок. Когда загадочный чехол открыл свои недра, там оказалось вполне обычное длинное черное платье на тонких бретельках.

— Тривиальная классика, — хмыкнула Марина. — Чего и стоило ожидать.

Они кинула взгляд на пришитую у молнии бирку, та гласила: «Мy shine».

«Буду в нем мое сиятельство», — усмехнулась про себя Марина.

Но едва она надела платье, ее первое не слишком хорошее впечатление мгновенно поменялось: то, что висело прямо и невыразительно, окутав стройную фигурку, заиграло совсем иными красками в прямом смысле слова. Глубокий черный неожиданно деликатно заблестел на изгибах. На ощупь материал был удивительно мягким, приятно льнул к телу, обволакивал и поглаживал при движении. Оказалось, что менеджер по оптимизации безошибочного угадал размер Марины.

На зоне декольте платье легло изумительно; не открывая ничего лишнего, так подчеркнуло грудь, оставленную без поддержки белья, что Марина сама залюбовалась. Конечно, образу не хватало дополнительных аксессуаров: украшения на шею, элегантного клатча, вечерних туфель, подходящей прически и маникюра, но приходилось довольствоваться тем, что есть.

Осмотрев себя со все сторон в зеркалах уборной, Марина не удержалась и сделала несколько селфи.

В холл переодетая Золушка, выплыла совсем иной походкой, неторопливой и грациозной. Ей очень хотелось увидеть, как ее преображение воспримет невыносимый менеджер по оптимизации, поэтому подходила тихо и аккуратно, чтобы раньше времени не отвлечь его от телефонной переписки. Платон так и не поднял глаз, пока Марина сама не объявила:

— Я готова.

Соруководитель окинул ее быстрым, но в целом ничего не выражающим взглядом, словно проверял схожесть реальности с предполагаемой картинкой, и обронил:

— Идемте.

«И все?!» — возмутилась про себя Марина.

У самого входа в зал гостей фотографировали на фоне логотипов «Альянс-Текс-Ко» и выставки легкой промышленности. Платон и Марина тоже встали под вспышки фотоаппаратов, чтобы отметить свое присутствие, а потом пошли туда, где играла музыка и разносили шампанское.

Здесь Марина впервые воочию увидела, что такое протокольное мероприятие: все гости без исключения были в черных одеждах, не считая непременных белых сорочек на мужчинах, и ни одна из дам не пришла в брюках. Праздничный прием, на взгляд Марины, больше походил на траурное мероприятие. К тому же все вели себя очень сдержанно, разговаривали негромко, улыбались с оглядкой, правда, танцевали, но под классическую музыку.