Обгоняя время - Дмитрий Валерьевич Иванов

больничку ему надо! Сейчас Димку попрошу отвезти! — испуганно запричитала членовредительница.

— Да не надо, на мне как на собаке заживает, — испуганно отказывается сосед.

— Действительно — отлежится дома, и всё хорошо будет, — поддержал я побитого, так как мне, откровенно сказать, плевать было на его состояние.

— Знаете, такой черствости я от Анатолия не ожидала, — надула губы Валька, рассказывая в доме уже Юльке с Димкой про случившееся.

— Да ты что⁈ Нельзя! Вдруг медики в милицию доложат? А формально-то ты травму нанесла человеку! Дело заведут на тебя, о нанесении телесных повреждений, — простодушный Димка высказал интересную мысль.

«Как это мне самому такой мощный аргумент в голову не пришёл?» — досадую про себя я.

— Ах! — моментально поверила им не менее наивная Валька и, потерев большой и указательный пальцы друг о друга, смущенно предложила: — Толя, а может этому извращенцу дать…

— Чего-о-о? — возмущенно протянул я, неверно истолковав подругу.

— А что? Рублей двадцать пять у меня с собой найдется, но я думаю, надо добавить. Займешь? — пояснила свою мысль девушка.

— Да не пойдёт он ни в какую милицию… а дать я могу пару раз ему по печени, разве что, — решительно отказываюсь я.

— Нет, я всё-таки дам! — Валентину, желающую побыстрее отмазаться от дела о побоях, было не остановить, и она почти бегом вылетела во двор.

— Ох, грехи мои тяжкие, — вздыхаю я и тороплюсь за Валькой.

Как на грех в темноте споткнулся о свои же калоши и чуть не пропахал носом землю, давая возможность Валентине умаслить гада деньгами.

— Чё? Не взял? — сталкиваюсь с торопящейся назад волейболисткой.

— Я за паспортом! — бросила на ходу Валька и, отпихнув меня с дороги, заскочила в домик.

Паспорт зачем-то? Она что, замуж собралась за него? Всего-то минуту пообщалась с уголовником этим без меня, а тут уже такие важные документы понадобились. Без паспорта никак? Оказалось — никак. На моего приятеля в этот момент надевали наручники два молоденьких мента-стажера. Ну, а кого ещё могли оставить на ночь сидеть в холодном доме?

«Всё, отбегался наперсточник и картёжник», — понял я.

Не такие уж и глупые в Сочи милиционеры — они оставили в домике засаду, и если бы Толя решился на посещение травмпункта, то засада просидела бы зря, но Толя решил отлежаться в доме и оказался неправ. Валю служители порядка отправили за документами, как якобы понятую.

— А вот и второй понятой! — обрадовался мне один из ментов. — Парень, документ есть какой?

— Нету. Вам зачем понятой? Обыск будете делать? А ордер есть?

— Умный больно, — буркнул парнишка, будучи явно не в восторге от моих вопросов… — Просто личный досмотр. Всё равно пока машины нет, ждём когда приедет. А обыскать обязаны, вдруг что запрещённое имеет? Или… — тут он почему-то перешёл на шёпот, наклонившись ко мне поближе, — вообще оружие.

— Да потом впишем кого-нибудь. Одной девчонки хватит, — лениво произнес его напарник, явно не спешивший к соблюдению формальностей.

— У него сотряс, заблюет вам всю машину, — решил предупредить я.

— Это он, что ли, тебя? — мент обернулся к мрачному Толику, посаженному на корточки.

— Нет, я сам, — Толик правильно понял мой многозначительный взгляд.

Тут вернулась возбуждённая приключением Валя с паспортом (не знаю уж, зачем она его с собой таскает?) и стажеры стали обыскивать Толика, не найдя, впрочем, в карманах ничего интересного, кроме пачки сигарет «Прима» и какой-то фотки. Мельком бросив на неё взгляд, я увидел знакомое лицо. Липовый директор совхоза Фрол позировал в ресторане с какой-то музыкальной группой, вероятно, модной здесь.

— Это что за ансамбль? — спросил я у Толика, так как менты внимание на фотку не обратили и положили обратно в карман.

— Из Липецка. Были тут на гастролях в январе, забыл название. Кстати, солиста нашего сочинского взяли к себе. Гриша… Лепсеридзе, вроде, — охотно ответил Толик, который уже окончательно оклемался от Валькиного удара.

— Не Лепсеридзе, а Лепсверидзде! — поправил тоже, по-видимому, любитель музыки в погонах.

— Это Лепс, что ли? — пришла мне в голову догадка. Но узнать в парнишке на фото будущую звезду было невероятно трудно!

— Ну, можно и таким погонялом назвать, — усмехнулся Толик.

— Вот бы Стаса Михайлова найти, — припомнил я ещё одну знаменитость, тоже выходца из Сочи.

— Кого? Брат у меня двоюродный Станислав Михайлов, только он служит сейчас. Дурак — училище лётное бросил, — удивил меня мент. — Он тоже музыкант, самоучка, правда. На гитаре играет и поёт неплохо.

Тут прибыл, наконец, бобон, и мы с Валей вернулись в дом продолжать начатую вечеринку, где кинув и проиграв жребий, отправились спать наверх в мансарду, оставив теплую печку и кровать Димке с невозмутимой Юлькой.

Утром, как по заведённому ритуалу, купили свежеощипанную курочку и неизменные пирожки с беляшами у местной приходящей торговки, и Валя подтвердила свое реноме хорошей хозяйки, ловко разделав и поджарив на сковороде птицу. После плотного завтрака мы погрузили девчонок в Димкину машину и отвезли в гостиницу. Прощания были недолгие, всё-таки это были не те встречи, о которых долго вспоминаешь, но всё прошло на хорошей ноте. Я вообще неплохо тут время провожу, и приятели появились даже. А вот и один из них. Толян! Причем прилично пьяный.

— Что, отпустили? — участливо спрашиваю я незадачливого соседа.

— Ага. Штраф влепили за проживание не по прописке, и все. За мной криминала нет, — хвастается довольный сосед. — Слушай, я тут случайно слышал, что ты недавно в ресторане кого-то мордой в салат положил?

Глава 24

В голове родилась мысль — а не посмотреть ли мне на молодого Лепса, раз уж Стас Михайлов якобы сейчас отдает долг Родине?