Святая. Игра по темным правилам - Елена Кароль

Но сейчас… Улыбка не сходила с моих губ, пока я рассматривала себя в зеркале, поворачиваясь то боком, то спиной. Никогда не думала, что могу так превосходно выглядеть! Вырез лодочкой на груди подчеркивал слегка выступающие ключицы. Тяжелый шелк выделял каждый изгиб, не находя ни одного недостатка. Нетронутая загаром кожа была вызывающе аристократична. Пришлось снять большинство амулетов, но я, здраво рассудив, что рядом с Мрачновым мне точно некого бояться, не стала об этом переживать. Если кого и бояться, то только его.

Перебрав украшения, я остановилась на комплекте из опала, который, разумеется, был заговорен и прекрасно дополнил образ загадочной леди, которой я стала. Волосы оставила распущенными, потому что не было ни желания, ни времени делать что-то и с ними, но даже без умопомрачительной прически мне было чем похвастаться. В макияже я сделала акцент на глаза, не став ярко красить губы, нанеся на них лишь розовый блеск, последними надела телесного цвета чулки, которые волшебным образом (ой, волше-э-эбным!) нашлись на полочке в шкафу, и, подхватив мобильный, отправилась вниз, потому что время уже приближалось к семи.

Мы встретились на лестнице, как в самом романтичном из фильмов. Я, вся такая красивая и слегка возбужденная, на верхней ступеньке, а он, с бордовой розой и откровенным восхищением во взгляде, на нижней. Момент был эпичным, без вариантов. Пока я думала, что бы такого сказать, чтобы не опошлить, Мрачнов неспешно поднялся и неторопливо склонился, поцеловав меня в плечо ближе к ключице. Едва сумев удержать томный выдох, я не смогла унять дрожь, хотя, кажется, он это не заметил, уже отстранившись и с улыбкой вручая мне розу.

— Ты превзошла все мои смелые ожидания. — И пока я польщенно улыбалась, недвусмысленно намекнул: — А может, ну его, этот театр?

— О нет! — Я моментально запротестовала. — Я в театре уже года три не была! Кстати, кто тебя туда пригласил?

— Знакомые, — ответив уклончиво, Мрачнов вздохнул, подал мне руку, и я не стала отказывать, приняла.

Вниз мы отправились как самая настоящая степенная пара, не хватало только торжественной музыки. Почему-то на ум пришел свадебный марш… Чур меня!

Внизу я надела туфли, Мрачнов подал мне взявшийся ниоткуда белоснежный норковый палантин, отметив, что уже похолодало, а меха мне, «как назло», к лицу, чем вызвал очередную улыбку. Марго прискакала с новеньким серым клатчем, куда я положила мобильник, и, отдав розу Ольге, чтобы она поставила ее в вазу, наконец отправились в театр.

В машине мы особенно не разговаривали. Мрачнов был сосредоточен на дороге, а я думала о том, что Мрачнов верен своему слову, и такими темпами я капитулирую уже к концу недели. А вот и нет! Мне приятно, не спорю, но в моем условии он, кажется, не разобрал главного: «по любви» — это значит по взаимной любви и никак иначе. Красивые и шикарные жесты мало значат, если в душе дарителя пустота и нет искреннего чувства, а лишь пошлая жажда обладания телом. Ну или энергией, как в его случае.

— О чем задумалась? — Мы еще ехали, когда Мрачнов неожиданно решил завязать разговор. — Взгрустнула… Устала?

— Нет. Вспомнила кое-что. — Не собираясь признаваться в своих размышлениях, я беспечно отмахнулась, возвращая на лицо улыбку. — Как успехи в поисках злопыхателя?

— Потихоньку. — Мрачнов едва уловимо поморщился и тут же твердо продолжил: — Не беспокойся, я найду эту сволочь и уничтожу. Без вариантов.

— Да я как бы и не сомневалась. — Решив слегка польстить, я не удержалась от ворчливого дополнения: — Но мне бы хотелось узнать хотя бы причину подобной ненависти, если уж не судьба поучаствовать в его уничтожении. Сделаешь милость?

— Сделаю. — Усмехнувшись, маг подмигнул и, плавно встав на свободное место театральной парковки, заглушил мотор. — А теперь выкинь кровожадные мысли из головы, сегодня мы отдыхаем. Идем, дорогая, пора.

Если верить программке, которую мы получили после того, как прошли внутрь, сегодня давали «Слугу двух господ». Смутно припоминая фильм советских времен, снятый по этой пьесе, я сумела лишь вспомнить, что это была музыкальная комедия с романтической составляющей. Неплохой выбор, за это я была молчаливо признательна Мрачнову.

Беспечно улыбаясь, я позволяла спутнику вести меня туда, куда было нужно ему, нисколько не переживая о конечной точке. Даже не сомневаюсь, что он покажет меня всем, кому хотел, чтобы каждый понял, кому я теперь принадлежу. Партнеры, бизнесмены, коллеги по теневому бизнесу и политики нашего города — мы встретили многих из них, словно в этот день все они решили приобщиться к театральному искусству. Меня узнавали, удивлялись. Кто искренне и открыто, а кто тайно и завистливо. Здоровались в основном с Мрачновым, мне же только кивали, наверняка стесняясь признать, что в свое время прибегали к моим услугам. Мне же было абсолютно все равно, что они думали обо мне и о том, с кем я рядом. Уже завтра они найдут сплетню интереснее и забудут даже мое имя.

Одна парочка чем-то меня зацепила. Раскованная, яркая, ухоженная крашеная блондинка примерно моего возраста и парень лет двадцати пяти. Может, младший брат, может — иной родственник, но они были слишком похожи, чтобы быть просто знакомыми. Прежде всего привлек внимание ненавидящий взгляд блондинки, которая смотрела на меня, не отрываясь, секунд десять, не меньше. Они стояли далеко, а потом так и не подошли, чтобы я смогла узнать, кто они такие, но этот ненавидящий взгляд… Да, так смотреть могла только брошенная ведьма. Какой у меня, однако, непростой спутник!

Иронично хмыкнув, я мысленно показала девице кукиш, возвела ментальный щит, чтобы даже случайно не подцепить брошенное в сердцах проклятие, и, когда прозвенел первый звонок, с удовольствием прошла в ложу.

Спектакль был в двух актах, так что во время антракта к нам умудрились зайти несколько незнакомых мне людей, чтобы пообщаться с буквально незаменимым господином Мрачновым. Сейчас рядом с ним я была не более чем симпатичным, этаким статусным приложением, которое он с удовольствием всем демонстрировал. Меня это не угнетало, ничуть. Иного и не ожидала.

Пока Мрачнов общался с очередным коллегой, я скользила рассеянным взглядом по соседним ложам, балконам, партеру, разглядывая публику. Богатые и не очень, расфуфыренные и одетые с показной небрежностью, театральные любители и пришедшие только затем, чтобы встретиться с конкретным лицом.

И снова я увидела ее. И снова все тот же взгляд… Тут уж я не удержалась. Дождалась, когда нашу ложу покинут посторонние и, наплевав на вежливость и манеры, сначала тронула Мрачнова за руку, а затем ткнула пальцем в блондинку, которая от моей наглости откровенно смешалась.