Личное дело женщины-кошки - Дарья Донцова

– Что вы хотите? – лепетала тем временем Кругликова. – Зачем меня тираните?

– Сама знаешь, – обтекаемо ответила я.

– Я не виновата!

– Неправда.

– Я в тот день сидела дома!

– Неправда!

– Ну… перепутала дату… бывает! Но я его не убивала!

– Неправда! – упорно твердила я, ничего не понимая.

– Клянусь своей жизнью!

– Лжете.

– Когда я к нему подошла, он уже умер! Честное слово, поверьте, – заплакала Елена Сергеевна, – это случайность! Она там лежала! Руки в крови, рядом палка, железная! А он уже умер! Это не я! Не я! Ей-богу!

– Неправда!

– Послушайте, – зашептала старуха, – будьте милосердны и скажите, наконец, чего вы хотите? Звоните каждый день, пугаете, я на грани самоубийства, больше так не могу, я сейчас выпрыгну из окна! Вы превратили мою жизнь в ад! В ад! В ад!!!

– Давайте встретимся, – предложила я.

– Возьмете деньги и отстанете от меня? Говорите, сколько! – обрадовалась Елена Сергеевна.

– В восемь вечера, – ответила я, – в кафе в магазине ЦУМ. Надеюсь, знаете, где расположен торговый центр?

– Конечно, конечно, я не опоздаю!

– Приходите одна.

– Непременно. Сколько?

– Деньги не берите.

– Вы не хотите получить плату за молчание? – опять впала в истерику Елена Сергеевна.

– Поговорим и обсудим ситуацию, – обтекаемо сказала я и отсоединилась.

Михаила мне сломать не удастся, он опытный человек, ни за что не расколется, с какой стороны к нему ни подходи. А Елена Сергеевна напугана, похоже, до последней стадии. Представляю, как она обомлеет, увидев в кафе меня. Пусть помучается до вечера, легче сдастся.

Теперь на очереди был номер Богдана Ломейко. Мало надежды на то, что Елизавета Андреевна, мать погибшего шофера и сестра Зои Андреевны Килькиной, возьмет трубку. Ее квартира, несмотря на присутствие мебели, выглядела нежилой, но ведь кто-то оплачивает услуги телефонной станции! Кстати, я поняла, почему номер до сих пор числится за погибшим Богданом. Когда умирает хозяин жилплощади, то наследник, и в данном случае мать, переоформляет документы на себя. Дело это муторное, приходится часами сидеть в очередях, пытаясь добиться от сотрудников ЖЭКа всяких бумажек. Тот, кто хоть один раз проходил эту процедуру, сейчас понимающе вздохнет. А ведь, кроме самой квартиры, есть еще электричество и телефон. Вот про них люди частенько забывают, платят исправно по квитанциям, не задумываясь о том, на чье имя зарегистрирован аппарат. Елизавета Андреевна небось после смерти сына забыла пройти формальности, а телефонистам без разницы, кто владелец телефона, лишь бы плата регулярно капала.

– Алло, – вдруг сказал тихий голос.

От неожиданности я растерялась.

– Здравствуйте. Можно Елизавету Андреевну Ломейко?

– Кто ее спрашивает?

– Из собеса.

– Откуда? – не поняла собеседница.

– Скоро Новый год, – начала я вдохновенно врать, – мы раздаем подарки одиноким пенсионерам. Ломейко одна из нашего списка. Ничего особенного в пакете не будет, немного продуктов, конфеты. Дайте трубочку самой Елизавете Андреевне.

– Ее нет!

– Ой, она переехала! Подскажите новый адрес.

– А зачем вам?

– Подарок отдать надо!

– Вы его себе оставьте!

– Гуманитарная помощь дело серьезное, у меня ведомость есть, в ней расписаться надо. И потом, что значит «оставьте себе»! Это воровство получится. Подарок предназначен не вам, а Елизавете Андреевне, подскажите мне адрес Ломейко.

– Она живет на даче, далеко.

– Ладно, – я решила слегка напугать девушку, – спасибо, я сама узнаю, где находится Ломейко. Сделаю запрос в милицию.

– Не надо, – повысила голос собеседница.

– Ну вы же не хотите помочь государственной служащей, которая осуществляет благотворительную акцию, можно подумать, что боитесь моей встречи с Ломейко, – подлила я масла в огонь.

– Поселок расположен неудобно, – начала оправдываться девушка, – от электрички надо на автобусе ехать, а он зимой практически не ходит.

– Ну ничего себе! Теперь я точно обращусь в милицию! Бросили старуху одну невесть где! Вдруг ей плохо станет!

– А вот и неправда! Я с ней живу!

– Но вы-то в городе!

– Приехала по делам, вечером вернусь. Если хотите, можете мне отдать подарок.

– А вы ей кто?

– Внучка. Кстати, у меня есть доверенность на получение ее пенсии.

– Ну ладно, – протянула я, – когда и где пересечемся?

– Через полчаса у метро «Маяковская».

– Я не успею.

– Тогда вечером, в двадцать три тридцать, на Рижском вокзале.

– И как мы друг друга в толпе узнаем?

– Заходите в кафе «Астра», я блондинка с голубыми глазами, буду в ярко-красной куртке, с сумкой, на которой изображена кошка. А вы как выглядите?

– Точно так же, – усмехнулась я, – только с большим черным портфелем.

– Не опаздывайте, – предупредила девушка, – а то я не успею на последнюю электричку, – и отсоединилась.

Я потерла руки, осталось совсем легкое дело, сначала звякну в департамент здравоохранения Московской области, а потом поеду туда.

Глава 29

Если хотите, чтобы чиновники были с вами любезны, представьтесь журналистом из крупной газеты или, еще лучше, работником телевидения. Попасть на голубой экран мечтает большая часть человечества, вот почему столь популярны всяческие шоу, где присутствует публика. Посидит человек в зале, поаплодирует основным участникам и ощущает себя героем. Соседи и коллеги по работе непременно скажут:

– Видели, видели тебя в телике, шикарно выглядел.

И на улице могут узнать, станешь знаменитостью. Есть еще один нюанс – у представителей прессы никогда не спрашивают документы, отчего-то основная масса народа, услышав фразу: «Я из газеты», верит собеседнику на слово, хотя это неразумно, соврать можно все, что угодно.

Но сегодня людское простодушие играло мне на руку. Войдя в пафосное офисное здание, я побродила по этажам, нашла нужный кабинет, вежливо постучала, услышала приветливое «Входите» и толкнула дверь.

Полная дама в бежевом костюме, делавшем ее похожей на слониху, стояла у открытого сейфа.

– Вы ко мне? – не по-чиновничьи приветливо осведомилась она.

– Я ищу Веронику Львовну Рудниченко, – улыбнулась я.

– Входите, садитесь, – предложила хозяйка кабинета, захлопнула сейф, с видимым усилием втиснулась в кресло и спросила: – Чем могу помочь?

Я представилась.

– Меня зовут Даша Васильева, работаю редактором на программе «Здоровье», наверное, вы видели наши передачи, их ведет Елена Малышева?

– Ну конечно, – закивала Вероника Львовна, – вообще-то, как человек с высшим медицинским образованием, я не люблю всякие там шоу, где про лечение керосином рассказывают. Но Елена Малышева врач, из профессорской семьи, очень уважаемый человек, ведет просветительскую работу, и она настоящий профессионал!

– Мы задумали сделать сюжет о маленькой больнице, – затараторила я, – знаете, на селе и в крохотных городках часто работают настоящие подвижники, замечательные специалисты.

– Верно, – кивнула Рудниченко, – полностью согласна с вами. Последнее время медицину только ругают, но, поверьте, есть еще врачи от бога.

– Наш выбор пал на клинику в населенном пункте Алехино, это Подмосковье.

– Алехино, Алехино, – забормотала Вероника Львовна и включила компьютер, – почему вы именно ее надумали отметить?

Моя улыбка стала ослепительной.

– Десять лет назад наш главный редактор случайно туда попала, ее сняли с поезда с приступом аппендицита. Если откровенно, то она очень испугалась: маленькая больничка, как тут соперируют, но до Москвы ей было не доехать, совсем плохо стало. Операция прошла на удивление хорошо, вот теперь хотим дать в репортаже еще и ее рассказ, понимаете? Так сказать, живой свидетель!

Я заморгала и уставилась на Веронику Львовну. Очень надеюсь, что она не спросит: «Зачем ваше руководство ждало десять лет? Почему сразу не прислало съемочную группу в Алехино?» Но Рудниченко кивнула.

– Понимаю, но посодействовать не могу, этой больницы уже нет!

– Куда она подевалась?

– И Алехино исчезло с карты, я имею в виду как населенный пункт, теперь на этом месте огромный производственный комплекс.

– Вот не повезло! – заохала я. – Документы больных сожжены!

– Что вы, – снисходительно ответила чиновница, – мы храним истории болезни длительный срок, не менее двадцати пяти лет, а сейчас, в связи с поголовной компьютеризацией, предполагаем вечно держать сведения в базе данных, мало ли что.

– И где архив Алехинской больницы?

– Он передан клинике в Ворске, кстати, там теперь главным врачом работает Игорь Никитович Сопельняк, десять лет назад он служил в Алехине и оперировал вашу начальницу, других хирургов в больнице не было.

– Как с ним связаться? – затряслась я от нетерпения.

– Легче легкого, – засмеялась Вероника Львовна. – Одну секундочку!