Дорога смерти - Илья Бушмин

Васина затрясло от осознания того, что его обвиняют в чем-то ужасном. Шок был искренним.

– Убрали?! Вы о чем вообще? Б…, вы что мне тут пришить решили еще?! Какой Сергеев, какой каламбур?

– Парень, я тебе сейчас обрисую вкратце ситуацию. Я из Следственного комитета. Не ментовской следак, с которыми ты раньше дела имел. Я занимаюсь убийствами. Поэтому ты сейчас сидишь здесь в наручниках. На ваши угоны мне плевать, на самом деле.

Васин паниковал, округлив глаза.

– Какие убийства? Я в жизни никого… Слушайте, это порожняк какой-то, без бэ, порожняк гнилой. Я никого не убивал никогда, вы чё!

– Это мы еще посмотрим, – отозвался Бегин и быстро выпалил, сверля рябого парня глазами: – Банда ДТА, которая мочит водителей. Вот почему ты здесь. Ты попал намного серьезнее, чем думаешь. И если ты не начнешь говорить, тебе светит пожизняк.

Даже если бы на глазах Васина взорвалась атомная бомба, он не был бы в таком шоке, как сейчас.

– Кто?! Какая…? Погодите, это те, которые на трассе…? – Васин схватился за голову. – Б… дь! Погодите, это какая-то п… ц какая ошибка. Тачки да. Мы их разбираем. Да вы и сами видели все… Но ни к какой банде я вообще никак, я про них только из телека и слышал! Я не знаю, кто вам такое сказал, но это гнилая херня!

Было видно, что парень не врал. История поворачивалась паршиво. Версия о причастности угонщиков к банде стрелков с М-4 могла в любой момент рассыпаться, как карточный домик. Но Бегин решил давить до последнего.

– Анаша. В гараже мы нашли пакет анаши. Треугольный сверток с коробком травы. Это доказуха. Так что хрен ты отвертишься.

– Да я тут при чем?! – взвыл Васин, взвившись, как ужаленный. – Это Пороша и Карпыч травокуры, они покупают где-то анашу и пыхтят себе, я вообще анашу не курю, мне это нах не упало!

И все бы ничего. Вот только Порошин и Карпов, о которых проговорился Васин, хранили полное молчание и придерживались своей не выдерживающей критики легенды.

Глава 8

– Сань…

Бегин шел по коридору управления, направляясь в кабинет следователя местного следственного отдела, который с операми из отдела угонов изучал материалы по операции. Он обернулся. Это был смущенный Рябцев. Он кашлянул, переминаясь с ноги на ногу.

– Взяли их, значит?

– Повезло.

– Мда, я думал, больше времени понадобится… Слушай, я хотел сказать кое-что. По делу. Можно тебя на минутку?

Они спустились вниз и вышли из дверей управления. Рябцев свернул за угол и повернулся к Бегину. Тот хранил молчание и был невозмутимо спокоен. Рябцев собирался с духом давно, но сейчас понял, что все, что он хочет сказать, будет звучать глупо. И в последний момент Рябцев заговорил о другом.

– В общем, у меня есть наводка на оружейника. Его кличка Карета. Кто он такой, никто толком не знает. Чувак не высовывается, не отсвечивает, просто делает свое дело. Чувствую, что наколка верная.

– Лопатин в курсе?

Мысленно Рябцев выругался.

– Он мой непосредственный начальник. Ты-то как думаешь. Субординация и все такое.

Бегин кивнул и собрался было уходить.

– Да погоди ты, – вздохнул Рябцев. – Слушай, по поводу того, как я на тебя утром наехал… Давай закроем тему. Замяли и забыли, хорошо?

– Можно. Если ты точно уяснил, что я хотел до тебя донести. Я не собираюсь выгораживать тебя перед твоей женой и не собираюсь видеть ее слезы.

– Не любишь женские слезы? – проворчал Рябцев. – Типа джентльмен и все такое? А я весь такой говнюк, да? Ты ведь не знаешь ничего о ситуации.

– Мне это не интересно, Рябцев.

– Ладно, я понял. Извини, сорвался. Проехали. Больше такого не будет. Вика к тебе больше не придет. Договорились?

Бегин молчал, наблюдая за Рябцевым, словно проверяя его на искренность. Рябцеву было не по себе, но он молчал. Наконец Бегин кивнул:

– Где твоя машина?

– Да где всегда, – Рябцев махнул рукой. Бегин двинулся к автомобилю. Догоняя его, Рябцев осведомился: – Куда едем?

– На встречу с Вороном.

Рябцев вообще не понимал, что происходит.

Встреча была назначена на дороге, уходящей на запад с Каширского шоссе, напротив Растуново. Когда машина Рябцева сползла с асфальтового полотна на ползущую к бескрайним полям накатанную полосу земли, шел десятый час вечера. Заходящее солнце освещало тянущуюся вдоль горизонта неровную полосу леса и линии электропередач с натыканными вдоль поля вышками и столбами.

– У меня нет ствола, – нервничал Рябцев. – Самое время забирать. Кто-нибудь знает, что мы здесь?

– Ворон.

– Зашибись. А кто-нибудь в управлении? Из тех, кто найдет завтра здесь наши трупы, если что-то пойдет не так? Ворон суровый чувак, говорят.

Через пять минут с трассы, вспыхнув фарами, свернул черный «БМВ». Не доезжая десяти метров до Бегина и Рябцева, стоящих перед машиной, «БМВ» затормозил. Фары погасли. Рябцев напряженно смотрел вперед, ожидая подвоха. И повод был – из машины гостей никто не выходил.

Бегин шагнул навстречу. Преодолев половину пути, он остановился, наблюдая за «БМВ». За тонированным лобовым стеклом был виден силуэт водителя и не более того.

Задняя дверца открылась. Ворон выглядел ниже ростом, чем предполагал Бегин. Почти на голову ниже самого следователя. Ворон щурился, от чего его глубоко посаженные глаза были еле видны. Он неторопливо подошел к Бегину, молча изучая его цепким взглядом.

– Мое имя Александр. Это я вам звонил.

– Кто дал вам мой номер?

Голос Ворона оказался глубоким, с благородным баритоном.

– Это неважно. Я пообещал, что использую телефон только для того, чтобы связаться с вами и договориться о встрече. Если хотите, можете сменить номер хоть сегодня.

– Я так и сделаю. Что вы хотели мне сказать?

– Владислав, вы смотрите новости?

– Мы собираемся говорить о политике? – сухо отрезал Ворон. – Или об экономике? К делу.

– Хорошо. Все Подмосковье полтора месяца лихорадит из-за банды ДТА. На трассе М-4 убивают людей. Уже шесть трупов. Если их не остановить, будут еще.

Ворон махнул рукой. Из «БМВ» вышел здоровяк-водитель и направился к ним. Рябцев напрягся, порываясь рвануть вперед. Бегин обернулся:

– Все нормально, стой там.

Водитель быстро и профессионально – наверняка из бывших сотрудников правоохранительных органов – обыскал Бегина. Пиджак, карманы, поясница. Кивнул Ворону – все чисто. И по еле заметному жесту Ворона вернулся за руль черного «БМВ». Теперь Ворон готов был говорить.

– К этой банде я не имею никакого отношения.

– Не спорю. Но для поимки банды задействованы все силы. Не только полиция, но и ФСБ. На трассах круглосуточно дежурят усиленные наряды. Проверяют всех. Пока на самой трассе. Если убийства будут продолжаться, начнутся повальные рейды во всех населенных пунктах в районе трассы «Дон».

– При чем здесь я?

– Сегодня прошла полицейская операция. Задержали несколько человек. За угон машины. Вы, наверное, слышали?

– Да, что-то такое слышал, – Ворон сощурился, на его лице заиграли желваки, но голос оставался спокойным. – Насколько я знаю, половину этих людей завтра уже отпустят.

– Владислав. Речь о том, что в регионе особый режим. Вы наверняка в курсе, потому что усиленная работа полиции должны была создать вам… определенные неудобства. Как, например, сегодня. Полиция и ФСБ проводит повальные рейды и облавы. Вряд ли вам это выгодно. Вести дела гораздо удобнее, когда все тихо. Если так будет продолжаться, весь ваш бизнес может полететь к чертям.

Ворон неопределенно хмыкнул.

– И?

– Давайте говорить прямо, – сказал Бегин. – Вы работаете на этой территории с начала 90-х. У вас и ваших людей большие связи, особенно в районе основных автомагистралей. М-4, М-5, Кашира. Это ваша территория. Все это знают. На вашей земле завелись отморозки, которые поставили на уши всю Москву. И тем самым вредят вашему же бизнесу. Вряд ли вам это нравится.

– Не нужно мне разжевывать то, что я и сам знаю, – Ворон говорил спокойно, не давая понять, что потерял терпение или интерес. – Давайте к делу. Что вы хотите от меня?

– Все просто. Помогите нам взять этих отморозков. Они действуют на вашей территории, где вы работаете 20 лет и знаете очень многих. Они бьют в том числе и по вам. Избавиться от этой банды в ваших интересах.

Ворон хмыкнул.

– Поэтому взяли Потапа и его людей? Чтобы показать мне, что будет, если я не пойду на это соглашение?

– Потому что у нас есть версия, что ваши люди могут быть связаны с бандой.

– Мои люди здесь не при чем, – помолчав, заявил Ворон. – Они не убивают людей.

– У банды есть люди, которые отвечают за транспорт. Машины меняются при каждом нападении. Банда или сама угоняет машины, или имеет выход на кого-то, у кого можно достать угнанную машину. А на этой территории ваша группа – самая серьезная.