Город воров - Чак Хоган

На парковке всего две машины, обе пустые. Темно-синяя «Тойота Крессида» вползает сюда около десяти утра, останавливается сбоку, рядом с мусорным контейнером. Менеджер запирает автомобиль и под крики охочих до попкорна чаек открывает ключом боковую дверь здания. А ты засекаешь время.

Чайки и вороны — больше никого нет, и только в 11.15 на парковку вкатываются две громыхающие иномарки: обычная команда буднего дня, в основном люди в возрасте, полставочники. Ты засекаешь время.

Первый сеанс сегодня — в 12.20. Если сработать в понедельник ближе к обеду — значит, не придется приглядывать за толпой, никакой местный герой не полезет на рожон и даже, возможно, обойдется почти без свидетелей.

11.29 — белый «Плимут Неон» паркуется возле деревянной ограды у переднего края стоянки. Парень в кроссовках и с убранными в хвост волосами выходит, забирается на крышу своей машины и устраивается там, скрестив ноги. Достает сандвич и йогурт и принимается обедать, любуясь безмятежным парком Синие Холмы.

В 11.32 на парковку вкатывается «жестянка». Ты засекаешь время. Фиксируешь в памяти, но не на бумаге — нельзя оставлять улики, вдруг попадешься.

Бронированный грузовик мерно громыхает на огромных колесах. Ага, это фургон «Пиннакл». Цвета их эмблемы — синий и зеленый.

«Жестянка» подъезжает прямо к входу, паркуется на пожарном проезде у лестницы, ведущей в холл. Фургон стоит на холостом ходу, ты видишь его запертые задние дверцы.

С минуту ничего не происходит.

Затем открывается пассажирская дверца, и охранник-курьер, также известный как посланник или прыгун, выходит, держа руку на поясной кобуре. На нем темно-синяя рубашка с расстегнутым воротом, к одной стороне которого приколото удостоверение. На правом плече пришита эмблема «Пиннакл». Нагрудный карман украшает здоровенный серебристый значок.

Средних лет, полный, но крепкий, подкручивает густые белые пушистые усы. Уверенно идет к задней дверце. Козырек кепки, похожей на полицейскую, надвинут на глаза. Пуленепробиваемого жилета нет. Жилеты стоят больших денег. «Пиннакл» их не выдает и не требует носить.

Ты внимательно следишь за движениями курьера. Запоминаешь порядок действий.

Он дважды стучит в заднюю дверцу. Водитель, сидящий внутри, нажав на кнопку, отпирает ее. Курьер давит на ручку.

Радиосканнер молчит. На частотах «Пиннакл» тишина. Это нормально.

Курьер достает из багажника двухколесную тележку с наклейками «Пиннакл» и ставит ее рядом с широким бампером «жестянки». Снова влезает в фургон и вытаскивает зелено-голубой холщовый мешок с эмблемой «Пиннакл» и длинными ручками.

Это разменные монеты и мелкие купюры для кинотеатра. Ты обращаешь внимание, что мешок небольшой. Курьер ставит его на тележку и захлопывает заднюю дверцу.

Рука усача снова ложится на рукоятку пистолета, он толкает перед собой тележку, везя ее по пандусу для инвалидных колясок, расположенному у лестницы главного входа. Приблизившись к центральным дверям, которые оказались не заперты, курьер открывает их и входит внутрь.

Ты смотришь на часы. 11.35.

Этого не видно, но ты знаешь: вторые двери, отделяющие кассы от входа в фойе, конечно, закрыты, и за ними усача ждет менеджер с ключами.

Любитель йогурта, прикончив обед, откидывается на ветровое стекло, подставив лицо солнцу. На фургон инкассаторов ему плевать. Белый бумажный пакет падает вниз и катится по парковке в сторону пустой машины.

Бронированный фургон ждет — двери заперты, а двигатель работает на холостом ходу.

У фургона четыре двери: со стороны водителя, со стороны пассажира и две задние, а еще с левой стороны предусмотрена маленькая грузовая дверца — сорок один на сорок шесть сантиметров. В багажном отделении есть откидное сиденье, отделенное от салона запирающейся дверью. На этот раз в фургоне сидели только два человека, и это место осталось свободным. Во всех дверях — цилиндровые замки повышенной надежности, они же стоят во внутренних сейфах. Ключ зажигания — самый обычный, но где-то внутри кабины спрятан блокиратор. Или перед запуском двигателя надо проделать ряд действий: например, включить размораживатель, нажать на педаль тормоза, снова включить размораживатель.

Стоит повернуть ключ зажигания — и все двери автоматически запираются. Если отпереть одну из дверей, на торпеде загорится красный огонек, а колеса заблокируются, чтобы фургон не тронулся с места. Кроме того, в каждую дверцу вмонтированы кнопки для ручной блокировки.

Если машину окружат, водитель по инструкции блокирует все дверцы и вызывает подмогу по рации. Двенадцатитонный грузовик — это передвижная крепость, неприступная для внешних атак. Его стальную броню не пробить ничем. Из-за ограничений по весовой нагрузке броня багажника обычно на уровень слабее той, что защищает кабину. Например, багажник может по документам выдерживать выстрелы из автомата Калашникова или автоматической винтовки М14, а кабина — из винтовки М16 с подствольным гранатометом. Самое слабое место багажника, задние двери, все равно почти восемь сантиметров толщиной. Ветровое стекло и стекла в дверцах — из поликарбоната со стеклянным покрытием, не такие толстые, как пуленепробиваемое стекло, но не менее прочные.

На крыше установлены радиомаяк, сирена и система оповещения. В обшивке фургона есть отверстия для винтовок. Тяжелые бамперы разработаны специально для того, чтобы выдерживать таран. Шины размером с тракторные невозможно проколоть. Ходовая часть такая же, как у обычной двухтонной машины, только усиленная, чтобы выдерживать вес в шесть раз больше. Например, дифференциал раза в три тяжелее, чем у обычной машины.

Безопасность и ликвидность ведущей экономической державы ездят в этих фургонах, десятки тысяч таких грузовиков целыми днями носятся по улицам, миллиарды долларов в купюрах и монетах постоянно находятся в пути. Ты прекрасно знаешь и понимаешь, что невозможно напасть на бронированную машину, не повредив ее содержимого. Единственное слабое место «жестянки» — это управляющие ею люди.

В 11.44 курьер выходит на передний пандус, катя впереди себя груженую тележку. В здании он провел девять минут. Ты смотришь на часы.

Курьер подталкивает тележку к задним дверям фургона. На ней три белых холщовых мешка с наличностью. В плоских пластиковых коробках, что уложены под ними, — обернутые бумагой столбики монет. Сверху лежит фирменный зелено-голубой мешок «Пиннакл».

Внутри мешков — инкассаторские пакеты с купюрами и чеками. Эти прозрачные полиэтиленовые пакеты предоставляет «Пиннакл», на каждом — проверочный штрих-код. Большую часть из этих девяти минут усач осматривал пакеты, проверял, нет ли разрывов, на месте ли пломбы, и сравнивал сумму, отпечатанную на ярлыке пакета, с суммой, указанной в декларации менеджера.

Водитель же все девять минут следил за окружающей обстановкой. Зеркала на фургоне специально повернуты так, чтобы видеть задние дверцы, на случай, если нападут с той стороны.

Курьер и водитель постоянно переговариваются по рации. У обоих — маленькие наушники и микрофоны с черными проводками. Водитель внимательно вслушивается в интонацию курьера, улавливая в ней тревожные нотки, и отвечает на его сообщения, например: «Я уже выхожу».

Когда курьер приближается к «жестянке», маленькое параболическое зеркало размером с игральную карту позволяет увидеть любое движение у него за спиной. Тук-тук. Правая задняя дверца открывается. Он тянет ее на себя и проворно загружает белые мешки в багажник. Укладывает тележку и захлопывает дверцу.

Проходит к пассажирской двери. Вынимает из уха наушник. Водитель открывает дверь. Курьер забирается внутрь. 11.46.

Фургон стоит еще четыре минуты, пока водитель перепроверяет депозитные квитанции и вводит штрих-коды в систему отслеживания «Пиннакл».

В это время ты уезжаешь. Инкассаторы на бронированных фургонах очень бдительно следят за хвостами. Хорошо обученный водитель засечет твою двинувшуюся с места машину и запомнит ее цвет и модель.

Съезжаешь на нижнюю часть проезда Грандиозного пейзажа, затем по проезду Форбс попадаешь на парковку «Шератон-Тара». Там ты со своим напарником переходишь в машину для работы и ждешь.

«Жестянка» выкатывается на проезд Форбс и, миновав вас, движется в сторону пассажа. Ты можешь разглядеть, что водитель — чернокожий мужчина лет пятидесяти. Видя, что с парковки «Брейнтри 10» за ним никто не едет, он расслабляется, вливается в поток машин, держится на разумно безопасном расстоянии от других. Ты выезжаешь на дорогу через несколько машин после грузовика.

Салон бронированного фургона просторен, но ничем не замечателен — нечто среднее между полицейским патрульным автомобилем и фурой. В нем слышится лишь усыпляющее жужжание двигателя и редкие фразы по рации, в остальном грузовик звуконепроницаем. Из-за брони и специального стекла инкассаторы чувствуют себя так, будто сидят в вакууме. Для столь приземистого, громоздкого, утяжеленного фургона — в среднем бронированные грузовики потребляют четыре литра топлива на пять-шесть километров — подвеска ведет себя поразительно мягко. Водитель и курьер не чувствуют выбоин на дороге.