Отморозок 6 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович

Время замирает. Ползу по склону. Звуки боя все ближе и ближе. Наконец мы выползаем из скалы и видим внизу метрах в десяти на площадке треногу с пулеметом ДШК и безоткатное орудие, вокруг которого суетятся духи. Всего их на площадке около десятка. Эдик поднимает руку и показывает чтобы приготовили гранаты. По сигналу дружно рвем кольца и бросаем гранаты вниз тут же прячась за гребень. Бам! Бам! Взрывы не заставляют себя долго ждать. Группа высовывается из-за гребня открывая ураганный огонь по уцелевшим врагам. Опорный пост уничтожен, можно продолжать движение дальше.

К рассвету наша группа вышла на хребет по которому проходит граница. Звуки боя доносятся справа и слева, это другие группы пробивают себе дорогу боем уничтожая укрепленные позиции противника. Работает артиллерия. Бой идет полным ходом. Смотрим вниз на расстилающуюся перед глазами долину. Это уже территория Пакистана. Да и мы тоже уже перешли границу и занимаем удобную высоту. Контраст разителен. За спиной у нас средневековье, горные кишлаки, мазанки освещаемые допотопными свечками, сложенные из камней заборы и башни. А в долине горит свет, садятся самолеты в расположенном неподалеку аэропорту, по дорогам ездят не скрываясь машины с включёнными фарами. Вдруг, кажется под самым ухом раздалось заунывное пение муэдзинна, призывающего правоверных на утренний намаз. Я аж вздрогнул. Как оказалось, это донесся звук из громкоговорителя стоящей на десяток километров от нас мечети. В горах звуки разносятся далеко. Майор дал команду укрепиться на занятой высоте. Наша задача не дать подойти подкреплениям к уничтожаемым на нашей стороне «духам».

Лежим, загораем. Яркое весеннее солнышко поднимается выше и выше. Наша группа из двадцати бойцов заняла удобные позиции укрепив их натасканными отовсюду камнями. Раздается сигнал дозорного. Кто-то идет по тропе со стороны Пакистана. Майор отдает приказ затаиться. Ждем. Через расщелины в камнях укрывающих выбранную позицию, вижу группу «духов»: около полусотни расслабленно поднимающихся вверх по тропе хорошо вооруженных, смуглых и жилистых мужчин. Находясь на стороне Пакистана они вообще ничего не опасаются. Головного дозора нет, оружие у кого на плече у кого за спиной. Ну просто образец беспечности. Каждый из засевших на склоне бойцов берет свою цель на прицел. Секторы стрельбы у всех распределены заранее, ждем только команды. Майор медлит, дает «духам» подойти ближе. Удар камнем по скале разносится по всей округе. По этому сигналу открываем ураганный огонь. «Духи» от неожиданности бестолково мечутся по тропе, но все же соображают залечь и дать ответку.

В первый момент боя нам удалось завалить порядка двадцати «духов». Остальные залегли. Пока идет вялая перестрелка. Такими силами оставшимся моджахедам нас с позиции не сбить. Нам сверху тропа видна как на ладони, а нас за камнями так просто не достанешь. Скорее всего духи уже вызвали подкрепление, так что скоро здесь будет очень жарко.

Точно. Примерно через час видим пылящие по дороге в нашу сторону грузовики. До них километров пять. Видим как из грузовиков выпрыгивают маленькие фигурки и начинают движение в нашу сторону. Да их много, порядка двух сотен. Майор выходит на частоту артиллеристов приданного нам гаубичного дивизиона. Дает координаты цели. Через некоторое время, среди фигурок идущих в нашу сторону вспухают фонтаны взрывов. Иванов корректирует огонь, давая необходимые поправки, но духи растянувшись упрямо двигаются вперед.

Артиллерия неплохо проредила порядки наступающих, но все же основная часть подошла на помощь залегшим моджахедам. Объединенные силы пошли на штурм. Плотность огня на нашем участке сейчас просто зашкаливает. По нам бьют минометы и крупнокалиберные пулеметы. Хорошо, что было время укрепиться и подготовить запасные позиции. Наш минометный расчет успешно огрызается, но этого мало. По скалам, где я оборудовал позицию, уже прилетело пару мин, но меня слава богу не задело. Высунуться из-за камней нет никакой возможности. Вверху просто ад. И еще работают снайпера. Двоих наших уже достали. Вытаскиваю автомат из-за камней и, не высовывая головы, стреляю веером, чтобы не дать подобраться «духам» ближе. Шерхан, в пяти метрах от меня действует так же. Беса ранило в плечо, но он перевязался и держится, не покидая позиции.

— Отморозок, справа на два часа! — Надрываясь орет Шерхан.

Кидаю взгляд и вижу метрах в пятидесяти «духа» с трубой, наводящегося на мою позицию. Если успеет выстрелить мне крышка. Доворачиваю ствол и на вскидку бью, молясь про себя чтобы «дух» не успел. Повезло. Я срезал его раньше. Однако меня здесь уже заметили, и теперь дело времени, пока сюда что-то не прилетит. Нужно переходить на оборудованную запасную позицию. Ползу вжимаясь в скальный грунт и сбивая локти о камни. Сверху меня осыпает каменной крошкой от пуль дробящих скалу. Кто там интересно такой умный, зараза?

Через час противник занял соседнюю высоту, откуда по нам начинает гвоздить крупнокалиберный пулемет. Дело становится совсем плохим. Боекомплект подходит к концу. Иванов, запросив разрешение, подает приказ на отступление. Но теперь уйти назад будет непросто. Пулемет с соседней высоты отрезает нам путь, нужно умудриться проскочить открытое пространство без укрытий, чтобы уйти из зоны поражения на следующую высоту. Мы с Эдиком, переглянувшись, подхватываем Беса который ослаб от потери крови и бегом несемся по равнине. Пули выбивают крошку из камней прямо рядом. Шерхан сзади, набегу открывает непрерывный огонь в сторону сопки с пулеметом. Нам нужно уйти раньше чем «духи», которых мы держали несколько часов, займут нашу высоту и ударят в спину.

Несемся с максимально возможной скоростью, буквально волоча за собой теряющего силы Беса. В глазах темнеет. Падаем за огромный валун, пережидая огонь и чтобы отдышаться. Вроде чуть притихло. Подхватываемся и снова бежим. Шерхан все также прикрывает нас огнем. Он мог бы давно добежать до спасительных скал впереди, но упрямо двигается сзади, отвлекая огонь на себя. Наконец, добегаем до следующего большого валуна и буквально падаем за ним. Из горла вырывается хрип. От напряжения и усталости в глазах плавают мухи, а легкие работают как кузнечные меха. Через несколько секунд видим прихрамывающего Шерхана, который кое как ковыляет к нам, за ним тянется кровавый след. Как по команде вскакиваем с Эдиком и хреначим в два ствола по суке пулеметчику, чтобы не дать ему добить Шерхана. Это помогает, огонь ослабевает, и наш товарищ добирается под спасительную защиту скал.

По высоте которую мы занимали буквально десять минут назад начинают бить наши гаубицы. Майор вызвал огонь, чтобы проредить духов, которые уже занимают наши бывшие позиции, иначе они сразу сядут нам на хвост и с ранеными, которых у нас дохрена, уйти будет невозможно.

Фигурки в серых халатах, не взирая на огонь, упрямо лезут наверх занимая наши бывшие позиции. Черт, сколько же их? Надо уходить глубже в горы. Я волоку Беса, а Эдик помогает ковылять раненному Шерхану. Так мы далеко не уйдем. Настигнут. Слышим гул вертолетов. Над нами зависли наши «крокодилы» заполняя долину гулом двигателей. Застываем глядя с надеждой на МИ-24. Чего же они медлят? Формально высота, которую сейчас занимают духи, находится на пакистанской территории. Открывать по ней огонь нельзя. Будет крупный международный скандал. Наш выход на территорию сопредельной страны можно объяснить дракой духов между собой, ведь мы не оставили там никого, кого можно было бы привязать к Союзу. А вот наши вертушки уже фиксируются техническими средствами. Но если они не собьют духов с высоты, нам не пройти дальше. Сейчас мы в укрытии за скалами, но впереди, до спасительных гор, лежит простреливаемое свободное пространство, которое нам просто не дадут пройти. Выкосят всех.

— Пацаны, 002-й на связи, отработайте высоту с «духами»! — Надрываясь охрипшим голосом, орет в микрофон майор. — У меня тут полно раненых. Иначе не уйдем.

— Нельзя! — Слышится в ответ — Не имеем права. Госграница.