Рисковое Дело - К. Джетер

– А дальше что? – уныло поинтересовался Денгар, тыча пальцем в изображение на радаре. – Ну, уйдем мы в гиперпространство, как они будут нас преследовать?

– Легко, зная место назначения. Перед прыжком выйдете на связь с минимумом кодирования. Определите точку встречи. Мы не услышим, крейсер услышит. Вы уходите в прыжок, они следом. Пока бегаете от них, я вернусь с Татуина, Затем потеряем крейсер.

– От крейсера Куата долго не побегаешь. Я не сумею. Не проще ли прыгнуть к Оранессану, а как только туда заявятся бравые парни с Куата, сигануть в другую точку встречи, а? Так мы наверняка их потеряем, причем сразу же, без проволочек.

– На время, за которое служба безопасности опросит своих информаторов. Они выяснят, где вы меня ждете. Вдруг я задержусь на Татуине, и у вас та же проблема: бегать от крейсера. В системе Оранессан это хоть легко делать, – Боба Фетт коротко, резко взмахнул раскрытой ладонью. – Не вечно, но долю. Только не надо им попадаться. Дадите нам шанс без помех добраться до Татуина.

– УМНО, – саботажник причмокнул, кивая в знак одобрения. – Люблю обеспеченную ставку.

– О, и я одобряю, – Бланкавизо опять вскарабкался на металлический насест. – Вы уведете за собой крейсер, и никто не станет обстреливать меня из лазерной пушки. Как мне нравится твое предложение!

– И у тебя не будет соблазна предать нас, – Боба Фетт указал на шлюз. – Хватит болтать, полетели.

Когда через несколько минут Денгар и Ниелах вернулись на <Гончую>, они успели увидеть через иллюминатор рубки, как убыл небольшой модифицированный <охотник> Н'дру Сухлака. Крейсер корпорации закрывал брюхастый фрахтовик сборшика-арахноида. Голубоватое свечение дюз Зет-95 быстро затерялось среди звезд.

– Ну держись, – Денгар уселся за пульт и взялся за рычаги. – Я тоже не хочу тут задерживаться…

Ниелах села в углу; внезапное ускорение вжало ее спиной и затылком в металлическую переборку. Второй рывок – когда сработал один из маневровых двигателей, – отбросил девчонку к люку.

– Ты что творишь?! – Ниелах впилась ногтями в обивку пилотского кресла, чтобы снова не потерять равновесие. – Ты же летишь прямо на крейсер!

За лобовым иллюминатором беззвучно рвались последние уцелевшие волокна.

– Если запланирована погоня, – процедил сквозь зубы кореллианин, – я должен быть уверен, что привлек внимание дядей с большими пушками.

Сумма скоростей пожрала расстояние между двумя кораблями; в самую последнюю секунду, когда крейсер привел в действие носовое орудие, стареющий кореллианин показал класс. <Гончая> завалилась набок, разминувшись с будущим преследователем, как показалось Ниелах, в нескольких метрах. Промелькнул ионный выхлоп основных дюз. Денгар выжимал из двигателей максимальную мощность, загоняя корабль в пустоту, где, кроме далеких звезд, ничего не было. Справляться с предназначенным для трандошанов управлением было несподручно, но кореллианин все же отыскал время и вывел на один из мониторов изображение с кормовых сенсоров. Там висел вдалеке целехонький фрахтовичок и гораздо ближе, чем хотелось бы, разворачивался крейсер верфей Куата.

– Чудесно, – Денгар попридержал немного корабль. – Теперь нужно заморочить ребяткам голову.

Ниелах смотрела, как он возился с передатчиком, слушала, как он передает давно сбежавшему <охотнику за головами> координаты будущей встречи.

– Ну, вот и ладушки, – Денгар развалился в кресле, закинув руки за голову.

– Ты уверен? – несмотря на сумасшедшие маневры <Гончей>, Ниелах устояла на ногах; сейчас она наклонилась к самому уху пилота. – Ты бы остановился на секунду и поразмыслил, а что произойдет, когда мы доберемся до системы Оранессан? А что, если Фетт не вернется? Я так понимаю, что от нас требуется какое-то время болтаться там в ожидании. Прекраснейшая возможность службе безопасности ВК поймать нас и рассортировать на детали.

Денгар приуныл.

– Ты права… об этом я не подумал.

– Здорово! – Ниелах выпрямилась. – Боба Фетт, между прочим, свободен в своих действиях, это за нами гонятся с тяжелой артиллерией наперевес. А у него все складывается на редкость удачно. Даже если с ним что-то случится, нам будет гораздо хуже. А что, если Фетт опять решит сменить планы?

– Не каркай…

Денгара неприятно поразили слова Ниелах.

– Наверное, – медленно выговорил кореллианин, который, несомненно, думал о крейсере, направлявшемся в ту же сторону, что и <Гончая>, – наверное, мы все узнаем на месте.

13

– Разумеется, – произнес аурек-прораб инженерных верфей планеты Куат, – мы преданы вам лично. Даже в большей степени, чем самой корпорации.

– Для меня это многое значит.

Тем не менее заявление не удивило Куата с Куата. Инженер покинул свой рабочий кабинет в личных апартаментах, куда обычно вызывал одного за другим руководителей различных команд. На этот раз – возможно, последний, – Куат предпочел встретиться с ними здесь, среди доков и стапелей, в истинном сердце вверенной ему корпорации. Именно в таком месте приятно выслушать признание, что кто-то еще испытывает чувство верности, равное его собственному.

– Но не забывайте, – продолжал Куат с Куата, – что преданность мне все равно что преданность верфям Я бы не попросил от вас ничего, что было бы не в интересах корпорации. И все мы в поте лица трудимся ради нее.

Здесь собралась почти сотня мужчин и женщин, представители всех подразделений корпорации, и все они смотрели на инженера с одинаковым искренним пониманием. Все они не хуже Куата знали о всех врагах, ополчившихся на их верфи, жадных и амбициозных, готовых проглотить корпорацию целиком, поработить ее, сделать частью более крупной структуры, которую другие называют Империей. Палпатин и все его подданные, ни словом не прекословящие его ненасытной воле, от самого Дарта Вейдера до последнего адмирала на флоте, даже мысли не допускают, что кто-то остается независимым, будь то один-единственный мятежник из Альянса или могущественная корпорация. Верные работники верфей, которые стояли перед Куатом, знали, что им ничего не остается, лишь сопротивляться изо всех сил, физических и духовных, либо их раздавит в кулаке Императора, как уже сокрушило и более влиятельные и богатые миры.

Вперед вышел один из самых пожилых беш-контролеров, Куат узнал его, руководителя группы, отвечающей за каркасы огромных кораблей на стапелях верфей. Старик работал еще во времена отца нынешнего инженера, но тогда он управлял одним из грузовых кранов – каждый по длине и мощи мог сравниться с имперским <звездным разрушителем>. Силуэт одного из них был виден на фоне звездного неба, если запрокинуть голову к прозрачным световым панелям потолка.

– Вы хорошо руководили нашей корпорацией, Куат, – произнес беш-контролер; несмотря на седину, старик был крепок и телом, если судить по могучей мускулатуре, и духом, судя по острому, точно бритва, взгляду утонувших в морщинах глаз. – Вы не сдавались во времена, куда более сложные и тяжелые, чем выпадали любому из ваших предшественников. Вы доказали, что вы – достойный наследник главы верфей планеты Куат.

За его спиной раздался одобрительный говорок.

– Так, может, ваше намерение – стать последним руководителем, которого видела корпорация? – старик прищурился. – Может, вы желаете удостовериться, что у верфей Куата никогда не будет руководителя, который затмил бы вас величием?

– Это не так, – сказал Куат с Куата; собравшиеся погрузились в молчание, чтобы расслышать каждое из негромко произнесенных слов. – Но если таковым окажется мой долг, я не отступлю.

Могучий старик неторопливо склонил беловолосую голову.

– Прекрасный ответ, Куат. И достойное решение. Я слышал, что на нашей планете существует много таких….

Как большинство работников верфей, беш-контролер всю свою жизнь провел в орбитальных доках, на стапелях и спальном комплексе.

– … И на планетах далеко отсюда, таких, кто считает, будто из-за нашей работы, нашей жизни среди строящихся кораблей, сердца наши холодны и точны, как машины. Пусть так. Возможно, эти существа говорят правду. Но в таком случае выслушайте мнение живых машин, которые вы видите перед собой.

Старик обвел работников верфей широким жестом.

– Вот наше мнение… если вы принимаете свой долг, каким болезненным он ни был, то и мы принимаем свой.

На этот раз голоса были громче, но порыв все равно единый.

Куат отвернулся от подчиненных к ряду транспаристиловых панелей в стене зала. Отсюда вид на стапеля был лучше, чем из кабинета высоко над всем комплексом. На звездной россыпи выстраивался завершенный боевой флот, над кораблями поднимались краны, как будто оберегая их от рук, которые осквернят их красоту и могущество. И пусть сердце инженера было холодно и работало, словно машина, сейчас оно сжималось в груди. Не важно, что произойдет, не важно, ждет ли верфи мрачная судьба, то, что уже сделано, останется жить. Мы их построили, думал Куат, разглядывая корабли. До того как они стали принадлежать другим, они были нашими. Инженер кивнул своим мыслям. Ему решать, что станется с ними.