Метель, или Барыня-попаданка. В вихре времени - Наталья Алексеевна Добровольская

от сабли, но от него шла такая сильная мужская энергетика, такая харизма, что все эти недостатки забывались. Давно учительница не видела такой силы и страсти в мужчине, так что и ее голова немного пошла кругом.

Он ее очень сильно заинтересовал, на его фоне все остальные кавалеры сразу померкли. Но Наталья не могла так просто подойти к нему, по правилам этикета того времени мужчина должен быть представлен даме, вот она и ждала, когда тот подойдет к ней. Наконец военный ожил и решительным шагом отправился куда-то в сторону, а затем приблизился к ней с их общим с Машей знакомым. Алексей Сергеевич и представил его:

– Уважаемая Наталья Алексеевна, сударыня! Позвольте по-дружески представить вам его сиятельство графа Александра Николаевича Ростовского, полковника восьмого Лубенского гусарского полка!

Теперь уже Наталья мысленно подбирала свою челюсть – мало того что имя-отчество совпадало с именем-отчеством ее бывшего мужа, так и фамилия героя была непростая, почти литературная, да еще и гусар вашим сиятельством оказался и «настоящим полковником»!

В сознании женщины сразу зазвучала эта веселая фраза, пропетая голосом Аллы Пугачевой, и она невольно улыбнулась ему доброжелательно, протянув руку для поцелуя. Стараясь немного расшевелить гусара, необычно скованного, она стала говорить о каких-то пустяках, и он немного разошелся, вошел в привычный образ лихого кавалера.

Но Наталье так и казалось, что он сейчас скажет что-то в стиле героя Михаила Казакова: «Я старый солдат и не знаю слов любви!», что также заставляло ее улыбаться, но пока, конечно, этого не происходило.

Слава богу, их отвлекли, да и Наталье важно было представиться новым гостям или поздороваться с уже знакомыми местными государственными чинами и их женами. Такие знакомства были очень нужны для претворения ее идей, да и важно было, чтобы все видели привычную барыню и ничего не заподозрили.

Все эти кавалеры и дамы в основном были выше по положению, чем барыня. Дворян в губернии было много, но они каждый или каждая имели свою ступень в иерархии, свою нишу, и эта ступень зависела от чина или должности, которую занимал мужчина, а женщина считалась по чину мужа или отца, если она была незамужней.

Недаром слово «мужчина» в то время расшифровывали как «муж и чин», и последняя составляющая была очень важна для положения в обществе. Все чины и их классы были зафиксированы в Табели о рангах, подниматься по ее ступеньках без связей и протекции было очень трудно, рост шел медленно и не всегда справедливо. Нередко хороших трудяг обходили в чинах более пронырливые деятели, вовремя оказавшие нужные услуги важному лицу.

Женщина опять поражалась, как неизменны обстоятельства и люди, все, как и в будущем. Она по мужу, а Маша по отцу – всего лишь капитанши, то есть это девятый класс по Табели о рангах, что отнюдь не было таким уж высоким. Жены майоров, подполковников, даже гвардейских капитанов – выше по положению ее и Маши. К слову, предводитель дворянства, который давал бал, был в чине статского советника пятого класса, и его жена тоже считалась статской советницей, то есть они оба стояли выше ее с Машей, и на много.

Это на современных раутах все равны, хотя и сейчас «некоторые животные равней других», а в то время дворяне очень различались по положению и статусу, и чины при этом играли огромную роль. Поэтому то внимание, какое оказал Наталье граф, которое не ускользнуло от взглядов окружающих, было не только неожиданно, но лестно и выгодно для нее и барыни.

Наконец все успокоились, и начались танцы. Танцы нашего двадцать первого века и танцы века девятнадцатого – это, как говорят, «две большие разницы».

Все танцы были парными, человека, танцующего в одиночку, самого по себе, просто нельзя было увидеть. У дам была специальная книжечка-карне, в которой они записывали, в какой последовательности и с кем танцуют. Отказать кому-либо без причины считалось верхом оскорбления.

Начинался бал торжественным полонезом, танцем-шествием, в котором должны были принять участие все приглашенные, даже если потом они весь вечер и всю ночь просиживали за карточными столами. Пришлось встать в пару и Наталье с тем же соседом, с благосклонного согласия Верочки, которую выбрал еще один из гостей, бывший на приеме у них. Машенька встала с каким-то молодым гусаром в той же форме, что и у его начальника, но явно ниже по рангу и статусу, и пары состоялись.

Чтобы понять особенности полонеза, предлагаем включить ваше воображение и вспомнить начало бала в фильме «Война и мир», там как раз показан полонез. Представьте себе большой, богато украшенный зал, по сторонам которого стоят все присутствующие. Середина помещения пуста, но ненадолго. Звучит торжественная музыка, и процессия начинается. Мужчины и женщины парами выходят в зал, медленно продвигаются по нему, все время ориентируясь на первую пару. Именно она задает характер танца.

Такой первую пару составляют хозяин с «наипочетнейшей» гостьей, в данном случае предводитель выбрал какую-то важную даму, видимо, высокого положения в обществе. Во второй паре шли дама в возрасте, скорее всего, как раз мачеха Екатерины Антоновны – Александра Ильинична, и граф, как «наипочетнейший» гость данного бала. Была она одета, как говорится, «дорохо-бохато», но безвкусно, и очень напоминала незабвенную Фаину Георгиевну Раневскую, как раз в роли мачехи в любимом фильме-сказке «Золушка». Так и казалось, что она сейчас скажет: «Эх, королевство, пардон, уезд маловат, разгуляться негде!», и Наталья невольно усмехнулась, глядя на нее. Кстати, можно и эту сказку напечатать, как раз все герои перед глазами.

Но вот полонез начался! Наталье важно было не сбиться с ритма, не растеряться, поэтому она первое время была напряжена и смотрела не столько на других, сколько себе под ноги, старалась делать то же, что и окружающие. Но танец был достаточно спокойный, плавный, и она быстро вошла во вкус его неторопливого течения. Но вот шествие, полное грациозности и достоинства, закончилось. Танцующие перешли к исполнению следующих фигур.

Партнеры кружились вокруг своих дам, затем на время расходились и менялись парами. На некоторое время танец соединил женщину с графом, но потом вновь развел. После этого все пары выстроились в линию и подняли сцепленные руки вверх. Образовался своеобразный тоннель, сквозь который проходила сначала первая пара, затем вторая, что напомнило учительнице всем знакомую детскую игру в «ручеек» и заставило легко улыбнуться – ей начинало все это нравиться!

Но что же делает полонез таким особенным и