Метель, или Барыня-попаданка. В вихре времени - Наталья Алексеевна Добровольская

Вечером Наталья засиделась с Верочкой за чаем и дружеской беседой. Ей было важно узнать все о предводителе дворянства – Александре Васильевиче Вакселе и его семье. Оказалось, что она обратилась по адресу – Верочка знала всё и обо всех и была рада немного просветить «провинциальную подругу», и говорила, говорила, говорила!!!

Наталье оставалось только поддакивать, кивать и все запоминать. Вот рассказ-монолог Веры, лишь изредка прерываемый репликами Натальи.

– После праздника хотели мы с Алексеем Сергеевичем в Москву съездить, Анечку вывезти в Благородное собрание. Там возможностей сделать хорошую партию поболее будет. У нас в уезде богатых женихов-то немного отыщется.

Верочка налила себе и подруге чаю и отхлебнула глоточек. Услышав про Благородное собрание и Москву, в памяти учительницы мелькнуло что-то знакомое:

 Ее привозят и в Собранье.Там теснота, волненье, жар,Музыки грохот, свеч блистанье,Мельканье, вихорь быстрых пар.  

И далее:

 А глаз меж тем с нее не сводитКакой-то важный генерал.Друг другу тетушки мигнулиИ локтем Таню враз толкнули…  

Ну, точно! Именно в московское Благородное собрание Александр Сергеевич Пушкин «вывозит» свою героиню Татьяну Ларину, там ее и замечает будущий муж – «важный генерал». Надо взять на заметку рассказ Верочки, может, и Машеньку придется везти на эту «ярмарку невест» в поисках достойного жениха.

– И Елизавета Николаевна, подруга моя, желала об этом для дочки своей, – продолжала Верочка.

– Ты же помнишь Лизоньку, успокой Господь ее душу? Так она мечтала, что мы наших девочек, она Катеньку, а я Анечку, вместе вывезем в Москву… А не случилось. Умерла Лиза, когда Катюше и семи лет не исполнилось. Такой же сироткой росла, как твоя Машенька. Уж прости, душенька, что напомнила!

– Ничего страшного, рассказывай, – сказала Наталья, делая тоже глоток чая из красивой чашечки.

А Верочка продолжала:

– Только Машеньку ты как родную растила, а Катюша сиротскую долю сполна познала. Отец то ее женился после смерти Лизоньки быстро, а уж Александра Ильинична, мачеха Катеньки, ох, и сурова. По своему характеру она в девках-то засиделась. Только в тридцать семь лет замуж вышла, а в тридцать восемь лет сына родила, Илью. А как только Катеньке исполнилось шестнадцать лет, так сразу жениха стала искать.

Наталья с Верочкой одновременно отпили чай и улыбнулись друг другу.

– Нет, наш Александр Васильевич, предводитель дворянства, достойный человек, не зря его второй раз избрали, но не такого жениха для своей дочери Елизавета Николаевна желала. Катенька же по матери княжеского рода, да и по отцу древнего шляхетского.

– А дед Александра Васильевича – Свен Ваксель – из шведского подданства, поступил на русскую службу, был моряком еще при Петре Великом. Это его сыну, Василию Свеновичу, отцу нашего предводителя дворянства, матушка-императрица Екатерина Алексеевна дворянство пожаловала, да земли в нашем Дорогобужском уезде. В одной из своих деревень – Заселье – такое имение богатое построил, с парком, оранжереей. Вот женитьбой на Катеньке Александр Васильевич положение-то и упрочил.

– Екатерина Антоновна, как теперь ее все величают, хоть и стала женой предводителя дворянства, но на всех балах и собраниях заправляет ее мачеха – Александра Ильинична. Александр Васильевич не вмешивается. В строгости жену держит. Завтра увидишь сей курьез – первая дама – не жена предводителя, а ее мачеха, теща Александра Васильевича.

Верочка наконец решительно отодвинула чашечку и встала:

– Ну, заболтала ты меня (ага, кто кого!), пора и спать!

И они разошлись по комнатам. Наталья была очень довольна разговором – «кто владеет информацией – владеет миром!», а ее двойник про все это как-то не рассказала, считая само собой разумеющимися все эти подробности.

А на следующий день начались сборы непосредственно на главный бал и, как всегда, не хватало еще полчаса, чтобы все было безукоризненно. Перечитайте сцену подготовки к балу Наташи Ростовой или вспомните свои хлопоты по подготовке к большому празднику-корпоративу – и вы все поймете!

Все выбивались из сил, что-то поправляя, дошивая платья, а наши горничные еще и срочно делали прически. Дамы решили сделать их самыми традиционными – у Маши волосы были разделены на пробор и уложены в локоны, Наталья же решила сделать пышную шишку, обвязав ее легким шарфом, концы которого скрепила камеей и перекинула на плечи. Получилось достаточно просто, но красиво. Было важно привлечь внимание к одежде, украшениям, а также к обуви.

Волновались Наталья с Машей, как две Наташи Ростовых перед своим первым балом. Для Маши это и вправду был хоть и не первый, но ответственный выезд в большой свет, а для Натальи экзамен – как она сможет правильно и адекватно вести себя в новой незнакомой обстановке, как примут местные дамы наряды. Ведь хотя и здесь, в провинции, стиль ампир уже был распространен, вспомните хотя бы «Гусарскую балладу», где все девушки были одеты как раз в такие платья. А вот жемчуг, не привычный, мелкий речной, который тогда был очень популярен, и которым украшались даже седла, а ровный, крупный и более яркий, а также красивые палантины и шарфы, да и камея были еще в новинку.

Но Наталья решила кивать на Полетт, у которой, как оказалось, были журналы самых модных французских нарядов! Пусть теперь ее бывшая хозяйка покусает локти, ведь из-за похотливого поведения мужа она потеряла такую прекрасную возможность блеснуть новинками моды, да и замечательную работницу теперь не вернешь!

И вот они вышли из дома и подошли к возку. Он был хорошо отмыт и украшен, Степан наряжен в чистую одежду. В новой шапке набекрень он производил довольно лихое зрелище. Горничные тоже были нарядными, на их плечах лежали новые платочки, которыми они решили похвастаться перед другими слугами. Короче, все сияли и волновались. Рядом стояла карета знакомых, которые тоже медленно и плавно вышли из дома и уселись в нее. Можно было отправляться!

Если бы не двойник, Наталья бы переживала ситуацию сильнее, но надеялась, что остатки мышечной памяти барыни помогут избежать многих ошибок в правилах этикета и поведения в свете, которые Наталья просто не знала. «Дорогая, не подведи меня, а я уж тебя не подведу», – обратилась она мысленно к своему двойнику и получила мысленный же ответ: «Не переживай, все будет хорошо!»

Дом предводителя дворянства, к которому подъехали, был ярко освещен многочисленными плошками с жиром, которые нещадно чадили, но тем не менее создавали достаточно яркий