Мечты о нас - Кази Иви

– И Кайл так просто тебя отпустил? – поддразнивает Хэйли.

– Нет, – самодовольно отвечает Пенни. – Но я не захотела принимать его обратно.

– Злая девчонка. – Хэйли толкает локтем Пенни, и та заливается смехом, искренним и беззаботным, которого я уже давно не слышала от нее.

– Спасибо, что подвезла.

Я открываю дверь, но не спешу выходит из машины Пенни.

– Не помню, говорила ли, но я рада, что ты опять со мной.

– Я тоже, – Пенни застенчиво улыбается.

Зависает неловкое молчание. Я собираюсь с силами, чтобы задать вопрос, давно вертевшийся на языке. Момент вроде не очень подходящий, но для некоторых вещей никогда не бывает подходящих моментов.

– Что сказал твой отец, когда ты рассталась с Кайлом?

Пенни слегка морщит нос и и прислоняется к двери.

– Он принял этот факт, но ты же его знаешь. Целыми днями он взывал к моей совести. Что Кайл еще молод и ему нужно время, чтобы повзрослеть, и что я должна думать о своем будущем. Меня бесит, что отец хотел завещать свою фирму Кайлу и ни на секунду не допускает мысли, что я могла бы управлять ею. Я все же на факультете делового администрирования учусь. И баллы у меня высшие. Просто… – Она прикусывает губу, проглотив конец предложения.

– Просто несправедливо отдавать компанию мужчине, – помогаю я, – примитивному придурку.

– Спасибо! – Она решительно приглаживает волосы. – По твоим аллитерациям я тоже скучала.

– Знаю, тебе неприятно это слышать, но я рада, что ты рассталась с Кайлом, – признаюсь я. – Мне было тяжело видеть вас вместе. До него ты не была такой…

Она смотрит на меня выжидательно, пока я подбираю слова.

– Как будто из тебя высосали всю радость жизни. Ты была как злобный загнанный зомби.

Она прикусывает губу и кивает. Некоторое время в задумчивости смотрит в лобовое стекло. Потом поводит плечами, словно стряхивая что-то.

– Есть же пословица: скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. Наверное, есть в ней доля правды. Кем я только не была рядом с Кайлом, но определенно не самым лучшим человеком. И не самой собой точно. И я действительно сожалею о том, что сказала о Дрю и Бо. Ой, секундочку, я кое-что вспомнила.

Она перегибается через спинку, чтобы дотянуться до сумки на заднем сиденье. Достав радужный флайер, она держит его так, будто боится, что он цапнет ее за длинные пальцы.

– Не знаю, видел ли Бо, но в кампусе рядом с кафе расположился стенд «Сейнтс Ту». Несколько участников поймали Джошуа и настаивали, чтобы он пришел на ЛГБТ-встречу. Чего, вероятно, не случится. Но, может, Бо заинтересует. Мы обе знаем, как эта неприятная история его грызет. Может, ему станет легче, если он поговорит с людьми, оказавшимися в подобной ситуации. Бо из тех, кто уже несколько лет держит в руках «Ореховую чашку». Вечерами сидит с друзьями у озера. Пятницы и субботы веселится на вечеринках и, несмотря на это, утром в воскресенье готовит на всех блинчики. И если старые друзья отвернулись от него, тогда тем более ему нужны новые.

Я беру флайер в руки.

– Спрячь получше, чтобы отец не увидел, – советует Пенни. – Если только Бо уже не поговорил с ним?

– Нет. Думаю, он просто хочет в один день привести домой человека и поставить папу перед свершившимся фактом.

По крайней мере, это то, что я предполагаю. Кажется, он еще не готов к разговору, так что и я оставлю его в покое. Но я тронута тем, что Пенни хочет восстановить отношения с Бо, с которым столько лет знакома.

Я предполагаю, что Бо и папа еще не вернулись, потому что не обнаруживаю их машин перед домом. Тем больше удивляюсь, когда вижу Бо на диване. Голова на подлокотнике, раскрытый учебник на животе, в ушах наушники, из которых едва слышна музыка. Кажется, он спит. Я его не трогаю.

Вечером ужинаем все вместе. Когда папа наконец удаляется в кабинет, я хватаю костыли и быстро, как могу, ковыляю к Бо в комнату. Без стука я вхожу и закрываю за собой дверь.

Бо, скрестив ноги, сидит на кровати между ноутбуком и ворохом конспектов.

– Не помешаю?

Бо захлопывает ноут и собирает бумаги.

– Могла бы и постучать. А вдруг я тут порно смотрю?

– Тогда бы я, совсем не смущаясь, повторила бы тебе лекцию о мастурбации, которую папа провел с нами в пятнадцать лет. Видишь ли, Бо, у людей есть естественные потребности, – передразниваю папин тон.

– Спасибо за напоминание. Уже отбила всякую охоту, впрочем, как и лекции Хадженса. – И бросает конспекты на ноут. – Более чем уверен, что он блестящий врач, но его лекции ужасны. Чтобы я делал без Хэйли. С нетерпением сучу копытами, чтобы прослушать следующий курс.

Я с некоторым трудом сажусь на краешек кровати.

– А что с твоей машиной? – спрашиваю я вскользь.

– Продал, – так же беззаботно отвечает он и игнорирует мои выпученные глаза. – Там что-то сломалось, а ремонтировать не имеет смысла.

Опять не повезло, что довольно типично для нашей семьи. У нас никогда ничего не идет гладко. Если машина не испустит дух сразу после покупки, то зачем вообще ее покупать? Стоп. Он нас возил на сломанной машине? И какая такая важная часть сломалась, что мы без проблем доехали до озера? Никаких подозрительных шумов или тревожных сигналов я не помню.

– Так что на следующей неделе катаемся на папе или на автобусе. Как всегда, гламурненько. Что думаешь, может, закатим вечеринку по случаю дня рождения в выходные, до начала семестра?

В рассеянности я хочу кивнуть, но боль в шее останавливает меня. Новый учебный год. Год без чирлидинга. Без тренировок. Без команды. Чудесненько. Но у меня нет другого выбора.

– Я вообще-то пришла сказать… – меняю тему, чтобы опять не впасть в уныние.

Вытаскиваю из кармана джинсов флайер и с опаской кладу поверх конспектов.

– Пенни передала тебе. Она думает, что, возможно, тебе захочется сходить на эту встречу. Я могу пойти с тобой, если хочешь.

Бо не берет флайер, но чешет лоб.

– Пенни, – вздыхает он. – В кампусе и так много сплетничают обо мне. Если я заявлюсь на эту встречу, папа точно узнает.

– Я понимаю. Я же говорю – если захочешь.

– Хорошо, – коротко отвечает он. – Папа боится, что люди будут говорить. Я откроюсь перед ним, как только сочту нужным.

Мне хочется убедить Бо поговорить с папой как можно быстрее, чтобы не усложнять жизнь излишними секретами, но я в какой-то степени понимаю эту позицию и уважаю его решение.

– Если хочешь поговорить о Джошуа, я всегда рядом. Я знаю, как он себя повел. Но я также знаю, что ты для него значишь. Но он сильно рискует, если откроется.

– Я знаю! – со злой покорностью стонет Бо. – И что люди скажут, когда обнаружат, что у футболиста роман с сыном физиотерапевта?

Я делаю глубокий вдох и задаю вопрос, который уже давно надо было задать:

– Ты его любишь?

По Джошуа сразу видно, как он относится к Бо. Бо до сих пор не раскрыл карты. Даже мне.

– Без понятия, – признается он.

– Как это без понятия? – недоумеваю я.

– Потому что это сложно, Джулс. – Бо вздыхает. – Если бы ты спросила год назад, в тот вечер, наверное, я бы сказал, что верю в любовь с первого взгляда. Но Джош оскорбил меня, унизил. Пусть даже чтобы оправдаться в глазах других, но он меня обидел. И все же я переспал с ним на его дне рождения. Не знаю, почему так получилось, почему я все время уступаю ему. Так что или я люблю его, или глубоко внутри у меня есть потребность причинить себе боль.

– Так вы… так между вами… что-то продолжается? – весьма красноречиво лепечу я.

– Да. Нет. Без понятия… Я старался, чтобы он почувствовал себя хорошо. В благодарность он заверил, что такого больше не повторится. Так что мои чувства к Джошу несколько… двойственны.

Великолепно! Вот и ответ – ничего еще не закончено.

Глава 15. Пятница сумрака

На деревьях и на террасе развешаны фонарики, заливающие мягким светом все, что не освещено костром. Красные искорки поднимаются в ночное небо, и треск костра смешивается с тихой музыкой из бумбокса, который принесла с собой Пенни. Наши дни рождения много лет празднуются одинаково, и есть в этом постоянстве какое-то умиротворение. Единственное, что сейчас поменялось, – состав гостей. Наряду с Пенни, Авой и парой других девочек из команды я пригласила Дрю, а Бо – своих однокурсников, включая Хэйли. Приятно видеть, что в кампусе есть люди, которым футбол по барабану, или, по крайней мере, совсем не интересны сплетни про Бо. В любом случае его гости кажутся милыми, смеются и делают глупые фото для инстаграма.