Кафедра 2 - Игорь Лахов

— Даже так? — напрягся я, засунув руку в карман и нащупывая кастет.

— Да. Только я не уверена, что поступлю подобным образом.

— Не ври. В тебе есть частичка императорской крови, значит, ты марионетка в руках Вечного. И больше никогда не называй меня Сидо.

— Я БЫЛА марионеткой! — ухмыльнулась она, выделив главное. — Император не учёл или просто не знал, что при путешествиях между мирами привязка крови разрушается. Очнувшись в теле Аничковой, я сразу это поняла и впервые почувствовала настоящую свободу. Это… Это непередаваемые ощущения — не быть придатком кого-либо!

Став княжной и дочерью всесильного человека, сильно задумалась о своём будущем. Зачем мне исполнять приказ Императора, которого больше никогда не увижу? На хрена попусту рисковать собой ради того, кто так легко отправил меня на смерть? Тут же открываются серьёзные возможности. Имея неслабый титул, а также знания, намного превосходящие этот отсталый мирок, можно подняться до невиданных высот.

Но вопрос, насколько мы сможем ужиться вдвоём, это не отменяет. Уверена, что ты тоже строишь серьёзные планы на будущее. И если наши с тобой дорожки пересекутся, то конфликт неизбежен.

— Ну, хоть чему-то тебя в Школе Ликвидаторов научили, — благодушно кивнул я, не переставая сжимать кастет в кармане.

— Я вообще-то была лучшей её ученицей! — оскорбилась Дарья.

— Не лучшей, но и не худшей точно. Значит, ты оказалась в Академии, чтобы найти меня? Поэтому и попыталась сдружиться с сермяжниками?

— Не угадал, Сидо… Прости! Родион, конечно. Князь Аничков приказал. Отец мой, хотя до сих пор воспринимаю его с трудом в этой роли, дал задание во время учёбы подружиться с неким Родионом Булатовым. Втереться к нему в доверие любыми способами.

— Любыми?

— Именно. Если надо, даже охмурить, со всеми вытекающими последствиями — папулечка закроет на такое глаза. Ну и докладывать о каждом твоём шаге. И только сегодня я поняла, кто ты есть на самом деле.

— Странно слышать о том, что Дмитрий Максимович, целый князь, так легко может подложить свою дочь под какого-то сермяжника. Уж не завралась ли ты, Дарья?

— Ты плохо его знаешь. Впрочем, я тоже. Расскажу о своих первых впечатлениях в этом мире. Очнулась посреди какой-то странной, но абсолютно незнакомой пентаграммы. Вены на обеих запястьях были вскрыты, но раны затягивались прямо на глазах. Где-то с час приходила в себя. Потом, когда муть в голове немного рассеялась, затёрла пентаграмму.

Почти затёрла. Вошедший слуга, увидев её и лужу крови на полу, тут же поднял тревогу. Ну а дальше: больничная палата, медики, капельницы… Кстати, мне они реально были необходимы.

Очухалась примерно через неделю. Ещё немного попритворялась беспомощным бревном, осваиваясь в новом теле и с памятью Аничковой. Тогда же смогла восстановить картину последних минут Дарьи.

Она очень сильно боялась отца. Так боялась, что предпочитала от своих страхов скрываться в алкогольном и наркотическом безумии. Все её выходки тоже оттуда растут.

В один из дней, накидавшись наркотой, Дарья стащила из семейной библиотеки какую-то жутко запрещённую книгу и нашла в ней схему, которая поможет переместиться в Преисподнюю. Знаешь, зачем?

— Потому что обдолбанная была? — сразу же выдал я наиболее очевидную версию.

— И это тоже, иначе бы не напутала в пентаграмме часть линий, — кивнула девушка. — В её воспалённом мозгу возникла идея, что только из Иного Тумана… Блин! Нужно отвыкать от старых словечек, чтобы снова не проколоться, как с тобой! Из Преисподней можно убить отца.

— Действительно, сильно обдолбалась.

— Да. Этого не отнять. Но… Знаешь, что самое интересное, Родион? Вся память Даши во мне сейчас, только в ней есть серьёзные пробелы. И все они связаны именно с отцом.

— Ментальные блоки? — вынес предположение я, основываясь на опыте Ликвидатора Сидо. — Причём такие, что чужое сознание, даже переселившись в тело, не смогло их вскрыть?

— Сразу чувствуется профессионал, — улыбнулась Дарья. — Мне, чтобы прийти к подобным выводам, понадобилось несколько недель. Вначале думала, что это все провалы в памяти связаны с наркотиками. Ох… Долго же я от зависимости избавлялась! Шесть ночей провела в пентаграмме Очищения! Поверь, держать концентрацию во время «ломок» — ещё то удовольствие. Думала, что умру от нервного и физического истощения.

— Поэтому даже алкоголь теперь не употребляешь?

— Да. Второй раз пойти на такой подвиг я не способна. Так что любые дурманящие вещества теперь на дух не переношу. Вернее, опасаюсь их. Но разговор о другом. Дарья очень боялась отца, и в ней стоят серьёзные блоки, связанные с князем. Причём страх и блоки появились, когда девочке исполнилось одиннадцать лет. Сразу же, когда она обзавелась «критическими днями».

— Половое созревание… — задумался я. — В этот момент начинает формироваться Дар. Неспроста такое!

— Да. И, судя по памяти Даши, фобии и желание забыться тоже стали проявляться именно в это время. Правда, вразнос она пошла лишь в четырнадцать лет. Но мысли о самоубийстве два раза чуть было не осуществила ещё в нежном возрасте. Спасли случайности, и никто о попытках не узнал. Получается, что отец и дочь связаны некой страшной тайной.

Инцест и педофилию исключаем: тут, согласно воспоминаниям, всё чисто. Но князь как-то использовал Дар Дарьи. Причём в таком извращённом варианте, что лучше бы трахал, как бы ни мерзко это звучало. Для Аничкова дочь — всего лишь инструмент. Для чего? Не знаю. Но подложить Дарью под необходимый объект в виде тебя он может легко.

— Мне надо обдумать твои слова, — признался я. — Сейчас сложно говорить конкретно.

— Думай, Родион, — согласилась Дарья. — Но что нам с тобой делать? Признайся, мы мешаем друг другу идти к власти.

— Независимости, — поправил я. — Почему-то мне кажется, что ты совсем не ориентируешься в местных реалиях.

— А когда изучать было новый мир? — развела руки в стороны княжна. — Приводила себя в порядок, потом выходила на полный Дар Аничковой, который она, к несчастью, совсем не развивала. И это всё под строгим присмотром слуг нашего дворца. Пределы его тоже почти не покидала. Когда услышала, что меня направляют в Академию, то чуть не расплакалась от счастья.

Ты представить себе не можешь, насколько утомительно сидеть в «золотой клетке»! В Школе Ликвидаторов, несмотря на казарменное положение, и то было легче! Но… Как ты узнал, что я неопытна в местной жизни?

— Ты слишком самоуверенна. Поверь, этот мир хоть и отстал от нашего во многих вещах, но тут есть свои сложности. Страха, как перед всевидящим оком Вечного Императора, никто не испытывает, поэтому все схемы власти запутаны донельзя. И некоторые работают удивительно чётко.

Меня уже