Адская академия, или Свадьбе не бывать (СИ) - "Мышь Летучая"

— Привет! — начал он, не дождавшись никакой реакции с моей стороны. — Как дела?

Нет, ну я мастерски старалась держать отрешенно-скучающее выражение лица, чтоб не давать повода задевать меня. Помню я нашу последнюю встречу и судьбу искушать не хочу. Хотя маска чуть не слетела, когда он взял меня за руку и поцеловал пальчики.

— Лучше всех, — улыбнувшись уголками губ, я выдернула руку из его ладони, поправила сумку и попыталась вернуться к намеченному маршруту.

— По лицу так не скажешь! — прищурившись, выдал он, пристраиваясь сбоку. — Какие планы на завтра?

— Вот не припомню, когда это тебя стали так занимать мои планы. Хотя, нет, помню, но не пойму, по какому праву. Что тебе надо?

— Хочу пригласить на праздник, — светло улыбнулся он в ответ.

Ей-ей, не знай этого типа, я точно бы поверила, что он ангел воплоти, а так, только лишь сильнее насторожилась. Терпеть не могу, когда не понимаю, что происходит вокруг.

И почему так тревожно на душе?

Одарив недобрым взглядом собеседника, я хмуро отчеканила:

— Нет у меня ни малейшего желания посещать этот праздник. Да и отдохнуть не мешало бы. В общем, я никуда не пойду!

— Странно, откуда такое пренебрежение вековыми традициями?

— Я не люблю шумные гуляния, — поправила себя, чтоб хоть как-то сгладить резкость предыдущего высказывания. Это простой полукровке сходило с рук игнорирование культурно-массовых мероприятий, а вот Председателю Совета такое не простят.

— Вот как, — воодушевленно протянул он и задумчиво прищурился. — Тогда я составлю тебе компанию тут.

От понимания того, что мне не отвязаться от этого целеустремленного демона, захотелось завыть в голос.

— Чар, солнце, зачем праздник себе портить? Созерцание моей кислой физиономии можно и на более поздний срок перенести.

— М-м-м-м, а еще разочек?

— Что?

— Повтори начало, — восхищенно выдал он, хотя в карих глазах плескался смех. — Так заманчиво звучит мое имя в твоих устах. Словно мед…

— Чар! — рыкнула я. — Прекрати немедленно. Сам же понимаешь, что между нами нет ничего общего, совершенно. Зачем ты меня мучишь?

— Дана, — напускная веселость слетела с его лица, как шелуха, — я все понимаю, но ничего поделать не могу. Знаешь, я, когда тебя вижу… ты как свет во тьме…

О, знал бы ты, какой я свет, по-другому запел бы сразу. Почему я не могу спокойно реагировать именно на этого демона? Черт!

— Пообещай, что не посмеешься надо мной, — выжидающе замер он, заглянув мне в глаза. — Только одно слово…

Возведя очи к куполу, я мысленно "возблагодарила" Создателя за то, что он меня так 'любят' и зашагала к уединенной скамейке в глубине парка.

— Пойдем!

Недовольство мое этим разговором не уменьшало ничего, но надо было выслушать Чара. Я четко поняла, что это необходимо. Не знаю даже, кому больше.

— Обещаю, — серьезно проговорила я, когда мы добрались до скрытой в тени скамьи. — Только без игры и фальши! — предупредила парня, когда поняла, что он снова улыбается своей фирменной искушающей улыбочкой.

— А когда?..

— Чар, если ты так настроен, то я пойду. В моем понимании, на подобный разговор и время тратить не стоит, — отчеканила я, намереваясь уйти.

— Стой… Погоди! — схватив меня за руку, серьезно воскликнул он. — Дана, я на миг даже испугался твоего лица. Оно стало таким жестким и решительным, будто у судьи в момент вынесения приговора.

— Я рада, что ты меня наконец-то понял!

— Прости, надеюсь, и ты меня поймешь, когда выслушаешь. Знаешь уже, наверное, кто является моей родней, и можешь представить, в какой обстановке я вырос. С детства чувствовать себя марионеткой в руках родителей стало привычным, и даже не осознаю, где я настоящий, а где фальшивый. Это уже сродни второй личности и с каждым днем с ужасом понимаю, что теряю себя. Ты же, как глоток свежего воздуха в затхлом помещении. Дана…

О-фи-ге-ть! А что тут еще скажешь? Если он и врет, то очень искусно, и я даже привкуса лжи не ощущаю.

Ошарашенно взглянув на Чара, с трудом подавила желание обнять его и пожалеть. Сколько тоски в глазах… Откуда?

— Почему ты мне это говоришь?

— Верю, что только ты сможешь понять. Как описать чувство безысходности, когда знаешь, что тебя используют самые родные в мире существа — родители? Понимаю, звучит жалко и не по-мужски, но я устал сопротивляться. Не так давно я понял, что мать никогда не любила отца, а все вокруг игра, лицемерие и подлость. Она же пользовалась мной, чтоб добиться желаемого от деда, отец служил ширмой, понимая, что… Хотя, это уже не важно. Он-то, по крайней мере, любит ее, а меня — не важно.

Опустив голову, он взял мою ладонь, а я немо смотрела на парня, понимая, как заблуждалась в суждения. Хотя, где-то на задворках сознания скреблось недоверие, но так играть невозможно. Правда, что я знаю о жизни? С каждым днем все больше убеждаюсь, какое я в сущность дитя по сравнению с прожженными интриганами этих миров.

— Чар, как бы мне хотелось сказать, что я тебе сочувствую и что все можно изменить, но это же пустые звуки. Пока ты сам не захочешь поменять свою жизнь, за тебя этого никто не сделает.

— Я знаю! — воскликнул он зло. — Только, что я могу противопоставить деду, матери, отцу — который тоже начал находит во мне выгоду!

— Хм, странно звучи в твоих устах подобная обреченность. А теперь на минуту представь себя на моем месте. Когда весь Совет против тебя и каждому что-то надо. Никто не воспринимает тебя всерьез, каждое слово оценивается, будто под лупой. Мир, казавшийся таким простым и понятным, в одночасье представляется головоломкой. У каждого есть свои скрытые мотивы, а ты лишь желанный трофей, способный принести победу. Никто даже не пытается считаться с твоими желаниями и мыслями. А в довершение всего, будто этого, было мало, волею судьбы ты вляпался по самую макушку в дурнопахнущую кучу, и самый близкий… — проглотив конец гневной тирады, я замолчала, с трудом удержав разбушевавшуюся тьму.

Сила во мне вскипела, как вулкан, грозясь, выплеснутся через верх.

Закрыв глаза, я несколько раз глубоко вдохнула, мысленно досчитав до десяти, взглянула на опешившего демона. Что за ядерная смесь плескалась в его глазах, я понять так и не смогла, но лицо его прояснилось.

— Невероятно!

— Что именно?

— Твои глаза, — восхищенно выдал он. — Когда ты меня оттолкнула, там, в коридоре, мне показалось, что это наваждение, но сейчас…

— Хм, ясно, — грустно протянула я поднимаясь. — Может, я покажусь тебе последней сволочью, но перестань себя жалеть и живи так, как подсказывает сердце. Вот тогда противоречивость в душе исчезнет.

— Постой, — попросил он, все так же, не выпуская мою руку. — Может быть, много прошу, но все же. Я был бы рад, считать себя твоим другом.

— Только лишь другом? — уточнила я и, дождавшись утвердительного кивка, улыбнулась. — Не смею возражать. Друзья?

Высвободила руку и протянула ладонь, для рукопожатия. Почему-то это показалось естественным и необходимым.

— Друзья! — улыбнулся он озорно и легонько пожал мне ладонь.

Холодная волна прошлась по телу, будто ледяной водой окатили, а сердце кольнуло болью.

Стараясь не выдавать чувств, которые возникли от прикосновения Чара, я тряхнула головой и зашагала прочь. Может быть, тень и промелькнула на моем лице, но он ни о чем не догадался. Я в этом была уверена. Что-что, а отрешенное 'лицо' у меня выходит хорошо. Пара лет тренировки и все отработано до автоматизма.

Зажав сильнее книгу в руке, я попыталась понять, что же именно произошло. Откуда это странное и неприятное чувство? На ум ничего не приходило, и только сильнее злила неосведомленность. Будто умелый кукловод подвесил меня на ниточки и дергает за них, превращая в безвольную марионетку.

11

Отложив в сторону официальное приглашение на праздничные мероприятия, я устало потерла глаза. Откинулась на спинку стула и уставилась в темноту, сгустившуюся за окном.