Чарованная щепка 2 - Валерия Демина

магичка, пока не соглашаясь прямо. — Это уже намечает нам путь.

— От пекаря! — еще более воодушевился Лис и добавил привычной хитринки. — В делах такого рода мы имеем славу уже опытных ловцов! Вы помните засаду в кладовой?

О, еще бы!

В кладовой Лис и Лея таились утром девятых ее именин, планируя выяснить — где кухарка прячет крем, взбитый для трехъярусную торта. Та не желала к нему возвращаться, и юные ловцы так утомились на своем посту, что начали чудить и чаровать, и кончилось все опрокинутым кулем с мукой — аккурат на горячие головы.

Лея, сама серьезность, попыталась удержать улыбку, но память была словно против нее: перед внутренним взором маячил хохочущий Лис, покрытый белой пылью до макушки. Кухарка тогда, распахнувши дверь, нашла и разбойницу Лею плачущей от смеха в грязном именинном платье.

Взрослая Лея сдалась — и нынче рассмеялась вслух, согревая кавалера уже забытым голосом беспечного веселья. Характер прежней Леи, во всем ему созвучный, проступил так ясно, что Лис уверенно простер невесте руку.

— Идемте нынче? Я только разделаюсь с этим цветком. А впрочем, вовсе отменю!

Лея взглянула на его ладонь, и вдруг совсем подобралась. Ее рука не дрогнула навстречу, и качнула головой она уже в прежней степенности.

— Боюсь, что нынче мое время уже обещано.

Бунтарка растворилась без следа, преобразившись в недосягаемую леди Астер. Лис быстро перебрал свои слова — теперь-то чем он оскорбил невесту? Он даже не играл, был просто безупречен!

На эту оторопь ему ответил за спиной знакомый голос:

— Доброе утро, леди Лея! Кажется, я заставил себя ждать?

По гравийной дорожке к ним приближались трое — капитан Юлий в мундире и два коня, ведомые им под уздцы. Белые скакуны были начищены, и капитан блестел едва ли меньше. Один из коней был под женским седлом.

— Я пришла несколько раньше, — возразила любезно Лея. — Теперь не часто выбираюсь в этот парк.

«Она здесь ради него.»

Открытие и то, как Юлий касается губами ее пальцев, оглушило Алессана. Он только и успел убрать монету, спасая многообещающий предмет от праздного чужого любопытства. Лея же точно забыла и о намеченном сыске, и о самом хитроумном «ловце».

Капитан его приветствовал лишь вскользь, едва заметив.

— Вы снисходительны к моей задержке, — предпочел он благодарно улыбаться Лее. — Я оправдаюсь тем, что утро посвятил нашей заботе.

Его высочество учтиво замолчал, тем самым провернувши нож в незримой ране Лиса. Заботы, для которых Лея столь демонстративно избрала чужую помощь!

Точно расслышав эту боль, магичка, наконец, решила намекнуть на свой прожект — благо, он имел уже подвижки. Будь Лис извещен чуть ранее, она не поручилась бы, что школа все еще считалась бы ее.

— Прошу вас, при Алессане Диеговиче говорите свободно, — позволила она. — Мы старые друзья, и я не составляю от него секретов.

Старый друг Алессан еще весной считал бы данный титул личною победой, но нынче статус отчего-то жегся и колол. Зато Юлия он вполне ободрил, и тот развернул свой отчет:

— Я добился новой встречи с главой Просветительского приказа, и более часа демонстрировал учебный план. Вы сложили его столь мастерски, что глава на этот раз был куда более захвачен! Он принял документ на рассмотрение в дальнейшем.

— Благодарю, — тепло кивнула леди Лея. — Мне остается только ждать?

Капитан иронично качнул головой:

— Если столь деликатно радеть о делах, они очень быстро утонут в архивах! Я намерен заходить к нему по крайней мере раз в седмицу.

— Это слишком хлопотно, ваше высочество, — серьезно сказала магичка. — Я не могу вас больше утруждать.

— Леди Лея, ваша школа чар — важнейшая идея! — решительно уверил капитан. — Позвольте мне остаться у истоков этого прожекта хотя бы в скромной роли порученца.

Благосклонная улыбка Леи заменила ему ответ. Лис не мог в это поверить! Если бы Лея так добивалась цели — он бы даже одобрил подход, но, кажется, магичка искренне глотала похвалы.

Юлий, поощренный ее доверием, продолжил обещать:

— Убежден, что решу это дело еще до конца своего отпуска. Более даже надеюсь, что дозволение на школу передам вам в качестве подарка в вечер ваших именин.

«Он приглашен? Раньше „старого друга“?»

Алессан подавлял свою бурю, но волны вздымались одна за одной.

Даже в дела какой-то школы его посвящают мимоходом, обрывками учтивой лести капитана! То, что Лис вытащил его кольцо и обошел как мага, не сказалось ни на уверенности Юлия, ни на магичкином внимании к нему.

— Тогда мы с леди Арис продолжим поиск одаренных учениц, — вывела она.

— Леди Арис! — улыбнулся Юлий. — Я был немало позабавлен новостью о нашем с ней родстве.

Припомнив о родстве, его высочество взглянул на Алессана, но к разговору приглашать не стал — напротив, бережно поторопил магичку:

— Поедемте, леди Лея? Кони застоялись — негоже выторговать лучших скакунов императрицы, только чтобы обеспечить нам две пары добросовестных ушей.

Воздух сгустился, невидимые чародейские ступени легли под ноги леди, ведя ее к узорному седлу. Лея сделала первый шаг, опираясь на руку Юлия, и Алессан не удержался от едкой заметки:

— Я полагал, что у занятой леди Астер нет времени для праздных верховых прогулок.

Лея, замедлясь на миг, приподняла уголки губ:

— Вы ведь ее не спрашивали.

С неспешной грацией, так ей присущей, она поднялась в седло, кивнула свысока и тронула поводья.

Лис отступил от их пути на несколько шагов назад. В стиснутую ладонь впилась поддельная луна — по ней так ничего и не решили.

Всадники аккуратным шагом двинулись к чугунным воротам у дальнего края парка — должно быть, улица за улицей, обойдут весь город за неторопливой и приятною беседой. На пригородные луга, пожалуй, не посмеют без приличной компаньонки — но Лея Сальвадоровна умеет удивить.

И это не давало Лису связно мыслить.

Довольно лгать себе — он давно уже ищет леиной улыбки отнюдь не ради подтверждения «достойного союза».

— Итак, чтобы она расцвела, ваше солнце должно греть, а не светиться.

Лис обернулся на аграрника, спуская гнев.

— Как вы смеете давать мне подобного рода советы?

— Я для этого и нанят, господин Алвини, — напомнил тот. — Мы проводим тренировку, о которой вы изволили забыть.

Белый бутон торчал из брошенных кустов как будто осуждающе.

— Мои извинения, — опомнясь, процедил юноша, и снова посмотрел на удаление фигур двух ладных всадников.

За ними же следила половина парка — его высочество Юлий Терини и непредсказуемая Лея Астер даже по отдельности были весьма любопытны для света, а уж общая их прогулка становилась порядочным событием. Происшествие особенно украсилось аффектом