Чарованная щепка 2 - Валерия Демина

удержала вдох — предмет на холеной ладони хранил явственно слышную подпись Юлия Терини.

Оно могло быть добыто Лисом только из-под «Магова ристалища» — моста, где чародеи щеголяли навыком защиты собственной отметки.

Алессан продолжал излучать невиданную кротость, однако реакцией круга остался доволен вполне.

Юлий молча пылал — дерзкая выходка щелкнула его по носу как мага, но традиции «ристалища» не позволяли разъяриться вслух. Оставил кольцо — бросил вызов, и нечего пенять, что он был кем-то принят.

Лея ведала это не хуже, и по ее серьезному лицу нельзя было прочесть, насколько впечатлил ее самоуверенный жених, укрытый лживой скромной маской.

Капитан проглотил обуявший гнев, забрал свой перстень с ладони Лиса и всей волей вернул благодушный покой.

— Ваша забота о моем имуществе пронзает меня стыдом, — укорил он. — Должно быть, вы потратили всю ночь на его изъятие?

«Две ночи», — поправил внутренний Лис, но вслух не отозвался — пусть попытки Юлия сохранить крохи гордости останутся в памяти Леи последнею фразой беседы. Он поклонился его высочеству и обернулся к виновнице этой войны.

— Леди Астер, я буду считать часы до встречи с вами в пятницу, — поцеловал он ее руку и ускользнул по улице вперед.

* * *

Нелли чистила морковь дрожащими руками. Нож соскочил с кривого хвостика, она бросила его на пол и спрятала лицо в измазанных землей ладонях.

Нарядный маг определенно заметил пятна чернил, и злые господские взгляды посулили, что ей не избежать ответа за бумажки. Ох и люто барышня ярится! Упечет в подземелье сырое, в кандалах коротать горький век.

«Зачем я на это решилась? Пропала моя голова…»

Глава 19. Лебедь, рак и щука

В Итирсисе: 9 августа, среда

«Три! Наемных! Мага! — задыхалась внутренняя Виола, обводя глазами команду. — Не страшно занятые консультанты, а совершенно, полностью наши весь день! Что велим — то и чаруют!»

— Армана вы уже знаете, — закончил Дарий называть последнего из трех. — Все — мастера стального кода, но и в прочих чарах понимают. Вы увидите.

Саму Виолу молодец представил с гордостью не меньшей: мол, за полгода в столице — уже почетная сестра Гильдии оружейников и магический партнер Земского приказа. Про невесту умолчал — с обручением и так вся оружейня поздравляла уважительно («Ну, наконец-то, Дарий Дарич! Мы уж и не чаяли!»).

Встреча с командой для общего дела шла неформально и ужасно Виоле нравилась. Таинственная комната для чарований с узким окном под самыми балками была от нее прежде скрыта, зато теперь впустила барышню почти хозяйкой.

Маги в своей чародейской берлоге расположились вольготно: двое бородачей средних лет внимали за большим столом, а молодой Арман присел на его краешек. Будь это стол для трапез — был бы свят, никто бы не спустил подобного кощунства. Однако этот был нарочно оружейный, весь в дырах и щербинах от многих годов чарований клинков и доспехов.

Себастьян, ключевой эксперт, к столу не лез, а утвердил свой стул в углу у шпажной стойки. Будучи представлен, он кивнул условным «коллегам» и принял выжидательный настрой.

Ни Дарий, ни Виола, конечно, сидеть не могли и минуты.

Их первая сессия в новом прожекте началась еще ранним утром. Втроем с древесником перевели магические тонкости статьи (суть шарльского открытия была в надежном способе расслышать мутные потоки), составили ее короткий реферат и сочинили применение новинке. Азарт обрученной пары едва не лился из ушей.

Шарльский журнал теперь валялся на углу стола забытым, а троих оружейных магов, которых выделили под прожект, предстояло еще познакомить с намеченной целью.

Дарий кашлянул и зачитал команде выдержки статьи со своего листочка (Виола слушала его, как песню соловья).

— Итак, — подытожил он. — артефакторы всерьез берутся за вопросы безопасности от вредноносного магического кода. Область эта до сих пор была не наша, однако, вместе с «Щепкой» мы легко ее возьмем.

Крупный маг слегка покрутил свою светлую бороду.

— Вы, Дарий Дарич, как ваш родитель — вперед несетесь, — заметил он с отеческим укором. — Чего тут легкого, если заморцы только нынче кое-как продвинулись?

«Вам только придумать — а нам головная боль», — читалось в его заботе.

Внутренний Дарий нимало не сник: рак пятится назад — ему так на роду написано. Для того и есть они с отцом, решительные щуки, что тащат всех раков за собой, если придется — вместе с озером.

— И колесо не вдруг изобрели, и печатный станок лишь недавно наладили, — парировал он вслух. — Значит ли, что те непомерно сложны? Должна была нужда созреть и сильные умы заняться делом.

— «Живые» маги прежде на себя надеялись, — кивнул Арман. — Мало помалу их вытесняют наши, артефакторы.

При первой встрече в торговой зале он показался Виоле слишком робким для толкового мага-ремесленника. Здесь же, в привычных стенах и знакомых вопросах, он был куда осанистей и громче. Резвость хозяев, как видно, его не страшила.

Другой маг, с бородой как чернила, неторопливо согласился:

— Между собой теперь соревноваться будем — чей код крепче, чьи чары незаметнее. Как с тем деревом — магистры его пропустили, а раскусили — артефакторы!

Он уважительно взглянул на Себастьяна. Кажется, того здесь быстро отнесли к «своим» за дивный навык и неприхотливый тон. Распорядитель Дарий покивал бородачу.

— Мутным кодом чаруют опасные вещи, а мы всегда гордились лучшею защитой. Прежде ладили прекрасные щиты, теперь попробуем иную оборону.

— Услышать код — не тяжело. Но чтобы помешать, надо знать, чем ударит, — напомнил светлый бородач. — Широкой обороны враз не сочинить.

— Широкую вовсе не нужно, — встряла девица. — Наш козырь — не в универсальной защите.

На нее, глухую к чарам, маги посмотрели с куда меньшим пиететом, чем на древесника. Дарий волен приглашать ее к прожекту, коли хочет красоваться, но не мешало б ему своей лебеди место напомнить.

— В какой же? — спросил ее Арман, по виду — менее других скептичный.

— В чуткой, — отвечала лебедь. — Это важнейший момент, им нужно заняться прежде всего, даже исполнить отдельным артефактом.

Чернильный бородач приподнял плечи:

— К чему? Защитный артефакт и без того любые чары разберет. Будут помехи — статейка подсказала, как очистить, это сразу в него и встроим. Глухому — простите, барышня — все одно никак их не расслышать.

За нарекание про глухоту девица не обиделась.

— Вы видели то дерево? — спросила любопытно. — Слышали сам код, который пропустили именитые магистры?

— Чего мне к «Шафрану» ходить? — отрекся чернильный. — Но был бы рядом — верно бы слышал, на то я тридцать лет уж артефактор.

Пожалуй, лебедь что-то ведала о том,