Полночь в Эвервуде - М. А. Казнир

Он стоял перед ней так близко, что она упиралась спиной в пряничную стену, и он не позволял ей отступить.

– Это хитрость. В качестве капитана Королевской армии я должен распознавать и предотвращать угрозы для власти короля.

Мариетта посмотрела ему в глаза:

– Вы лжете, капитан Легат.

– А вы понятия не имеете, во что случайно ввязались, странница. – В его голосе звучал гнев. Но этот гнев имел более глубокие корни, чем гнев отрицания.

– Почему вы настойчиво называете меня этим прозвищем? Вы ни разу не назвали меня по имени.

Лицо капитана не выдало никаких чувств.

– А я должен? Я вас не знаю, и мы с вами не друзья.

Мысли Мариетты пришли в смятение. Она смотрела на капитана. Приподняла одну бровь.

– У вас привычка дарить торт вашей матери совершенно незнакомым людям?

– А вы ошибочно думаете, что я питаю к вам какие-то теплые чувства? Могу вас заверить, что вы заблуждаетесь.

Смех Мариетты был фальшивым. Взгляд капитана на секунду опустился на ее губы.

– Я бы этого и не хотела, – ответила она.

– Очень хорошо, – резко произнес он. – Вы можете сами добраться до саней. Я должен заняться срочными делами, но вас будет сопровождать другой солдат.

– Чудесно. – Она резко повернулась и зашагала прочь.

Тем временем шум вокруг усилился. Под колдовским ночным небом на замерзшем озере бушевал мятеж. Мариетта оглянулась на капитана как раз вовремя, чтобы заметить, как он уходит. И она увидела, как он изменил направление и двинулся совсем в другую сторону. Она глубоко вздохнула и пошла за ним.

Глава 27

Капитан Легат шел, огибая замерзшее озеро. Мариетта следовала за ним, стараясь не попадаться ему на глаза, а он миновал стеклянную стену горы и вошел в узкий переулок. Это был лабиринт из сахара между двумя ледяными утесами, уходящими ввысь до самых звезд. В нем было полно ниш и изящных лестниц из сахара, вывески рекламировали всевозможные роскошные деликатесы, которые здесь изготавливали. Сердце Мариетты забилось быстрее, когда она увидела эту картину, освещенную сверху гирляндами крошечных ледяных фонариков. Шоколадные трюфели, начиненные лучшим ликером, обещающие эйфорию, стоит только их надкусить. Маленькие пирожные, в которые подмешаны украшающие заклинания. Птички из карамели и масляного крема, способные летать. Значит, это и есть Сахарный переулок.

Капитан Легат снял шляпу и поднялся по лестнице. Мариетта оглянулась. Ей показалось, что в противоположном конце Сахарного переулка промелькнули чьи-то серебряные волосы, но не успела она их рассмотреть, как они исчезли. Она выбросила из головы все страхи и пошла за капитаном.

– Ты не должен был рисковать собой и поступать так необдуманно, – услышала она голос женщины, низкий и озабоченный.

– Мне необходимо было тебя увидеть, – ответил капитан Легат. – Неожиданно вспыхнул мятеж. Мне нужно было убедиться, что ты в безопасности.

Стоя по другую сторону от двери в сахарной стене, Мариетта колебалась. Кажется, она нечаянно проводила капитана на любовное свидание. У нее перехватило дыхание.

Она повернулась, собираясь уйти.

– Ты должен быть осторожнее. Если король узнает о твоей роли в восстании…

Мариетта остановилась. Кажется, возлюбленная капитана знает его тайны. Она попробовала прислушаться получше, но ступенька из сахара хрустнула под ее балетной туфелькой.

Дверь распахнулась. Теплый медовый свет из дома осветил капитана Легата.

– Из всех необдуманных поступков…

– Я прошу прощения, – сказала Мариетта. – Я понятия не имела, во что вмешиваюсь. – Она опустила глаза.

Капитан хрипло вздохнул, втащил ее внутрь и закрыл дверь.

– Лучше вам никому ни слова не говорить об этом, вы меня поняли? – Его золотистые глаза горели от ярости.

Мариетта склонила голову:

– Я буду сама осмотрительность.

– Разрешите мне представить вас Робесс. – Капитан посмотрел Мариетте в глаза. – Она руководит восстанием.

Пожилая женщина производила впечатление человека, обладающего властью. Робесс рассматривала Мариетту почти таким же взглядом, как мадам Белинская следила за ее вращениями. Она была высокого роста, ее седые волосы были уложены в узел на голове, с украшениями в тон костюма из серебряной парчи. Старомодно обставленная комната казалась слишком маленькой в присутствии такой значительной личности. Она бросила взгляд стальных глаз на капитана Легата и тихо спросила:

– Та самая странница?

Мариетта постаралась не выдать своего удивления.

– Вы слышали обо мне?

– Мой сын держит меня в курсе всех событий во дворце, – ответила Робесс.

Мариетта удивилась еще больше. Она отметила, что капитан Легат унаследовал от матери четко вырезанные скулы, непринужденную уверенность позы и высокий рост.

– Не буду вам мешать, – сказала Робесс, выходя через вторую, меньшую дверь. – Полагаю, вам надо многое обсудить. – Ее сдержанность немного смягчилась, а глаза лукаво блеснули.

Капитан Легат откашлялся, но Мариетта была слишком ошарашена и не обратила внимания на слова его матери. Она мельком увидела то, что находилось за второй дверью: печатный станок. Она с волнением осознала, что проникла в штаб восстания.

– Я знала, что вы участвуете в восстании, – тихо произнесла Мариетта. – Хотя хорошо понимаю, почему вы не поделились со мной этим.

– Пойдемте, я провожу вас обратно во дворец. Король захочет узнать, где его танцовщица. – Он повел ее к двери, потом заколебался.

– Тогда мы придумаем историю о том, как вы спасли меня от банды жестоких мятежников. – Она понизила голос. – Я сохраню вашу тайну, капитан.

Он посмотрел ей в глаза.

– Зовите меня Легат.

– После того, как вы последние несколько лунных месяцев называли меня просто странницей? Думаю, я предпочту называть вас капитаном, – ответила она с легкой улыбкой. И приподняла бровь.

Его ответная улыбка осветила нечто скрытое глубоко внутри. И пронзила ее насквозь.

– Как пожелаете, Мариетта.

Бесконечная зимняя ночь царила над Эвервудом. Кортеж из саней короля Гелума уже переправился по ледяному мосту и вернулся во дворец. Поэтому одни только сани с Мариеттой и капитаном ехали по городу. Улицы опустели, и Мариетте казалось, что они остались единственными обитателями этого мира.

Мигающие, заколдованные ледяные шары освещали дорогу через укутанную снегом долину. Когда от нее ответвилась дорожка, вымощенная камнями из марципана, капитан свернул на нее, погоняя упряжку миниатюрных оленей, запряженных в маленькие санки. Мариетта вдыхала запах елей, снега и сахара и смотрела на небо. Оно было усеяно серебряными звездами. Какие из них принадлежат закованным в доспехи принцессам Пирлипаты? Она не сообразила спросить у нее. Она не привыкла к незнакомым небесам и находилась так далеко от дома.

– Должно быть, вам трудно быть вдали от матери в такое опасное время. Наверное, вы хотели бы быть ближе, чтобы защитить ее, – сказала Мариетта.

– Это правда. Я отношусь к ней