Финальная программа - Майкл Муркок

— Есть еще вариант. — Джерри развел руками. — Мы можем отправить несколько человек посмотреть, что там происходит, и замаскировать вход в пещеру, а если все-таки будет возможность, то заманить поисковый отряд внутрь и избавиться от него.

— Это не даст настоящего решения проблемы, но я это сделаю. — Она поднялась и, пройдя в другую комнату, подняла телефонную трубку. — Ну, в крайнем случае мы можем опросить нескольких из них и точно выяснить нашу ситуацию.

Она набрала двузначный номер и произнесла в микрофон несколько указаний.

— А теперь, — с удовольствием проговорила она и кивком позвала их в комнату, — давайте продолжим наши эксперименты. Дел осталось не так уж и много, но до дня «Г» времени мало.

— И тогда, я надеюсь, вы расскажете нам, что такое день «Г», мисс Бруннер. Мы все полны нетерпения, хотя мне лично кажется, вы несколько раз делали по этому поводу намеки. — Профессор Хира возбужденно рассмеялся.

Дрожа, ощущая, как пульсирует кровь, наполненный избытком энергии, раскрасневшийся, с легкой головой, Джерри начал сворачивать вещи Мэй-Бритт и складывать их сверху вещей профессора Хиры. Он чувствовал себя полностью в норме, совершенно очищенным, абсолютно свежим. Более того, он чувствовал себя пресыщенным, согретым, просто и умиротворенно, как большой тигр в своей семье, как молодой Бог, казалось ему.

Мисс Бруннер лежала на кровати. Она понимающе кивнула ему.

— Как? — спросил он. — Я не понимал, пока все не кончилось.

— Это — власть, — ответила она, рисуясь, — которой многие обладают изначально. И у тебя она была. Это ведь естественно, не так ли?

— Да, — он лег рядом с ней. — Но я никогда не слышал ничего подобного. Во всяком случае, не физически.

— Это фокус. В том или ином виде о нем написано много. Мифологии мира, в особенности те, которые ближе других находятся к источнику — индуистская или буддийская, — полны ссылок на этот счет. Секрет оказался сохранен благодаря чересчур усердному толкованию. Никто — даже самый посвященный — не поверил бы полной правде.

— А-х-х-х.

— Ты ни о чем сейчас не жалеешь?

— Я удовлетворен.

— Нас ждет еще и не такое. Контакты приблизили нас…

Зазвонил телефон.

Она сразу же поднялась и быстро вышла из комнаты. Он гораздо более медленно отправился вслед за ней в ее офис, и вошел туда, когда она уже положила трубку.

— Ваш план сработал. У них — шесть полицейских в дальней пещере. Они разговаривают с ними. Пока они водят их вокруг пальца историей о секретном исследовании, финансируемом шведским правительством. Сейчас мы должны пойти и поговорить с ними, пока они еще не очень подозрительны. Давайте одеваться.

Полицейские были вежливы, но не уверены в своих действиях. Да и вооружены они были, как подметил Джерри, револьверами.

Мисс Бруннер улыбнулась им.

— Боюсь, мне придется задержать вас здесь, пока мы не свяжемся со Стокгольмом, — сказала она. — Я — директор научно-исследовательской организации. Мы ведем совершенно секретную работу. Очень жаль, что вы наткнулись на нас, это создает для вас большие неудобства. Вы меня извините, но я вынуждена.

Услышав отличный шведский, беглый и изящный, они немного расслабились.

— Этот район не отмечен на наших картах, — возразил самый старый из полицейских, капитан. — Обычно закрытые районы отмечаются.

— Работа, которую мы здесь выполняем, максимально важна для шведских органов безопасности. У нас есть охрана, работающая в режиме патрулирования, однако мы не можем позволить себе слишком ее увеличивать: большее количество может привлечь внимание.

— Согласен, но в таком случае… — капитан сделал паузу и поскреб свою правую ладонь. — Зачем располагать такое учреждение здесь? Почему бы не разместить его в Стокгольме или в каком-либо другом городе?

— Можно ли такую обширную природную пещеру найти в городе? — мисс Бруннер взмахом руки показала назад, на пещеру.

— Будет ли возможность у меня связаться с моими властями, пока вы сверяетесь с вашими?

— Ни в коем случае. Для меня вообще загадка, как вы оказались в этом районе.

— Мы полагаем, что англичанин и его жена… — он резко остановился, и в первый раз уставился на Джерри.

— Что за черт, почему мы не подумали об этом? — выдохнул Джерри.

— Однако это англичанин, — проговорил капитан; его рука потянулась к кобуре.

— Я доставлен сюда не силой, капитан, — поспешно заявил Джерри.

— Ваше правительство связалось со мной и попросило помочь…

— Это невероятно, сэр, — капитан достал свой револьвер. — Если бы это было так, то нас бы предупредили.

Четыре техника, которые привели полицейских, не были вооружены, Джерри и мисс Бруннер — тоже. Если не считать этого, у них было равновесие сил — шестеро против шестерых. Крепкие ребята мисс Бруннер находились вне пределов слышимости. Дело выглядело кисло.

— Наверняка оплошность, капитан? — На этот раз мисс Бруннер задала вопрос в несколько более жестком тоне.

— Я не могу в это поверить.

— Откровенно говоря, я вас не обвиняю, — ответил Джерри, заметив, что, собственно, один только капитан достал свое оружие. Остальные пока все еще пытались понять, что же происходит.

Тело Джерри напряглось.

Он прыгнул за оружием. На два ярда.

Однако перед тем, как он разоружил капитана и взял на мушку застигнутых врасплох полицейских, револьвер все же успел один раз выстрелить.

— Лучше бы вам взять командование на себя, мисс Бруннер, — голос Джерри звучал грубо. От неудержимой энергии он перешел в состояние измождения, головокружения. Когда она взяла оружие из его рук и направила его на шведов, он глянул вниз.

Пуля, видимо, вошла ему в грудь чуть выше сердца. Потеря крови.

— О, нет. Мне кажется, я умираю.

Откуда-то издалека набегали крепкие мальчики мисс Бруннер. Он услышал, как она выкрикивала распоряжения, чувствовал ее руку, поддерживавшую его. Казалось, он наливался тяжестью, проваливаясь куда-то сквозь камень. Слышал ли он действительно приглушенную стрельбу? Не наполненное ли надеждой воображение заставило его думать, что он уловил звук голоса мисс Бруннер, командовавшей:

— Еще есть возможность, но надо действовать быстро.

Он стал тяжелее камня, и понял, что пройти это может с некоторым трудом, словно проталкиваясь сквозь воздух, имеющий консистенцию жидкой тягучей смолы.

Он заинтересовался, была ли это жидкая смола и найдут ли его через миллионы лет отлично сохранившимся. Он спешил вперед, зная, что эта теория была глупой. Наконец он выбрался на свободное пространство, сразу ощутив легкость и бодрость.