Подземный Нижний - Матвей Геннадьевич Курилкин

— А зачем тогда было устраивать эту жуть с закольцованным пространством? — поинтересовался Птицын.

— Мы обязаны были проверить. Мы узнали, что ты появился в нашей земле, и решили воспользоваться случаям. Наблюдали за тобой. Обязаны были посмотреть, как ты поведёшь себя в той ситуации. Настоящий проводник не терпит принуждения и ограничения своей свободы. Его можно сломать, но тогда он не сможет больше правильно исполнять свою роль. Миру такой проводник не нужен. Мы не пользуемся услугами таких проводников.

— Да что ж такое! — Валерка не выдержал. Видно, ещё не отошёл от стресса, поэтому не сдержался, — Я не пойму, все сидят и за мной в окошки подглядывают? Почему все обо мне всё знают, даже то, чего я сам не знаю? Я что тут под наблюдением? Вам блин заняться больше нечем, кроме как следить за каждым моим шагом! Нашли тоже клоуна! Мне, может, отчитываться? И какого чёрта нельзя было просто спросить⁈

— Верхние люди иногда говорят вещи, не соответствующие действительности, — вспышка проводника ничуть не смутила дивьих. — Мы не умеем правильно определять такие случаи, поэтому предпочитаем проверять самостоятельно. Не стоит гневаться, проводник. На гнев тратится энергия. Мы ведь не причинили тебе вреда, лишь убедились, что ты настоящий проводник. Зато теперь мы будем с тобой сотрудничать к обоюдной выгоде.

Птицын только рукой махнул. Неприятно чувствовать себя как под микроскопом. Кого ни встретишь на тёмной стороне — все о тебе что-то знают, наблюдают, и ещё выводы о тебе какие-то делают! «Интриганы, блин мышеухие! — мысленно выругался Птицын».

Между тем компанию привели в пещеру. Даже не пещеру, а зал — слишком ухоженное и красивое помещение. Стены покрыты резными изображениями всяких тварей, большинство из которых Птицын даже не узнал, потому что плохо знает подземную фауну. Мыши, змеи, черви, насекомые, кроты. Жители поверхности привыкли в основном брезговать этими существами, а здесь они были нарисованы так тщательно и с таким уважением, что Валерка даже залюбовался. Ещё и казалось, что они двигаются — из-за немного дрожащего освещения, отчего тени слегка меняли своё положение. Вот как можно червяка вырезать так, чтобы он вызывал умиление? Загадка! Тем не менее, у дивьих получилось, иначе как объяснить то, что Валерка, будучи голодным и усталым первым делом обратил внимание именно на убранство зала, а не на столы, расставленные в центре. С едой.

— Ох, красота какая! — убранством подземного зала восхищался не только Птицын. Даже Лёха, старавшийся при посторонних сохранять невозмутимый вид, не удержал лицо и с раскрытым ртом любовался барельефами.

— Нам приятно, что вы оценили наше искусство, — раздался скрипучий голос одного из дивьих. Птицын вздрогнул — совсем забыл о том, что они в этой пещере не одни. — Мы хотим предложить принять пищу. Совместный приём пищи — важный атрибут социальных взаимодействий верхних жителей. Для нас он тоже имеет значение. К тому же судя по вашему внешнему виду, вам требуется подкрепить силы.

Только теперь Птицын обратил внимание, что столы уставлены яствами. Очевидно, пока они раз за разом проходили один и тот же отрезок штольни, подземные жители готовили тёплый приём. Судя по запахам, доносящимся от столов, действительно тёплый. Валерка, правда, предпочёл бы переодеться сначала во что-нибудь сухое и чистое, а ещё лучше сначала помыться, но требовать такого от гостеприимных хозяев постеснялся. Хотя и понимал, что дивьи, скорее всего, просто не обратили внимания на такие мелочи. У Птицына вообще пока что создавалось впечатление, что дивьи очень плохо знают жителей поверхности и с трудом их понимают. Слишком закрытое сообщество, слишком редко выходят на контакт. «Интересно, а чего им от нас надо-то? — заинтересовался Валерка. — Точнее, от меня. Вон как встречают приветливо… если не считать того клятого коридора. Наверняка о чём-то договориться хотят!»

Дивьи, однако, не спешили объяснять, чего хотят от незваных гостей. Усадили за стол, сами расселись — Валерка в этот момент почувствовал себя, как какой-нибудь свадебный генерал, а то и вовсе приглашённая звезда на корпоративе. Трапезничающие чинно поглощают пищу, изредка перешёптываясь. Разобрать что-то невозможно — слух у местных, очевидно, очень чуткий, если судить по размеру ушей, так что обычному человеку эти перешёптывания недоступны. Удивительно, что хоть что-то слышно. Валерка бы не удивился, если бы дивьи могли общаться между собой с помощью ультразвука. В общем, смущающая ситуация, однако, когда перед ним поставили блюдо с едой, всё смущение куда-то исчезло.

— Валер, а ты знаешь, из чего сделано это блюдо? — осторожно спросил старлей, устроившийся по правую руку от Птицына.

— Понятия не имею, — проглотив порцию чего-то мясного с ореховым привкусом ответил проводник. — Да не переживай. Вон как Глеб уплетает — значит, знает, что съедобно.

— Я понимаю, что съедобно, — тихо сказал Лёха, — просто опасаюсь. На мясо похоже, но вроде не мясо.

— По мне, так лучше не задумываться, — ответил Валерка. — А то аппетит может пропасть. А так, по-моему, очень вкусно.

— Это кушанье сделано из личинок земляных ос, личинок муравьёв, подземных грибов, и корней растений с некоторыми дополнительными специями, — объяснил дивий человек, который ухаживал за гостями. — Нам приятно, что вам нравится это блюдо.

— Вот! — многозначительно поднял палец Птицын. — Сам понимаешь, во многих знаниях — многие печали.

Во всех культурах положено отдавать должное гостеприимству хозяев, вот и Валерка не переменившись в лице продолжил лопать «кушанье». Впрочем, переварив новость, он отбросил отвращение. Ещё и Лёху локтем слегка пихнул: дескать, продолжай есть, и нечего принцессу из себя строить. В конце концов, в каком-нибудь Китае и верхние люди что-то подобное едят и нахваливают, так что какая разница? Тем более, действительно вкусно. Необычно только. Были и знакомые блюда. Правда, они тоже немного отличались на вкус от привычных вариантов. Наверное, дивьи добавили какие-то свои, «фирменные» ингредиенты.

— Скажите, вы довольны нашим гостеприимством? — с любопытством спросил один из дивьих. Валерка всё никак не мог выбрать момент, чтобы поинтересоваться у Демьяна или Глеба, нормально ли это, что у них до сих пор не спросили имён и сами не представились.

— У вас очень вкусные блюда, — чтобы не врать ответил Птицын. — И очень красивый зал. Я с большим удовольствием рассматриваю эти барельефы. Невероятно красиво и сделано с большим мастерством.

— Каждый из нашего народа стремится повторить красоту, которую довелось ему видеть в течение жизни.