Та, которую я люблю (СИ) - Кальк Салма

Наверное, она и вправду задремала. Потому что её снова целовали, а потом положили рядом полотенце и что-то ещё.

- Душ ты знаешь где, тут халат, он вообще мой и ты в нём утонешь, ну да и ладно, ничего страшного. Скажи, ты с утра ешь? Или только кофе пьёшь? Или вообще ничего?

Вопросов было многовато, особенно с учётом того, что толком не спали. Но вроде все по делу.

- Знаешь, наверное, ем, но немного. Чашку кофе и бутерброд.

- Понял.

Вероника поднялась, подхватывая кота, который попытался удержаться на ней с помощью когтей, но был возвращён обратно на кровать. Завернулась в белый махровый халат – две таких, как она, запросто бы в него поместились, взяла полотенце и побрела в ванную.

Когда она оделась и пришла на кухню, там кипела жизнь. На сковороде что-то шкворчало, упоительно пахло кофе.

- Ты ешь омлет с сыром? Если нет, то бутерброд тоже есть.

- Я сейчас упаду в обморок. И тебе, Вик Ледяной, придется искать себе нового финансового директора.

- Чего это вдруг? – не понял он.

- Меня ещё ни разу в жизни мужчины утром завтраком не кормили. Мой мир никогда не будет прежним, как говорится.

- Могу же я блеснуть чешуёй ради девушки? – подмигнул он. – Ну и я тут хозяин, мне и кормить. Я рад, если поменял твой мир в лучшую сторону.

- Спасибо, - улыбнулась она. – Потому что правда поменял. Не знаю только, куда.

- Узнавай, - он разложил омлет по тарелкам и поставил на высокий стол.

Вероника заползла на высокий стул, взяла вилку.

 - У нас же не очень много времени.

- Ну да, тебя ж надо отвезти домой. Если бы сразу отсюда на работу – поспали бы подольше. Это я намекаю на сделанное ночью предложение.

- Я обещала подумать, - пробормотала она.

Тем временем Вик достал две чашки и налил кофе из машины.

- Тебе со сливками?

- Да.

- Сахар?

- Нет.

- Ок, - он поставил перед ней чашку и пакет со сливками в подставке. – На сервировку нет времени, извини. Как-нибудь потом.

Дальше всё было быстро и скомканно – вниз, в машину, через весь центр на левый берег, во двор. Поцеловаться в машине.

- Спасибо, что согласилась прийти. И была, - он не сводил с неё глаз.

- Тебе спасибо, что… Да просто, что ты есть.

- Вот, ты правильно сказала. Что ты есть. И ещё спасибо отцу, что отдал мне вашу компанию. Иначе мы бы могли и не встретиться.

- А сейчас – до встречи на работе, - улыбнулась она.

Выскочила из машины и побежала к подъезду.

Дома было тихо, но собака Муха проснулась, зашевелилась и тявкнула. Вероника шикнула на неё – чтобы молчала, и на цыпочках пробралась к себе. Как хорошо, что у Вика есть горячая вода, хоть под душем помылась, как человек.

Переодеться было минутным делом, накраситься – двухминутным. В теории, она успевала выпить ещё чашку кофе.

Вероника как раз сняла с печки турку, когда на кухню вошла мама.

- И откуда ты явилась, позволь спросить?

- Из гостей, - с готовностью ответила Вероника. – Я предупредила.

- Ты могла позвонить и сказать, где тебя искать!

- В этом не было необходимости, - кофе придётся пить очень быстро. – Со мной всё в порядке. А сейчас мне уже пора на работу. Пока, мама, увидимся вечером.

Она не стала слушать мамин комментарий про что-то там возмутительное, подхватила сумку и побежала вниз.

В машине включила музыку, и, медленно двигаясь по мосту, вдруг поймала себя на мысли, что подпевает песне. «Мы не знали друг друга до этого лета, мы болтались по свету, земле и воде… моё сердце остановилось, моё сердце замерло!». Всё так, и это хорошо. Неужели это правда? Неужели это шанс? Неужели счастье выглядит как-то так?

Она улыбнулась охраннику на парковке, людям в лифте, которые ехали не так высоко, а на своём этаже – Паше и Ивану Машкову. И пожелала им доброго утра.

В приёмной уже сидела за компом новая секретарша Ольга, закипал чайник, орхи тянулись к солнцу. Рабочий день начинался.

41. Вик

Договорились быть вместе

Посредине земли,

Но оставались в контексте,

И потому не смогли

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ни спать без этой звезды,

Ни петь без этой луны,

Ни жить без этого лета.

Олег Медведев

По дороге из Академа позвонил отец и велел заехать к нему в офис. Новости какие-то, что ли? Значит, сначала туда. И похоже, отец уже там.

До места Вик добрался к половине девятого – пришлось кое-где постоять. И да, в отцовской конторе уже кипела жизнь. Неудивительно, у него часто так.

Отец говорил с кем-то по телефону, кивнул Вику, через минуту секретарша отца Анастасия принесла кофе – ровно так, как Вик любил – большую чашку, много сливок, шоколадные конфеты на блюдечке.

Анастасия - крупная фигуристая дама, ровесница Вика - начинала вообще у тёти Нины в помощницах, дом в Листвянке убирала. Тётя Нина оценила аккуратность и исполнительность, и посадила её за компьютер, вести домашнюю бухгалтерию и прочее, что там ещё надо было. А потом у отца ушла на пенсию предыдущая секретарша, Людмила Петровна, которая при нём была ещё с девяностых, и ему занадобилась сотрудница. Тётя Нина со скрипом, но отдала Анастасию, к которой успела привыкнуть, и случилось это лет десять назад. Анастасия была давно и крепко замужем, две её дочери учились в лицее в Солнечном. Более того, лет пять назад они с мужем приобрели домик в Листвянке, в той же Крестовой пади, на той же улице, что и отцовский дом, только немного повыше и маленький, и теперь обихаживали его и прилегающий участок.

Нужно ли говорить, что муж Анастасии тоже работал в холдинге?

Тем временем отец закончил разговор и сел по другую сторону от кофейного стола.

- Ты чего помятый такой? Кот что ли спать не давал? – разглядел он сына.

Интересно, это только ему видно или вообще всем? Тем временем Анастасия принесла отцу маленькую чашечку густой вязкой жидкости, пить этот, с позволения сказать, вариант кофе его научили римские родичи Полиньки.

- С котом всё хорошо. Со мной тоже, - рассмеялся Вик. – Сегодня определённо буду спать больше.

- Хорошо – и хорошо. Тут заказ есть, очень попросили взять. Товар наш, но везти сначала хотели сами, потом что-то не заладилось. В Якутию. Нужно семь машин, но срочно, чтобы сегодня уже из города. Возьмёшься?

- Так-то чего не взяться. Вроде приличные люди ещё остались. Сейчас уточню.

Вик с ходу не мог сказать, есть ли семь машин, позвонил Емельянову. Тот, похоже, ещё где-то ехал, но сразу же сказал, что найдём, чуток уплотним расписание и найдём. Так что можно было соглашаться и давать делу ход.

- Михаил говорил, вы в лес собрались на выходные?

- Если никакого форсмажора не вылезет, то да.

- Молись, значит, чтобы не вылезло, - усмехнулся отец.

По дороге в контору Вик даже музыку включил, чего с ним давно уже не случалось, какой-то очень уж был озабоченный. А вообще жизнь-то прекрасна! Дела вон решаются, заказы какие-то приплывают, машины едут в Читу, сегодня к ночи должны добраться. Вечер и ночь получились очень вдохновляющими, и была надежда на то, что Вероника не станет думать никакую хрень и согласится встречаться дальше. Или даже не только встречаться. Наверное, она что-нибудь об этом сама скажет.

В конторе Анна Константиновна выдала уже распечатанные документы по Якутии, нужно было запускать всё это срочно. Вик попросил её позвать Серёгу и Веронику, а сам сел читать.

Пришли, сначала Серёга, Вероника следом за ним. Легонько улыбнулась, потом по форме поздоровалась. Обсудили техническую сторону и финансы, Серёга пошёл к себе организовывать, а Вероника задержалась. Подошла, улыбнулась, и спросила тихо:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Если после работы я поеду к себе, возьму вещей на завтра, а потом приеду – это нормально? Чтобы завтра на работу не через меня.

Уф. Получилось. Можно выдыхать.

- Это прекрасно, душа моя Вероника Андреевна. Будем тебя ждать. И скажи, мы в лес-то как, едем?