Остров Эллис - Фред Стюарт

— Вот снова появился орел, — шептал Марко. — О Боже, какой он огромный! Элен вскрикнула, пытаясь высвободиться… орел пошел вниз и стал бить ее своими огромными крыльями… О, теперь он схватил ее когтями… и уносит. Это фантастика! Элен борется… подожди! Смотри! А вот и Алая Маска у подножия горы… он видит орла… и свистит… он свистит орлу… Орел дрессированный!

— Он, что, бросит Элен? — прошептала Джорджи.

— Нет, он принесет ее прямо к Алой Маске… О, Боже, она опять его пленница!

— И он снова будет ее мучить? — спросила, дрожа от возбуждения, Джорджи.

По ходу сериала Элен Бродерик бросали на шпалы перед несущимся поездом, кидали вниз с самолета, сажали в пещеру со змеями и даже держали над открытым огнем.

— Да, — шепнул Марко, — он приковал ее цепями к башне своего замка. Ох, он разорвал ее платье.

— Ох, — вторила ему Джорджи, жуя поп-корн.

— У нее совершенно голая спина… Он берет большой кнут… сейчас он будет бить ее!

— О, нет…

— Он поднимает кнут…

— Марко, не надо дальше…

— Ты должна видеть это. А, вот появляется и Дирк Дерринг…

— А откуда он узнал, где она находится?

— Он следил за орлом, понимаешь? Он бросается на Алую Маску, который пытается ударить его кнутом.

— Ох!

— Подожди… Алая Маска убегает… О, Боже!

— Что случилось? Что случилось?

— Большие стальные двери сомкнулись за ним… Дирк и Элен оказались запертыми… о, нет…

— Что теперь?

— Это газ… он попадает в комнату по трубе… это, наверно, яд… Дирк подбегает к Элен… развязывает ее… они кашляют от газа… О, нет! Он целует ее. Эй, кретин! Выбирайтесь сначала оттуда!

— А по-моему, это правильно. Ведь он любит ее.

— Когда комната наполнена отравляющим газом?

— Ты не веришь в любовь?

— Конечно, верю. Я люблю тебя. Смотри! Это Алая Маска! Он наблюдает за ними из окна… Он смеется… этот чертов подонок…

— Что ты сказал? — прошептала она.

— Что Алая Маска смеется…

— Нет, обо мне?

Он взял ее руку и поцеловал ладошку.

— Я люблю тебя, — прошептал он. — Я хочу всегда любить тебя. Я хочу всегда заботиться о тебе. О, смотри!

Он разжал руку и обнял ее за плечи, прижимая ее к себе. Джорджи быстро положила пакетик с поп-корном под сидение.

— Это Уонг Фу! Он врывается в комнату, где находится Алая Маска… Они начинают драться… теперь он врывается в другую комнату… Дирк и Элен уже еле дышат… они обняли друг друга… они сейчас умрут…

Он поцеловал ее. Джорджи радостно вздохнула. Марко прекрасно дополнял фильм.

— Смотри! Уонг Фу толкнул Алую Маску, и тот упал на другой выключатель… О, Боже, Боже, газ перекрыт… Элен и Дирк спасены! Как тебе это понравилось? Мне понравилось!

Он опять поцеловал Джорджи.

— О, о… новые приключения! Алая Маска подбегает к окну и видит, что Дирку и Элен удалось сбежать… О, как он сходит с ума!

«Он любит меня, — мечтательно подумала Джорджи. — И я люблю его. Я влюбилась в человека, которого я могу только слышать. Но я вижу его! Он так мне приятен. Он так добр ко мне. И я так сильно люблю его. О, Джорджи, удача повернулась к тебе лицом».

— Итак, Алая Маска садится в машину… и какая машина! Он мчится по дороге за Элен и Дирком… это охота, Джорджи! А ты любишь охоту! Смотри! Он стреляет из окна своей машины по машине Дирка! Он прострелил шину… машина Дирка теряет управление… О, Боже, она упадет сейчас со скалы!

Возможно, Абе Шульман был не человеком, а карликовым монстром, страдавшим манией величия, но при этом он был предельно честным в ведении своих дел. И, когда в мае он передал Джейку третий королевский чек на сорок три тысячи долларов, Джейк решил отметить это событие ужином в первоклассном ресторане.

Америка подходила к концу своего полувекового неуклонного подъема экономики. Были нажиты огромные свободные от обложения налогами состояния, которые растрачивались легкомысленным образом. На Пятой авеню, начиная от Сороковой и кончая Девяностой улицей в ряд выстроились виллы в псевдофранцузском стиле, напоминавшие рейнские замки.

— Мы вовсе не богаты. У нас всего несколько миллионов, — жаловалась миссис Стьювизант Фиш. Закатывались празднества в сотни тысяч долларов, в то время как дворецкий зарабатывал в год шестьсот, и принадлежности к обществу уделялось особое внимание.

Джейку доставало ума, чтобы сразу не превратиться в сноба, но у него появилось естественное желание попробовать то, что доступно только людям из высшего общества. Он прекрасно понимал, что совершенно не знаком с правилами хорошего тона и поведения за столом, что не имеет представления о блюдах и винах, а потому было вполне понятно его волнение относительно первых шагов по terra incognita[19] жизни высшего света. Но он решительно настроился попробовать. Он купил себе фрак и цилиндр, заказал столик в ресторане «У Шерри» на Пятой авеню и Тридцать четвертой улице и пригласил Марко не только потому, что считал его своим лучшим другом, но и потому, что Марко, благодаря Мод Чартериз, приобрел некоторый светский лоск и он сможет удержать его от грубых просчетов, как, например, перепутать полоскательницу для рук с бокалом с водой.

Вечер в ресторане «У Шерри» был в разгаре, и метрдотель провел двух хорошо выглядевших молодых людей к столику рядом с дверью в кухню. Ни один из них даже не подозревал, что это самые плохие места в ресторане. Усевшись за столик и заказав бутылку шампанского, они огляделись вокруг — ресторан был полон знаменитостей и светских франтов. Все мужчины в белых галстуках, а женщины — в вечерних платьях, с султанами из перьев, усыпанные драгоценностями, которые стоили, должно быть, не меньше пяти миллионов долларов. И двое молодых людей, кормившихся три года назад селедкой в третьем классе парохода, в полной растерянности уставились на меню блюд французской кухни, уместившихся на четырех листах.

— Предоставь это мне, — прошептал Марко. — Мод говорила, что она всегда просит фирменное блюдо.

Отложив меню, он сделал знак глазами надменному официанту.

— Мы хотим заказать фирменное блюдо, — величественно произнес он.

— Какое именно?

Марко подавил возникшую было панику.

— А что вы посоветуете?

— Действительно, — рискнул Джейк, — почему бы вам не удивить нас.

Метр ухмыльнулся и, поклонившись, отошел. Марко поднял бокал.