Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени (СИ) - Филеберт Леси

Платье задралось, и я судорожно вздохнула, ощутив ласковое прикосновение ладони к разгорячённой коже бедра.

Морис, однако, внезапно замер и возмущённо так произнес:

— Ты слукавила насчет белья!

Я закусила губу, сдерживая смех, глядя на вытянувшееся лицо Мориса.

— Разве? Ну может быть, немножко не договорила…

— Случайно, конечно же.

— Разумеется.

— Таких плохих девочек надо наказывать, знаешь? — шепнул Морис мне в губы, его руки на моих запястьях сдались крепче.

— Ну так накажите меня, господин инквизитор, — произнесла не без самодовольной улыбки. — С первого раза может и не запомню ваш урок, но если вы будете достаточно убедительны…

Договорить Морис мне не дал. Заткнул меня пылким поцелуем и целовал так горячо, так страстно, что у меня последние разумные мысли вылетели из головы, оставляя место только чувствам, ощущениям… и тесному разговору на языке тела.

* * *

[примечание автора: эта книга позиционируется без "взрослого" рейтинга и таковой останется. Но по многочисленным просьбам читателей могу "развить тему";))

Выложила отдельно рассказ с вырезанными сценами к этой истории. Смотрите его здесь же, на моей странице (для этого нажмите на мое имя, и вам высветится список книг, рассказ находится прямо под этой книгой). Эпизоды с рейтингом 18+ будут там. Это бонус читателям, знаю, что не всем это нужно, поэтому выношу отдельно за рамки книги. Кому не нужно — продолжаем читать дальше тут историю❤️]

Глава 28. Вдох-выдох

Время на Водном Кордоне текло для меня бесконечно медленно. Ночь тянулась невыносимо долго, а утра как такового тут и не было вовсе: никакое солнце тут не светило, эдакая непрерывная ночь. Очень красивая ночь, но в моем случае так было сложнее бороться со сном.

Я очень долго лежала рядом с крепко спящим Морисом. Наслаждаясь его теплом, тяжестью руки на моей талии, горячим дыханием, щекочущим шею. Улыбалась своим мыслям и просто так, от переполняющего счастья. Мне было хорошо… Так хорошо, что я бы с удовольствием застыла в этом мгновении на долгое время.

Потом всё-таки покинула каюту и вышла на палубу яхты. Тут все же было попрохладнее от воды, свежий воздух бодрил. Да и глядя на сонного Мориса, самой хотелось сладко заснуть у него под боком, чего мне делать было нельзя.

Поэтому я сидела на палубе, любуясь местными красотами, искренне наслаждаясь атмосферой волшебного сада и сладкой истомой, разливающейся по всему телу. Меня переполняла легкость и какое-то хрупкое счастье, которое я так боялась сломать одним неосторожным движением.

Ночью над яхтой порхали крупные бабочки. Пестрые и изящные, они выписывали чудные узоры в такт угасающему "голосу магии", который все еще звучал — тихо, будто отдалённо, но в ночной тишине можно было услышать.

Под утро стало совсем тяжко… Мне бы сейчас помог ядрёный кофе, но его рядом не было. Зато вокруг была сплошь прохладная вода, в которой я и решила освежиться и искупаться.

Сменной одежды у меня сейчас под рукой не имелось, а нырять в платье было так себе идеей, поэтому нырнула прямо так, без одежды. Все равно вокруг — ни души. Впрочем, даже если бы тут кто и появился, то ничего бы толком и не увидел, потому что очень темно, поющие цветы почти погасли, сейчас они лишь слегка фосфоресцировали в темноте.

Прохладная вода мигом взбодрила — после такого плавания точно не заснешь. Хотя, на самом деле было не то чтобы сильно холодно, при постоянном движении вполне комфортно. Так что я от души наплескалась, плавая между кувшинками и периодически уходя с головой под воду, чтобы рассмотреть поближе светящихся в темноте рыбок.

— О, да у нас тут русалка завелась, я гляжу? — услышала я насмешливый голос некоторое время спустя.

Обернулась на голос и улыбнулась Морису. Еще сонный и взъерошенный, он стоял, облокотившись о бортик яхты, подперев рукой подбородок и наблюдая за мной. Смотрел он так… алчно. Ненасытно. Из одежды на нем было только полотенце, небрежно повязанное на бедрах, которое не мешало любоваться спортивным телом и косыми мышцами живота. Он сейчас выглядел очень соблазнительно, этот чертов метаморф. Вот вроде вода холодная, а при взгляде на Мориса мигом становилось жарко.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сам поплавать не хочешь? — спросила, неспешно подплывая ближе.

— Не-а. Я холодную воду не люблю.

— А, ну да, конечно. Ты же у нас теплолюбивый котик.

— Ну, точно не моржик, — хохотнул Морис. — Нет, ну я не прочь иногда в прохладном море искупнуться, но точно не с утра пораньше.

— Да тут с этим полным отсутствием солнца сложно вообще понять, когда утро наступило.

— Это да, согласен. Но к этому привыкаешь. У меня внутренние биоритмы ранние.

Я взобралась на борт, выжала длинные волосы от лишней воды. Подняла взгляд на Мориса и почувствовала себя попавшей в плен жертвой. Вот вроде Морис и не делал ничего, только стоял и смотрел на меня жгучим взглядом. Сказала бы я — мысленно избавляя меня от одежды, но я и так была без нее.

От него исходила такая энергетика, которая даже на расстоянии обволакивала плотным коконом. Это странное ощущение приковывало меня к месту и начисто лишало способности связно мыслить и уж тем более — говорить.

Неловко обняла себя за плечи и переступила с ноги на ногу.

— Я пойду… в каюту. Мне… нужно одеться…

— Зачем? — Морис отошел от бортика и шагнул ко мне, продолжая пожирать меня взглядом.

— Холодно так стоять.

— Я тебя сейчас с удовольствием согрею сам, — шепнул Морис мне в губы.

— А у тебя в самом деле родимое пятнышко есть, — улыбнулась я, изучающе скользя подушечками пальцев по его торсу и задержавшись на крупной родинке с одного бока, немножко напоминающей по форме сердечко. — Как пятно у кота, в облике которого ты расхаживаешь по Штабу. Всё-таки ты Купидо-о-ончек. Где там твой лук со стрелами?

— М-м-м, давай попробуем вместе найти ответ на этот животрепещущий вопрос, — мурлыкнул Морис, спускаясь цепочкой поцелуев ниже.

Ох… А можно мне каждый день начинать с таких бесстыжих поцелуев? Я, честное слово, не против, совсем не против…

Согревал он меня в самом деле долго и качественно, но потом мы всё-таки поплыли обратно в сторону административного здания Кордона. Как ни крути, а у нас был рабочий день вообще-то, пусть и в непривычной для меня обстановке.

Морис вновь стоял за штурвалом, а я облокотилась рядом о перила и любовалась красотами вокруг. Всё-таки тут правда было волшебно прекрасно, аж дух захватывало. Сложно было поверить, что я сейчас нахожусь не во сне.

Глядя на виднеющееся здание Кордона вдалеке, чувствовала я себя очень странно. Я, ну… Не знала, как вести себя перед коллегами, от которых вряд ли можно было утаить наше с Морисом отсутствие с вечера. Новости и сплетни всегда разлетаются быстро, и я не питала надежд на то, что мы с Морисом будем исключением. А сложить два плюс два и понять, куда подевались вместе куратор со стажеркой будет совсем несложно.

Об этом я решила поговорить прямо.

— Слушай… А как ты собираешься объяснять наше отсутствие на танцевальном вечере и… и вообще?..

— Никак, — пожал плечами Морис. — Это только наше с тобой дело.

Я тяжело вздохнула и неуверенно закусила губу. Терзали меня смутные сомнения…

— Инквизиторы точно увидят, что мы возвращаемся вместе. И наверняка кто-то видел, как мы вместе уходим. Меня беспокоит, что на меня начнут посматривать косо и… ну не знаю… Перестанут воспринимать как специалиста? Будут общаться пренебрежительно…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Пусть только попробуют. Будут как минимум понижены в должности, или вообще вылетят из Штаба по моему личному приказу.

Он так легко и непринужденно это сказал… Я удивленно вздернула брови.

— Чему ты удивляешься, Фло? В Штабе надо работать, а не устраивать козни коллегам, распускать сплетни и унижать кого-то. Если кто-то этого не понимает и не вырос из режима песочницы, то ему нечего делать в инквизиции. А наша с тобой личная жизнь касается только нас. Мы не обязаны ни перед кем отчитываться, оправдываться и объясняться. Все мы взрослые люди. Но если кто не вырос из детского возраста, то он вылетает прочь. И, будь уверена, я никому не дам тебя в обиду.