Чайная роза - Дженнифер Доннелли

«Зачем он мне? — подумала Фиона. — Джо больше нет; к чему хранить то, что вызывает болезненные воспоминания?»

— Сколько дадите? — спросила она.

— Фунт и шесть шиллингов.

Сумма ее удивила. Фиона не отвечала, пытаясь решить, стоит ли ей расставаться с этой вещью. Владелец ломбарда решил, что она недовольна ценой.

— Ладно, два фунта плюс саквояж. Это мое последнее слово.

Она захлопала глазами. Целых два фунта и сумка в придачу? Этот человек просто чокнутый! Нужно соглашаться, пока он не передумал.

— А больше нет? — спросил он, положив камень в карман.

— Нет, но у меня есть вот что. — Фиона сняла с пальца кольцо, подаренное Джо, и протянула ему.

— Ну, много оно не стоит. Три шиллинга.

— Договорились, — сказала Фиона, довольная сделкой.

Потом девушка уложила вещи в саквояж и отправилась на Коммершл-роуд. Она очень нервничала. Казалось, вот-вот из-за угла выйдет Шихан и положит руку на ее плечо. Когда они с Сими сели в кеб, Фиона слегка успокоилась. Кучер доставил их на вокзал Ватерлоо, после чего сестра и брат пошли к кассе. К ее огорчению, выяснилось, что последний поезд ушел двадцать минут назад. Она приобрела два билета на утро, а потом купила себе и Сими чай и сандвичи с беконом. Ночь они провели в зале ожидания для дам. Подальше от окон. Просто на всякий случай.

Фиона откинулась на спинку сиденья и стала соображать, что делать дальше. Нужно как-то добраться от вокзала до пассажирского порта. Лучше всего сделать это на кебе. Конечно, дорого, но так они не заблудятся. Сими проснулся за несколько минут до прибытия в Саутгемптон, и Фионе хватило времени, чтобы надеть на него ботинки и куртку. Едва они вышли из вагона, как брату потребовалось в уборную.

— Потерпи, — сказала Фиона. — Я не знаю, где здесь туалет.

Пока они шли по перрону, Фиона заметила рекламный плакат «Чая Бертона» и вздрогнула. Она и не догадывалась, что у Бертона такие длинные руки. Чем скорее они с Сими очутятся на пароходе, тем лучше.

Наконец она нашла дамский туалет и отвела туда брата. Когда Сими закончил, она вымыла ему руки и лицо. Потом Фиона умылась сама, достала из лифчика еще одну двадцатифунтовую банкноту и положила ее в карман. Выйдя из туалета, они увидели стрелку, указывавшую на стоянку кебов. Фиона инстинктивно подняла взгляд.

А вдруг в дальнем конце перрона стоит Шихан и смотрит на них? Но рядом не было никого, кроме мужчины, доверху нагруженного багажом. Бедняга шатался под тяжестью чемоданов и не видел пачки газет, лежавшей прямо на его пути.

— Стойте! — крикнула ему Фиона.

Но было уже поздно. Мужчина споткнулся, с грохотом рухнул на перрон, и его чемоданы разлетелись в разные стороны. Она побежала к нему.

— О черт! — Девушка взяла его за руку и помогла подняться. — Вы целы? Сильно ушиблись?

— Кажется, не очень. — Мужчина встал и осмотрел себя. — Похоже, кости целы. Чертовы носильщики, их никогда нет поблизости… — Он улыбнулся Фионе, пригладил волосы и протянул ей руку. — Никлас Сомс. Весьма обязан.

Фиона хотела принять ее, но вдруг заметила кровь.

— Вы поранились! — воскликнула она.

— О боже… Не выношу вида крови. Особенно собственной. От этого… у меня кружится голова…

— Нет! Не надо! Если вы упадете в обморок, я не смогу вас поднять!

Она отвела Сомса к скамье. Он сел и опустил голову к коленям.

— Прошу прощения…

— Молчите. Посидите спокойно, пока вам не станет легче. Я пригляжу за вашими вещами.

— Очень мило с вашей стороны, — пробормотал он.

Фиона вернулась на перрон и попыталась оценить ущерб. Шляпная картонка откатилась в сторону. Пришлось послать за ней Сими. Один из упавших чемоданов не пострадал. Содержимое двух других вывалилось на землю. Большой этюдник открылся. В нем лежали две картины, яркие и странные, словно написанные ребенком. Работа предстояла нелегкая. Фиона нетерпеливо вздохнула. Собирать чужие вещи не хотелось; она торопилась на пароход. Но бросить человека на произвол судьбы было нельзя. Он нуждался в помощи. Девушка взялась за работу.

— Что с картинами? — подняв голову, спросил Сомс. — Они не пострадали?

— Нет, — ответила Фиона. — На мой взгляд, все цело.

— Большое спасибо. В них все мое богатство. Я собираюсь продавать их.

— Что? — с досадой спросила Фиона, пытаясь впихнуть барахло в чемодан.

— Я собираюсь продавать их в Нью-Йорке.

— Да ну? — Она закрыла чемодан. О чем говорит этот мистер Сомс? Бред какой-то. У него явно с головой не в порядке. Кто их купит? Даже Сими мог бы написать такие… Справившись с одним чемоданом, Фиона взялась за другой и стала аккуратно складывать в него одежду. Тут подошел Сими, тащивший за собой картонку для шляп.

— Спасибо, дружище. — Никлас отодвинулся и похлопал рукой по скамье.

Фиона принесла сначала один чемодан, потом другой.

— Ну что, полегчало? — с тревогой спросила она, мечтая поскорее уйти.

— Да, спасибо. Вы слишком добры. Не беспокойтесь обо мне, я справлюсь.

— Но как вы понесете все эти вещи? — поинтересовалась девушка.

— Надеюсь, с минуты на минуту придет носильщик. Наверное, они занимаются багажом людей, отплывающих в Нью-Йорк.

— Вы случайно не знаете, где стоит пароход?

— Точно не знаю, но я сам тороплюсь в порт. Причал линии «Белая звезда». И вы тоже? Может быть, наймем кеб?

— Да, — ответила Фиона, довольная тем, что ей не придется искать дорогу самой.

— Вот и отлично. Ну что, идем?

Фиона кивнула, и дальше они пошли вместе. На этот раз Никлас нес всего три чемодана, Фиона — саквояж и этюдник, а замыкал шествие Сими с картонкой для шляп.

В кебе у Никласа, Фионы и Сими появилась возможность лучше узнать друг друга. Девушка начала изучать своего странного нового знакомого.

Высокий и угловатый, Никлас Сомс казался совсем мальчишкой. Фиона догадывалась, что он не намного старше ее — лет двадцати с небольшим. У него были прямые светлые волосы, падавшие на глаза, и молодому человеку приходилось постоянно поправлять их. Точеные черты лица, идеально прямой нос… Обаятельная улыбка, но самое примечательное — это глаза бирюзового цвета, опушенные длинными темными ресницами, которым позавидовала бы любая женщина. Судя по речи, изящной одежде и кожаным чемоданам, он был джентльменом. Никлас сказал, что он плывет в Нью-Йорк. Фиона ответила, что они с Сими тоже.

— Конечно, первым классом? — спросил Сомс. Она покачала головой, решив, что Никлас чересчур учтив. Бедная одежда и потертый саквояж выдавали в них пассажиров третьего, если не четвертого класса.

— А я первым. Пришлось взять страшно дорогую каюту. Когда я заказывал билет, не осталось ни одного «сингла». Только «даблы».

Внезапно Фиона заволновалась. Что значит «заказывал»? Неужели билеты на пароход нужно покупать заранее? На это она не рассчитывала. Думала, что сесть на пароход так же просто, как на поезд. Покупаешь билет и входишь. А вдруг это не так?

— Значит, вам пришлось… заказывать билет заранее? — спросила она, со страхом ожидая ответа.

— Да, конечно. Это целое дело. В Америку стремится множество людей. Но вы наверняка это знаете. Иначе бы не торопились на сегодняшний пароход, верно? — Тревожное выражение лица подсказало Никласу, что Фиона этого не знала. — Гмм… Ладно. Может быть, еще не все места проданы. Кто его знает? Может быть, кто-нибудь сдал билеты. Как только мы приедем, идите в кассу и узнайте, осталось ли что-нибудь. А я тем временем присмотрю за мастером[18] Сими.

— Серьезно?

— Это самое меньшее, что я могу для вас сделать.

Поездка оказалась недолгой. Никлас, выяснивший цену заранее, расплатился с кучером, а Фиона отдала ему свою половину. Они вместе вошли на морской вокзал и направились к кассе. Там творился настоящий бедлам. Сотни людей тащили сумки, сундуки, коробки и битком набитые чемоданы.

— Первый класс! — кричал человек в ливрее. — Пассажиры первого класса, пожалуйста, пройдите сюда!

Никлас поставил Фиону в очередь, а сам остался с Сими.

— Да? — рявкнул кассир.

— Пожалуйста, два билета до Нью-Йорка…

— Я вас не слышу, милая!

Фиона откашлялась:

— Могу я купить два самых дешевых билета на сегодняшний рейс?

— Все билеты на сегодняшний рейс проданы еще две недели назад. И на следующий, который будет через неделю, тоже. Сейчас мы продаем билеты на «Республику», которая отплывает через две недели.

— Через две недели? — У Фионы сжалось сердце. Они не могли ждать две недели. Все это время им придется жить в гостинице, которая стоит бешеных денег. Она хотела уехать сегодня, немедленно. Фиона снова вспомнила взгляд Уильяма Бертона. Неужели они не перестали искать ее? А вдруг Шихан узнал, куда она уехала? Неужели Бертон так разозлился, что станет ее выслеживать? Эта мысль привела девушку в ужас.