Марсианская святая - Сергей Сизарев

БЭК есть один элемент, который повторяется более ста раз. Он хаотично замешан в стандартный БЭК. Возможно, ваши создатели пытались нахимичить с энергетическим обменом организма. Что касается ПВК, то тут я не специалист. Возможно, вы как-то могли бы влиять на пространство-время, если бы, опять же, всё выгорело. Скорее всего, ваша ньюменская ДНК, по крайней мере, её часть, касающийся специальных способностей — это случайный мусор. Однако же, всегда остаётся место для манёвра.

— В смысле? — спросила Миранда.

— Некоторые участки ДНК ньюменов до сих пор оставляют вопросы, так как они по умолчанию выключены и их назначение неразгаданно. Есть мнение, что на текущем энергетическом уровне их открытие невозможно. Механизмы, закодированные в этих участках, чрезвычайно энергоемки. Для их разблокирования требуется энергетический потенциал, который отдельный ньюмен достигнуть не может. Возможно, создателями ньюменов был предусмотрен какой-то механизм для преодоления этого ограничения, но до сих пор такого механизма не найдено.

— Что будет, если эти спящие участки будут разблокированы? — спросил Сэм.

— Кто знает? — пожал плечами Урквин. — Предположительно, усиление уже имеющихся способностей или открытие каких-то новых. К сожалению, все полезные ньюмены сейчас — это штучные игрушки в руках церкви. Проект больше не развивается. По факту, он официально закрыт уже полтора века. Кто бы вас ни создал, он ворошил дела давно минувших дней.

После лекции Урквина Миранда приуныла. С одной стороны, хорошо, когда нет способностей, а значит, можно войти в Царствие Господне наравне с нормальными людьми. А с другой — вся эта неоднозначность, сквозившая в словах Урквина… По-прежнему оставался шанс для какой-нибудь пакости!

Сэм спросил Урквина:

— Что, если Миранда прекратит принимать лекарства? Если она перестанет есть этот монамнезин, чего можно ожидать? Она умрёт, как обещает Клементина?

— Нет, Миранда не умрёт, — убеждённо сказал Урквин. — Похоже, что вся эта история с болезнью была нужна только для того, чтобы Миранда не могла вспомнить, кто она на самом деле. Если она прекратит приём лекарства, то она, надеюсь, рано или поздно вернёт свою память. И тогда, возможно, ей придётся столкнуться с тем, что пыталась утаить от неё Клементина. Мы не знаем, что скрывается в голове у Миранды, и нужно ли это возвращать. Это я к тому, что ветераны не просто так принимали этот препарат. Им было, что забывать… Нечто ужасное, если ты понимаешь, о чём я.

— Понимаю, — буркнул Сэм. — Я бы сам пропил курс этой гадости, если честно.

— Вот от этого я и хочу вас предостеречь, — сказал гостям Урквин. — Окончить приём лекарств — всё равно, что открыть ящик Пандоры. Какое решение ни примет Миранда — пить дальше или прекращать, она должна принять на себя полную ответственность за последствия своего выбора.

— Я подумаю, — пробормотала швея.

— Кстати, — подал голос Сэм. — Ты обмолвился, что ньюмены стали полезными игрушками в руках Церкви. Что ты имел в виду?

— Все постумные святые, кроме Клементины Сидонской, ньюмены, — ответил Урквин. — Они обладают полезными церкви способностями и полностью подчиняются ВЦС. Например, Эрик Лакшмийский с Венеры — провидец, а Аркадий Московский с Земли — телепат. Далеко не все ньюмены, работающие на ВЦС, возведены в чин святых. Большинство из них — это специалисты, день изо дня тянущие свою лямку… В самом начале, когда был бум популярности ньюменов, самые одарённые из этих ребят купались в лучах славы и деньгах. Знаменитые фокусники и иллюзионисты, великие полководцы, прославленные детективы и охотники за преступниками.

— Стоп, — оборвала его речь Миранда. — Полицейский сказал, что я похожа на ищейку Экзархии. Вы можете поискать женщин-ищеек?

— Известных женщин-детективов, которые при этом были бы ньюменами? — уточнил Урквин.

— Да, пожалуйста, — попросила Миранда.

— Хорошо, провожу поиск в Сети, — Грегор прикрыл глаза на несколько секунд перед тем, как продолжить: — Под данный фильтр подходит только один результат. Вывожу на экран.

Над столом возникла голографическая фотография Миранды.

— Опачки! — прозвучала реплика Беккета. — Внезапно.

Часть 15/30 - Чужое лицо

— Это что — я на фотографии? — спросила Миранда.

— Это — Пета Йагердсен, — уточнил Урквин и зачитал биографическую справку: — Пета Йагердсен родилась на Земле сто семьдесят лет назад, в Дании, и была улучшенным ньюменом третьего поколения. Обладала исключительными аналитическими способностями, подкреплёнными доскональным пониманием человеческой психологии. Помимо превосходных интеллектуальных данных, Пета была модифицирована физически. Её левая рука могла притягивать металлические предметы, позволяя вырывать оружие из рук противников, а правая рука размыкалась вдоль, до предплечья, наподобие клешни Крукенберга, превращаясь в мощную электро-кинетическую пушку. С помощью этой пушки Пета стреляла во врагов мелкими железными предметами — подшипниками, например.

— Ого, ничего себе, — хмыкнул Беккет.

Урквин продолжил:

— Её таланты не могли остаться без внимания, поэтому в возрасте пятнадцати лет она подписала бессрочный контракт с марсианским отделением Вселенской Церкви Спасения. С тех пор она охотилась за еретиками и ведьмами — ньюменами-отступниками, пошедшими против церкви. Её прозвали Кровавой Гончей Экзархии.

— Ищейка, значит, — сказала себе под нос Миранда.

— Во время Второй марсианской войны Пета Йагердсен служила в армии и отличилась во время битвы за Сидонию, чуть ли не в одиночку остановив высадку десанта Регуляторов на купола Экзархии. Была награждена Георгиевским крестом второй степени.

— Ещё и солдат, — покачала головой гостья.

— После войны информации о Пете Йагердсен немного. Считается, что за свои заслуги она удостоилась права быть упокоенной во плоти. По некоторым данным, Экзархия время от времени воскрешает её для ответственных заданий в качестве охотницы за отступниками или частного детектива, если речь идёт о расследованиях. Так как непонятно, жива она или мертва, во время поминальных служб, приуроченных к годовщине битвы за золотые купола Экзархии, верующие подают записки за здравие Петы-Заступницы. Фактически, в Сидонии она является местно-чтимой исторической фигурой. Никакого подтверждённого религиозного статуса у неё нет.

— Кажется, мы только что нашли мистическую оперативницу, которая вела список посещений к Клементине, — сказал Беккет торжественно, не сводя взгляда с напарницы.

— Ошибаешься, ничего вы не нашли, — возразил ему хозяин дома. — Миранда похожа на Пету лицом и фигурой, но она другой человек. Скажу больше: она кто угодно, кроме Петы Йагердсен.

— Как это? — спросила Миранда, сидевшая тихо, словно пришибленная.

— Во-первых, Пета Йагердсен никогда не обучалась на швею